— Ты хоть раз в жизни сама отвечала за свои долги?! — резко крикнула Галина, хлопнув ладонью по столу так, что чашка подпрыгнула и пролила чай на скатерть.
На кухне стоял тяжелый, вязкий воздух. Ирина Петровна застыла у холодильника, будто её поймали за чем-то постыдным. Владимир Николаевич нервно теребил край газеты. А Нина — та самая Нина — сидела за столом, закинув ногу на ногу, и лениво крутила ложку в чашке.
— Ой, началось, — протянула Нина с кривой улыбкой. — Галя, ты как заведённая. Словно тебе лично эти деньги должны.
— Почти лично, — сухо ответила Галина. — Потому что твой брат считает, что платить за твои глупости должна я.
— Не начинай, — буркнул Олег, устало потирая переносицу. — Мы уже обсуждали.
— Нет, Олег, — Галина медленно повернулась к мужу. — Мы не обсуждали. Ты просто сообщил, что мои деньги уже мысленно отданы твоей сестре.
Нина хмыкнула.
— Слушайте, давайте без трагедии. Двести тысяч — это не космос. У людей ипотека по десять миллионов.
— У людей есть мозги, — тихо сказала Галина.
Ирина Петровна тут же вскинулась.
— Галочка, ну зачем ты так? Ниночка просто оступилась.
— Она не оступилась, — Галина посмотрела прямо на свекровь. — Она упала в яму и пытается затянуть туда всех.
Владимир Николаевич кашлянул.
— Давайте без оскорблений…
— Это не оскорбление, это бухгалтерия, — холодно сказала Галина. — Давайте посчитаем.
Она загнула палец.
— Аренда квартиры — тридцать тысяч.
— Машина, которую Нина разбила — сто пятьдесят тысяч.
— Курсы визажа — сорок тысяч.
— Микрозайм на ремонт — двадцать пять.
Она подняла глаза.
— И вот теперь цветочный бутик за двести.
Нина демонстративно аплодировала.
— Браво. Галя ведёт финансовый отчёт моей жизни.
— Кто-то же должен, — ответила Галина.
Олег резко поднялся.
— Хватит! Сейчас не время вспоминать старое.
— Сейчас как раз время, — сказала Галина. — Потому что вы снова пришли за деньгами.
Ирина Петровна всплеснула руками.
— Мы не за деньгами пришли! Мы за помощью!
— Помощь — это когда человеку плохо, — ответила Галина. — А у Нины хроническая привычка жить за чужой счёт.
Нина отставила чашку.
— Слушай, Галя, давай честно. Тебе просто жалко денег.
— Конечно жалко, — спокойно сказала Галина. — Я их зарабатывала.
— А мы что, не семья?
— Нет, — ответила Галина. — Вы — клуб спасения Нины.
Тишина упала тяжёлая, как мокрое одеяло.
Олег посмотрел на жену так, будто она только что сказала что-то неприличное.
— Галя… ты переходишь черту.
— Нет, Олег. Я просто перестала делать вид, что всё нормально.
Ещё пару часов назад Галина сидела на кухне одна.
Просматривала квитанции, записывала цифры в блокнот. Старая привычка — всё считать.
В этой квартире иначе нельзя.
Двухкомнатная, тесная, с кухней, где трое уже толкаются локтями. А их четверо. Иногда пятеро — когда Нина решает «забежать на минутку».
Четыре года назад Олег говорил:
— Полгода максимум.
Галина тогда поверила.
Любовь — вещь наивная.
Потом были «временные трудности», «неподходящий рынок», «сейчас не лучшее время».
А потом Нина.
Нина появлялась всегда одинаково.
С трагическим лицом и фразой:
— Олежек, мне нужна помощь…
И Олег помогал.
Галя сначала пыталась говорить.
Мягко.
— Может, Нине стоит самой разобраться?
Но Олег смотрел так, будто она предложила бросить человека в реку.
— Это моя сестра.
И разговор заканчивался.
Галина тогда начала копить молча.
