Утро началось, как всегда — будильник прозвенел в шесть тридцать, и Ольга, не открывая глаз, потянулась выключить его. Рядом на кровати лежал Алексей, спокойно посапывая во сне. Ему вставать только в восемь, работа у мужа начиналась в девять, а офис находился в пятнадцати минутах от дома.
Женщина встала, умылась, натянула деловой костюм. Посмотрела на себя в зеркало — под глазами залегли тени, кожа какая-то серая. Последний месяц был особенно тяжёлым. Новый клиент требовал постоянного внимания, звонил в любое время, менял условия договора на ходу. Но это был крупный контракт, отказываться нельзя.
На кухне Ольга быстро сварила кофе, съела бутерброд стоя у окна. За окном ещё темно, фонари горели вдоль дороги. В такую рань город казался пустым, безлюдным.
Собрала документы в сумку, накинула пальто. Глянула на часы — семь десять. Нужно выходить, иначе опоздает на планёрку.
Работала Ольга менеджером по продажам в крупной торговой компании. Зарплата неплохая — восемьдесят тысяч рублей чистыми на руки. По московским меркам не миллионы, конечно, но вполне достойно. Особенно в сравнении с тем, что получал Алексей.
Муж работал специалистом в какой-то государственной организации. Ольга толком не понимала, чем именно занимается Алексей — что-то связанное с документами, архивами. Зарплата у мужа была сорок тысяч рублей. Ровно в шесть вечера Алексей выходил из офиса и ехал домой. Никаких переработок, никаких авралов, никакого стремления заработать больше.
Когда Ольга спрашивала, почему бы не поискать что-то с лучшей оплатой, муж пожимал плечами: «Меня устраивает. Работа спокойная, стабильная. Зачем суетиться?»
Суетиться приходилось Ольге. Ведение крупных клиентов — это постоянное напряжение. Каждый день приносил новые проблемы. То поставщик срывал сроки, то клиент требовал скидку, то документы оформлены неправильно. Приходилось решать, договариваться, улаживать конфликты.
Стресс накапливался. Иногда Ольга приходила домой в девять вечера такая вымотанная, что сил хватало только добраться до дивана. А Алексей в это время уже смотрел телевизор или играл на компьютере.
Но Оля терпела. У неё была цель. Большая, важная цель, ради которой стоило пахать как проклятая. Квартира. Своя квартира.
Сейчас они жили в съёмной двухкомнатной квартире. Платили тридцать пять тысяч в месяц. Деньги уходили просто так, в никуда. Ольга мечтала о том дне, когда у них будет своё жильё. Не съёмное, не временное. Своё.
Каждый месяц женщина откладывала примерно тридцать тысяч рублей. Из восьмидесяти, что она зарабатывала, уходило десять на личные нужды, сорок на семейный бюджет — еду, коммуналку, одежду мужу. Остальное — в копилку.
За три года удалось накопить около миллиона. Ещё года два-три, и можно будет взять ипотеку. Первоначальный взнос будет приличный, ежемесячные платежи подъёмные.
Ольга жила этой мечтой. Представляла, как они въедут в новую квартиру, как будут расставлять мебель, как повесят шторы. Своё. Наконец-то своё.
Но была одна проблема, которая отравляла всё существование. Галина Николаевна. Свекровь.
Галина Николаевна жила отдельно, в своей однокомнатной квартире на другом конце города. Приезжала раз в неделю, обычно по выходным. И каждый её визит превращался в испытание.
Свекровь критиковала Ольгу за всё подряд. За то, что мало времени проводит дома. За то, что слишком увлечена работой. За то, что готовит простые блюда, а не сложные кулинарные шедевры.
— Женщина должна быть хранительницей очага, — говорила Галина Николаевна назидательным тоном. — А ты только и думаешь о карьере. Алёшенька приходит домой уставший, а ужина нормального нет. Что ж это за жена такая?
Ольга молчала. Объяснять свекрови, что Алексей приходит в шесть вечера и вполне мог бы сам приготовить ужин, было бесполезно. Галина Николаевна жила в своём мире, где мужчина — добытчик, а женщина — хозяйка.
Хотя по факту добытчиком была Ольга. Её зарплата в два раза превышала зарплату Алексея. Именно её деньги шли на продукты, на одежду мужу, на всё остальное. Алексей свою часть давал на аренду квартиры, а остальное тратил непонятно на что — вроде бы на личные нужды, на какие-то гаджеты, на встречи с друзьями.
Ольга не жаловалась. Не просила мужа вкладываться больше в семейный бюджет. Копила молча, планировала, мечтала о квартире.
Но свекровь постоянно давала советы, которых никто не просил.
— Оля, ты бы поменьше работала. Здоровье своё береги. Видишь, какая бледная стала? Это всё нервы.