Премии. Подработки. Переводы на накопительный счёт.
Она даже шутку придумала для себя.
«Фонд побега».
За пять лет там набралось семьсот восемьдесят тысяч.
Ещё немного — и можно было брать ипотеку.
Она представляла квартиру.
Небольшую. С окном во двор. Где никто не будет проверять, сколько она кладёт сахара в чай.
И где Нина не будет сидеть на кухне, как сейчас.
С таким видом, будто это её территория.
— Я вообще не понимаю, зачем вы всё драматизируете, — сказала Нина, ковыряя ногтем лак на чашке. — Бизнес — это риск.
— Ты открыла бутик без денег и без плана, — сказала Галина. — Это не риск. Это цирк.
— Ну не пошло.
— Потому что цветы покупают там, где дешевле.
— А у меня был стиль.
— У тебя был долг.
Олег резко ударил ладонью по столу.
— Всё! Хватит!
Он повернулся к Галине.
— Галя, просто скажи честно. Ты поможешь или нет?
— Нет.
Ирина Петровна вскочила.
— Как нет?!
— Очень просто.
— Но у тебя же есть деньги!
— Есть.
— Тогда почему?!
Галина посмотрела на свекровь спокойно.
— Потому что это деньги на мою жизнь.
— А Нина?!
— А Нина — на свою пусть зарабатывает.
Нина рассмеялась.
— Слушай, ты говоришь так, будто я преступница.
— Пока нет, — сказала Галина. — Но если долг пойдёт в суд — будет весело.
Владимир Николаевич тяжело вздохнул.
— Галя, ну не будь такой жёсткой…
— Я не жёсткая, — сказала она. — Я просто устала.
Она повернулась к мужу.
— Олег, ты хочешь помочь сестре?
— Да.
— Отлично. Помогай.
— Но у меня нет такой суммы!
— Тогда займи.
— Это долго!
— Зато честно.
Нина фыркнула.
— Ага. Пусть брат кредит возьмёт, а ты в стороне постоишь.
Галина посмотрела на неё.
— Нина, знаешь, что самое интересное?
— Что?
— Ты даже не просишь.
— А зачем? — пожала плечами Нина. — Вы же семья.
Галина тихо засмеялась.
Смех вышел сухой, почти злой.
— Вот именно.
Она взяла сумку.
— Я ухожу.
Олег опешил.
— В смысле?
— В прямом.
— Куда?!
— Подальше от этого семейного бизнеса.
Ирина Петровна всплеснула руками.
— Галочка, ну не надо устраивать спектакль!
— Это не спектакль.
— Тогда что?
Галина посмотрела на них всех.
— Это конец терпения.
Она открыла дверь.
Но в этот момент раздался звонок.
Громкий. Настойчивый.
Владимир Николаевич посмотрел в глазок и резко побледнел.
— Олег… — прошептал он.
— Что?
— Там… какие-то мужики.
— Какие мужики?
— По поводу долга Нины.
И в ту же секунду в дверь начали грохотать кулаками.
— Открывайте! Разговор есть! — грубо крикнул мужской голос за дверью и снова ударил кулаком так, что старая входная дверь задребезжала в коробке.
Владимир Николаевич отскочил от глазка и растерянно оглянулся на всех.
— Олег… там двое… — пробормотал он, нервно поправляя очки.
— Кто двое? — резко спросил Олег, шагнув в коридор.
— Такие… неприятные… — тихо ответил свёкор. — По поводу Нины.
На кухне мгновенно стало тихо. Даже чайник перестал шипеть.
Нина, которая ещё пять минут назад спорила и язвила, вдруг побледнела.
— Я… я им адрес не давала… — прошептала она, глядя в стол.
— А они, значит, сами телепортировались? — сухо сказала Галина, прислонившись плечом к стене и внимательно наблюдая за происходящим.
— Галя, не время сейчас! — раздражённо бросил Олег.
— Как раз самое время, — спокойно ответила Галина. — Обычно такие гости приходят не чай пить.
Стук в дверь стал сильнее.
— Мы долго ждать будем?! — рявкнул тот же голос. — Открывайте!
Ирина Петровна всплеснула руками.
— Господи, Олежек… что делать…
— Открывать, — коротко сказал Олег и решительно повернул замок.
Дверь распахнулась.
На лестничной площадке стояли двое.
Первый — высокий, с холодными глазами и короткой стрижкой. Второй — плотный мужчина лет сорока с тяжелым взглядом.
Оба выглядели так, будто привыкли разговаривать коротко и без лишней вежливости.
— Добрый вечер, — спокойно сказал высокий мужчина, осматривая квартиру. — Нина Владимировна здесь?
Нина на кухне шумно втянула воздух.
Олег встал в дверном проёме.
— А вы кто такие?
— По финансовому вопросу, — ответил мужчина и, не дожидаясь приглашения, сделал шаг в квартиру.
— Подождите! — возмутился Владимир Николаевич, вытянув руку. — Вы вообще-то без приглашения!
— Мы ненадолго, — равнодушно сказал второй мужчина, мягко отодвигая его плечом. — Поговорим и уйдём.
Они прошли на кухню.
Нина вскочила со стула.
— Я всё верну! — быстро сказала она, нервно поправляя волосы. — Просто сейчас сложная ситуация…
— У вас она всегда сложная, — спокойно заметил высокий мужчина, садясь на табурет.
Он достал телефон и открыл какую-то таблицу.
— Нина Владимировна, на сегодняшний день сумма долга составляет двести тридцать восемь тысяч рублей, — произнёс он ровным голосом.
Ирина Петровна ахнула.
— Как двести тридцать восемь?! — воскликнула она, хватаясь за край стола. — Говорили же двести!
— Проценты, — коротко объяснил мужчина.
— Но это же грабёж! — возмутился Владимир Николаевич.
— Это договор, — спокойно ответил второй.
Олег стоял, опершись руками о стол.
Лицо у него медленно темнело.
— Сколько времени? — спросил он.
— До завтра, — ответил мужчина.
— До завтра?! — резко переспросила Нина. — Вы с ума сошли?!
— Мы нет, — холодно сказал мужчина. — Но терпение у нас заканчивается.
Галина тихо усмехнулась.
— Какая неожиданность, — заметила она, скрестив руки.
Олег бросил на неё быстрый взгляд.
— Галя, пожалуйста…
— Я молчу, — спокойно сказала она.
Нина вдруг подскочила к брату.
— Олежек, скажи им! Скажи, что мы всё заплатим!
— Кто — мы? — тихо спросила Галина.
Нина повернулась к ней.
— Ну семья же!
— Семья — это не банкомат, — ответила Галина.
Высокий мужчина посмотрел на неё внимательно и слегка усмехнулся.
— Умная мысль, — сказал он.
Нина резко повернулась к нему.
— Я всё верну! Через месяц!
— Вы это уже говорили, — спокойно ответил мужчина.
Он встал.
— Завтра деньги — вопрос закрыт. Нет денег — дальше будет официально. Через суд.
— Идите в суд! — неожиданно резко сказал Олег.
Все замолчали.
Даже Нина.
— Олежек… — прошептала она.
Олег посмотрел на сестру долгим взглядом.
— Ты взрослая женщина, — сказал он устало. — Начни жить как взрослая.
Нина побледнела.
— Ты что, бросишь меня?
— Я больше не буду решать твои проблемы, — тихо ответил он.
Ирина Петровна всплеснула руками.
— Олег! Это же сестра твоя!
— Мама, хватит! — резко сказал он.
Мужчины у двери переглянулись.
— Ладно, — сказал высокий. — Мы услышали. Завтра ждём ответ.
Он направился к выходу.
У двери остановился и повернулся.
— Кстати, — спокойно добавил он. — Если дело дойдёт до суда, то проверят все долги. Иногда там всплывает гораздо больше интересного.
Нина резко отвернулась.
Дверь закрылась.