Или:
— Алёшенька говорит, что ты опять допоздна задержалась. Что ж это такое? Семья должна быть на первом месте!
Или:
— Карьеристки редко счастливы в личной жизни. Запомни мои слова.
Каждая фраза била по нервам. Но Ольга сдерживалась. Ради мужа, ради семьи. Алексей любил мать, и молодая женщина не хотела создавать конфликт.
Так проходили дни, недели, месяцы. Работа, дом, работа, дом. Копилка росла, мечта приближалась.
И вот настала та самая среда, которая всё изменила.
Утро было обычным. Ольга приехала в офис к восьми, начала разбирать почту. В девять должна была быть встреча с клиентом, нужно было подготовить документы.
Но около десяти утра в здании что-то щёлкнуло, погас свет. Компьютеры вырубились, кондиционеры замолчали. Сотрудники загалдели, кто-то побежал к окнам.
Через десять минут по офису прошёл руководитель отдела.
— Внимание, все! Произошла авария в электросети. Ремонт займёт минимум сутки. Сегодня внеплановый выходной. Расходимся по домам.
Ольга сидела за столом, не веря своему счастью. Выходной? Среди недели? Когда в последний раз у неё был незапланированный свободный день?
Коллеги радостно собирали вещи, строили планы. Кто-то хотел пойти в кино, кто-то — в торговый центр. Ольга просто хотела домой. Прийти засветло, спокойно выпить чай, полежать на диване. Роскошь.
Вышла из офиса около половины одиннадцатого. Села в метро. Обычно в это время суток подземка была почти пустой, народ уже добрался до работы. Ольга ехала, глядя в окно на проносящиеся мимо станции.
Думала о том, что можно сегодня приготовить что-нибудь вкусное. Пасту, например. Или запечь курицу. Алексей любит курицу. Пусть придёт с работы, а дома уже готовый ужин, жена в хорошем настроении.
Добралась до дома к полудню. Поднялась на свой этаж, достала ключи. И тут услышала. Из-за двери доносились голоса. Мужской и женский. Разговаривали негромко, но слышно было отчётливо.
Ольга замерла, прислушалась. Мужской голос — Алексей. Женский — Галина Николаевна. Свекровь? Здесь? В среду? Обычно приезжала по выходным.
Молодая женщина осторожно вставила ключ в замок, повернула без звука. Дверь открылась бесшумно.
Голоса доносились из гостиной. Играла тихая музыка, какая-то попса по радио. Алексей и Галина Николаевна явно не слышали, что кто-то вошёл.
Ольга сняла туфли, тихо прошла в прихожую. Встала возле стены, прислушалась.
— Алёшенька, я серьёзно, — говорила Галина Николаевна. — Тебе нужно поговорить с Олей. Она копит деньги, да? Вот пусть и покупает квартиру.
— Мама, ну она хочет нам с ней купить, — ответил Алексей.
— Вот это неправильно! — голос свекрови стал резче. — Неправильно! Сначала детям нужно о родителях подумать. Я всю жизнь на вас с отцом работала, всё вам отдавала. А теперь что? Должна доживать в этой крошечной однушке?
— Но, мама…
— Никаких «но»! Ты должен настоять. Оля пусть купит квартиру мне. Нормальную, двухкомнатную. А уж потом, когда мать обеспечена, можете и себе что-то присмотреть.
Ольга стояла, вцепившись пальцами в стену. Кровь прилила к лицу, в ушах зазвенело.
Купить квартиру свекрови? На её, Ольгины, деньги? На те деньги, которые она копила три года, вкалывая по двенадцать часов в сутки?
— Ты права, мама, — согласился Алексей. Голос мужа звучал спокойно, даже равнодушно. — Надо с Олей поговорить. Объяснить, что так правильно.
— Вот именно! Правильно! Старших уважать нужно. Я же не прошу невозможного. Всего-то квартиру двухкомнатную. В нормальном районе, конечно, не на окраине какой-нибудь.
— Угу, — Алексей жевал что-то, чавкал. — А мы пока поживём здесь, в съёмной. Потом накопим сами.
— Вот-вот. И Оле скажи, пусть не жадничает. Семья — это святое. Мать — это святое.
Ольга больше не могла слушать. Внутри всё кипело, бурлило. Руки сжались в кулаки.
Молодая женщина резко шагнула в гостиную.
Алексей и Галина Николаевна сидели на диване, перед ними на столе стояли чашки с чаем, лежали печенья. Уютная семейная сцена.
Оба обернулись на звук шагов. Лица вытянулись от неожиданности.
— Оля? — Алексей вскочил. — Ты как… почему ты дома?
— Я работаю, а ты с мамой решаешь, куда тратить мои деньги?! — закричала Ольга, глядя на довольную свекровь.
Галина Николаевна побледнела, но быстро взяла себя в руки. Выпрямилась, подняла подбородок.