На кухне повисла тяжёлая тишина.
Ирина Петровна тихо плакала.
Владимир Николаевич ходил из угла в угол.
Олег смотрел на сестру.
— Сколько ещё долгов? — спросил он глухо.
Нина молчала.
— Нина, — повторил он.
— Немного…
— Сколько?
Она сжала губы.
— Кредитка…
— Сколько всего? — уже жёстче спросил Олег.
Нина закрыла лицо руками.
— Около четырёхсот тысяч…
Ирина Петровна тихо застонала.
— Господи…
Олег резко отвернулся к окну.
— Вот до чего дошло, — сказал он хрипло.
Галина молчала.
Она смотрела на Нину спокойно и почти холодно.
Нина вдруг подняла голову.
Глаза у неё стали злые.
— Да что вы все на меня смотрите?! — выкрикнула она.
— Потому что это твои долги, — спокойно ответила Галина.
Нина криво усмехнулась.
— А ты вообще молчи.
— Почему это? — тихо спросила Галина.
— Потому что строишь из себя святую, — зло сказала Нина.
Олег повернулся.
— Нина, хватит.
Но Нина уже разошлась.
— Нет, пусть послушает! — вспыхнула она, резко вставая из-за стола. — Она тут всем читает лекции про деньги!
Галина спокойно посмотрела на неё.
— Я хотя бы не живу за чужой счёт.
— Зато деньги прячешь, — усмехнулась Нина.
Олег нахмурился.
— Какие деньги?
Нина повернулась к брату.
На губах у неё появилась неприятная, почти торжествующая улыбка.
— Олежек… а она тебе не рассказывала?
Галина почувствовала, как внутри неприятно холодеет.
— Нина, не надо, — тихо сказала она.
Но Нина уже не остановилась.
— У твоей жены не семьсот восемьдесят тысяч, — сказала она медленно. — У неё больше.
Олег медленно повернулся к Галине.
— Что она имеет в виду? — спросил он тихо.
Галина молчала.
А Нина наклонилась вперёд и сказала почти шёпотом:
— Потому что я случайно видела её банковское приложение, — сказала Нина медленно, откинувшись на спинку стула и прищурившись. — И там было не семьсот тысяч. Там было больше миллиона.
На кухне стало тихо.
Ирина Петровна даже перестала плакать.
Олег медленно повернулся к Галине.
— Галя… это правда? — спросил он глухо, сжимая пальцами край стола.
Галина стояла у стены и смотрела на Нину спокойно. Даже слишком спокойно.
— Нина любит приукрашивать, — сказала она ровным голосом.
— То есть это ложь? — напряжённо уточнил Олег.
— Нет.
Ирина Петровна резко выпрямилась.
— Как — нет?!
— Потому что сумма действительно больше, — спокойно сказала Галина.
Нина победно усмехнулась.
— Вот! Я же говорила!
Олег смотрел на жену так, будто впервые её видел.
— Почему ты мне не сказала? — спросил он тихо.
Галина усмехнулась коротко и горько.
— А зачем?
— Что значит — зачем?! — вспыхнул Олег, резко вскинув голову. — Мы же муж и жена!
— Правда? — тихо спросила Галина.
Она медленно прошла к столу.
— Интересно получается. Когда деньги нужны Нине — мы семья. Когда я коплю — это мои проблемы.
Олег ударил ладонью по столу.
— Не переворачивай! Сейчас речь о другом!
— Нет, Олег, — спокойно ответила Галина. — Речь как раз об этом.
Нина раздражённо фыркнула.
— Да хватит уже философии! — сказала она, нервно постукивая ногтями по столу. — Деньги есть — значит помогите.
Галина посмотрела на неё с лёгким удивлением.
— Ты серьёзно сейчас?
— А что? — вызывающе сказала Нина, разводя руками. — У тебя лежит больше миллиона, а мы тут из-за двухсот тысяч на нервах!
— У тебя не двести, — спокойно сказала Галина. — У тебя почти четыреста.