— Оля, милая, ты неправильно поняла…
— Неправильно?! — Ольга рассмеялась, но смех вышел истеричным. — Я слышала каждое слово! Вы тут спокойненько обсуждаете, как потратить МОИ деньги на квартиру для НЕЁ!
Алексей попытался приблизиться, но жена отступила.
— Оль, успокойся. Мы просто разговаривали…
— Разговаривали! Планировали, как меня обобрать! Как заставить меня купить квартиру твоей матери!
Галина Николаевна встала с дивана, лицо приняло обиженное выражение.
— Обобрать! Какие слова! Я всю жизнь на Алёшу потратила! Я заслужила нормальное жильё!
— Заслужили? — Ольга шагнула вперёд. — А я что, не заслужила? Я три года работаю по двенадцать часов в день! Я содержу вашего драгоценного Алёшеньку! Я плачу за еду, за одежду, за всё! А вы хотите, чтобы я ещё и вам квартиру купила?!
— Ты обязана уважать старших! — голос свекрови стал пронзительным. — Дети должны заботиться о родителях!
— Дети?! — Ольга ткнула пальцем в сторону Алексея. — Вот ваш ребёнок! Пусть и покупает вам квартиру! На свои сорок тысяч! А мои деньги — мои!
— Но вы же семья! — не унималась Галина Николаевна. — В семье всё общее!
— Общее! — Ольга чувствовала, как слёзы подступают к глазам, но давила их. — Общее, когда вам что-то нужно от меня! А когда я прошу Алексея помочь с расходами — он тратит деньги на себя!
Алексей покраснел.
— Оля, не говори глупости. Я помогаю.
— Помогаешь?! — молодая женщина развернулась к мужу. — Чем помогаешь? Скажи! Я плачу за квартиру, за еду, за твою одежду! Ты последние джинсы когда покупал? Полгода назад! И кто платил? Я! А твои деньги куда идут?
— На аренду… на личные нужды, — пробормотал Алексей.
— На личные нужды! А у меня, значит, личных нужд нет! У меня всё на семью! А теперь ещё и на твою маму должно пойти!
Галина Николаевна выступила вперёд, глаза сузились.
— Ты неблагодарная! Плохая жена! Хорошая жена поддерживает мужа и его семью!
— Поддерживаю! — Ольга почти задыхалась от ярости. — Я три года поддерживаю! А что взамен? Требования купить вам квартиру на мои деньги!
— Это правильно! — настаивала свекровь. — Старшее поколение должно быть в приоритете! Так всегда было!
— Не у меня! — отрезала Ольга.
Развернулась, вышла из гостиной. Прошла в спальню, достала из шкафа чемодан. Начала кидать туда вещи — одежду, обувь, документы.
Алексей вбежал следом.
— Оля, ты чего делаешь?
— Собираюсь. Уезжаю.
— Куда уезжаешь? Это наш дом!
— Съёмный дом, — поправила Ольга, не переставая паковать вещи. — И договор на меня. Так что это мой дом. Ну ничего найду другую квартиру, может даже подешевле. А ты можешь съехать к мамочке. Раз вы так друг друга любите.
— Оля, не глупи! — Алексей попытался взять жену за руку, но та вырвалась.
— Я не глуплю. Я просто поняла, с кем живу. С человеком, который спокойно обсуждает с мамой, как потратить мои деньги. Без моего ведома. Без моего согласия.
— Мы же не решили ничего окончательно! Просто разговаривали!
— Просто разговаривали! — Ольга застегнула чемодан, повернулась к мужу. — Ты согласился с ней! Я слышала! Ты сказал, что поговоришь со мной, объяснишь, что так правильно!
— Ну… мама права. Старших надо уважать.
— Старших надо уважать, если они заслуживают уважения! А твоя мама три года критикует меня! Говорит, что я плохая жена! Что слишком много работаю! А теперь узнала про накопления и хочет, чтобы я ей квартиру купила!
Ольга схватила чемодан, направилась к выходу.
Галина Николаевна стояла в прихожей, лицо красное, руки скрещены на груди.
— Ты пожалеешь! — крикнула свекровь. — Без мужа останешься одна! Никому не будешь нужна.
Ольга остановилась, посмотрела на пожилую женщину.
— Знаете что, Галина Николаевна? Мне без вашего сына лучше будет. Гораздо лучше.
Открыла дверь, вышла. Хлопнула так, что в подъезде эхом отозвалось.
Спустилась вниз, вызвала такси. Села на лавочку у подъезда, ждала машину. Руки дрожали, слёзы наконец прорвались. Ольга вытирала их, но новые текли и текли.
Три года. Три года она пахала, копила, мечтала. И всё это время рядом был человек, который готов был отдать её деньги своей матери. Даже не спросив. Даже не посоветовавшись.