Нина раздражённо закатила глаза.
— Ну и что?!
— А то, — ответила Галина. — что это твои долги.
Ирина Петровна всплеснула руками.
— Галочка, ну зачем так жёстко…
— А как нужно? — спокойно спросила Галина. — Аплодировать?
Владимир Николаевич тяжело вздохнул.
— Может, мы все немного успокоимся…
Но Нина уже завелась.
Она резко встала из-за стола.
— Да что ты из себя строишь?! — выкрикнула она, наклоняясь к Галине. — Ты просто жадная!
— Возможно, — спокойно сказала Галина.
— Ты хочешь разрушить нашу семью!
— Нина, — тихо сказала Галина, — вашу семью разрушает не моя экономия. А твоя безответственность.
— Ах вот как?!
Нина резко толкнула табурет ногой.
Он с грохотом упал.
Ирина Петровна вскрикнула.
— Нина, прекрати!
Но Нина уже кипела.
— Все тут такие правильные! — кричала она, размахивая руками. — А как деньги делить — так сразу жадность!
Олег резко встал.
— Хватит! — сказал он резко, сжав кулаки.
Нина повернулась к нему.
— Ты тоже против меня?
— Я против того, что происходит, — устало ответил он.
— Значит против меня!
— Нина…
— Ты всегда меня спасал! — закричала она. — А теперь что — бросишь?!
Олег тяжело выдохнул.
— Я больше не могу.
Нина на секунду замерла.
— Что?
— Я больше не буду платить твои долги, — сказал он тихо.
Ирина Петровна ахнула.
— Олег!
— Мама, хватит, — устало сказал он, потирая лицо. — Это продолжается годами.
Нина смотрела на брата с открытым ртом.
— Ты серьёзно сейчас?
— Да.
— Даже если у неё есть деньги?! — она ткнула пальцем в Галину.
Олег посмотрел на жену.
Потом снова на сестру.
— Даже тогда.
Нина вдруг рассмеялась. Смех был резкий, почти истеричный.
— Какие вы оба смешные! — сказала она, вытирая глаза. — Ты думаешь, она останется с тобой после этого?
Олег нахмурился.
— Что ты несёшь?
Нина посмотрела на Галину и усмехнулась.
— Скажи ему.
— Что? — тихо спросил Олег.
Галина взяла сумку.
— Я уже сказала.
— Что?
— Что ухожу.
Тишина стала глухой.
— Ты серьёзно? — спросил Олег, глядя на неё в упор.
— Да.
— Из-за денег?
— Нет.
Она посмотрела на него спокойно.
— Из-за того, что я всегда была у тебя на третьем месте.
Ирина Петровна снова заплакала.
— Галочка, не надо…
Галина мягко покачала головой.
— Надо.
Она повернулась к Олегу.
— Помнишь, ты обещал через полгода съехать?
Олег опустил глаза.
— Помню.
— Прошло четыре года.
Нина усмехнулась.
— Ой, ну началось…
И в этот момент Галина резко повернулась к ней.
— Замолчи, — сказала она спокойно, но так холодно, что Нина действительно замолчала.
Галина снова посмотрела на мужа.
— Я устала жить в чужих проблемах.
— Мы могли всё исправить… — тихо сказал Олег.
— Нет.
Она открыла дверь.
— Это нужно было делать раньше.
Она вышла в коридор.
Ирина Петровна догнала её.
— Галочка… может поговорим…
— Мы разговаривали четыре года, — спокойно сказала Галина.
И вышла.
Дверь закрылась.
Прошло семь месяцев.
Галина стояла у окна своей маленькой квартиры.
Тридцать квадратных метров.
Большое окно.
Тишина.
Телефон завибрировал.
Сообщение от бывшей соседки.
«Ты слышала? Нина снова в долгах. И Олег теперь живёт с родителями.»
Галина усмехнулась.
Ответ писать не стала.
Конец.
«Можно подумать, что у тебя есть выбор» — с сарказмом произнес Павел, собирая свои вещи