Такси приехало. Ольга назвала адрес подруги. Лена точно пустит переночевать, а там разберётся.
Весь вечер провела у подруги, рассказывала, плакала. Лена слушала, качала головой, подливала чай.
— Оль, ты молодец, что ушла. Это же просто ужас. Они что, совсем охренели?
— Охренели, — согласилась Ольга. — И знаешь, что больше всего бесит? Алексей даже не понял, что сделал что-то не так! Для него это нормально — решать за меня, куда тратить мои деньги!
— Маменькин сынок, — констатировала Лена. — Таким не помочь.
На следующий день Ольга пошла к юристу. Консультация стоила три тысячи рублей, но оно того стоило.
Юрист объяснил, что при разводе делится только совместно нажитое имущество. Деньги, которые Ольга копила на личном счёте, открытом до брака, остаются у неё. Но если часть денег лежит на совместном счёте или вложена в какие-то покупки — делится пополам. Попытайтесь договориться с мужем разойтись мирно.
Ольга вспомнила. На совместном счёте лежало около двухсот тысяч рублей. Остальное — на личном. Значит, потеряет сто тысяч. Обидно, но не смертельно. Договариваться не хотела, даже видеть Алексея не хотела.
Подала на развод. Алексей звонил, просил вернуться, обещал, что больше не будет слушать мать. Ольга не верила.
Процесс развода занял три месяца. Делили те самые двести тысяч на совместном счёте. Алексей пытался претендовать на большее, но юрист Ольги предоставил выписки со счетов, доказал, что основные накопления — её личные.
Суд постановил: Алексею — сто тысяч рублей. Ольге — всё остальное плюс сто тысяч.
После развода Ольга сняла однокомнатную квартиру. Дешевле, чем та двухкомнатная, которую они снимали вместе. Платила двадцать тысяч в месяц.
Жить стало легче. Не нужно было кормить Алексея, покупать ему одежду, тратиться на всякую ерунду. Ольга тратила на себя минимум, остальное снова откладывала.
На работе начальник похвалил за успехи, повысил зарплату до девяноста пяти тысяч. Женщина была благодарна — деньги сейчас были как никогда важны.
Прошло полгода. Копилка снова росла. Ещё год-два, и можно брать ипотеку.
Как-то вечером Ольга сидела дома, пила чай и смотрела в окно. За окном шёл дождь, капли стучали по стеклу. Уютно было в квартире — маленькой, но своей. Ну, почти своей. Съёмной, но без лишних людей.
Телефон зазвонил. Незнакомый номер. Ольга ответила.
— Алло?
— Оля, это я, — голос Алексея. — Не вешай трубку, прошу.
Ольга вздохнула, но не положила трубку.
— Что нужно?
— Я хотел извиниться. За всё. За то, что было. Ты была права. Я повёл себя как идиот.
— Повёл, — согласилась Ольга. — И что теперь?
— Может, встретимся? Поговорим?
— Не вижу смысла.
— Оль, ну дай шанс. Я изменился. Мама больше не вмешивается. Я съехал от неё, снимаю комнату.
— Съехал от мамы? — Ольга усмехнулась. — Поздравляю. В тридцать лет. Героический поступок.
— Я понимаю, что ты злишься. Но, может, попробуем ещё раз?
— Нет, Лёша. Не попробуем. Я поняла одну вещь. Мне не нужен человек, который не уважает меня, мой труд, мои деньги. Который готов отдать мои накопления своей матери. Мне нужен партнёр. Равный партнёр. А ты таким не был. И вряд ли станешь. Ты даже развестись по-человечески не мог, требовал деньги.
— Оля…
— Прощай, Лёша. Не звони больше.
Положила трубку. Заблокировала номер.
Допила чай, посмотрела на экран телефона. На заставке была фотография — море, пляж, солнце. Ольга сделала этот снимок в отпуске два года назад. Последний раз, когда отдыхала.
Надо будет съездить куда-нибудь в отпуск. Давно пора. Может, в Сочи. Или в Турцию. Или вообще в Европу, если курс нормальный будет.
Ольга открыла ноутбук, зашла на сайт с турами. Начала смотреть варианты. Черногория выглядела интересно. И недорого.
Добавила в закладки несколько предложений. Потом открыла сайт с объявлениями о продаже квартир. Смотрела варианты, прикидывала цены.
Скоро. Совсем скоро у неё будет своя квартира. Не благодаря мужу. Не благодаря семье. Благодаря себе. Своему труду, своему упорству.
И это была лучшая мотивация.
Ольга закрыла ноутбук, потянулась. Завтра снова на работу, снова клиенты, снова авралы. Но теперь всё это имело смысл. Работала ради себя. Ради своей мечты.
Легла спать с улыбкой на лице. Впервые за долгое время.
Чья жизнь важнее: твоя или тех, кто называет это «семейным долгом»?