Екатерина нарезала помидоры для салата, прислушиваясь к разговору в гостиной. Полина Михайловна, как обычно, вела монолог о чём-то своём. Голос свекрови звучал мечтательно, с придыханием.
— …и представляешь, Ромочка, какая красота за городом сейчас! Воздух чистый, птички поют. А я всё в этой душной квартире сижу.
Екатерина вздохнула. Опять началось. Уже третье воскресенье подряд свекровь заводила речь о загородной жизни.
— Вот у Тамары Ивановны из соседнего подъезда дача есть, — продолжала Полина Михайловна. — Огурчики свои, помидорчики. Всё натуральное, без химии. А цветы какие! Георгины с кулак!
Роман что-то невнятно пробормотал в ответ. Екатерина вышла из кухни с тарелкой нарезанных овощей.
— Полина Михайловна, может, чаю?
Свекровь даже не взглянула на невестку, продолжая обращаться к сыну:
— Ты подумай только, Ромочка. Своя земля, свой дом. Можно выращивать что угодно. Я бы клубнику посадила, малину. И цветник разбила бы шикарный.
Екатерина поставила тарелку на стол и вернулась на кухню. Разговор был явно не для неё.
Прошел месяц. День рождения Полины Михайловны отмечали в ресторане. Свекровь сияла в новом платье, принимая поздравления от гостей. За столом собралась вся родня — тётушки, двоюродные братья Романа, пара подруг именинницы.
После тостов и официальной части Полина Михайловна расслабилась и снова завела любимую тему.
— Знаете, я тут сайты смотрела с объявлениями, — свекровь достала телефон и начала пролистывать фотографии. — Вот, смотрите, какой участок. Десять соток, дом деревянный. Рядом лес, речка недалеко.
Тётушки сочувственно кивали, разглядывая экран. Роман наклонился к матери, чтобы лучше видеть.
— Хороший домик, мама.
— Правда? — Полина Михайловна просияла. — И вот этот мне ещё нравится. Тоже десять соток, но участок ровнее. Грядки можно делать большие.
Екатерина допивала вино, глядя в окно. Разговор о дачах тянулся уже полчаса. Гости вежливо поддерживали тему, но женщина видела, как некоторым это уже наскучило.
— Полина Михайловна мечтает о загородном доме, — пояснила одна из тётушек соседке. — Всю жизнь в городе прожила, хочется на природу.
— Понимаю, — кивнула та. — У меня сестра тоже недавно дачу купила. Говорит, лучше не придумаешь для отдыха.
Свекровь оживилась ещё больше и принялась расспрашивать про дачу сестры тётушкиной соседки. Екатерина незаметно закатила глаза. Ещё час такого разговора обеспечен.
Через две недели снова пошли в кафе. Роман пригласил мать пообедать, Екатерина составила компанию. Заказали, принесли блюда. Полина Михайловна отрезала кусочек курицы и задумчиво произнесла:
— А знаете, в городе невозможно отдохнуть по-настоящему. Шум, суета. Машины гудят, люди толпами ходят.
— Мама, так переезжай за город, — пошутил Роман.
Полина Михайловна покачала головой.
— Ой, Ромочка, если бы. Мне бы участок хоть небольшой. Построила бы домик. Летом там жила, зимой в городе. Красота же!
— Красота, — согласился сын, жуя салат.
— Представляешь, свой огород. Картошечку копаешь, лучок дёргаешь. Всё своё, свежее. Не эту магазинную отраву.
Екатерина молча ела, слушая монолог свекрови в сотый раз. Тема дачи стала навязчивой идеей Полины Михайловны. Каждая встреча, каждый разговор — всё крутилось вокруг загородной недвижимости.
— А цветы! — мать мужа всплеснула руками. — Я бы розы посадила. И лилии. И пионы обязательно. Ты помнишь, Ромочка, у твоей бабушки в деревне какие пионы росли?
— Помню, мама.
— Вот-вот. Красотища невероятная. И запах!
Екатерина допила кофе и посмотрела на часы. Ещё пятнадцать минут этого счастья.
На Восьмое марта собрались у Полины Михайловны. Пришли Роман с Екатериной, тётя Валя с дочкой, соседка Зинаида Петровна. Свекровь накрыла стол, расставила закуски.
После поздравлений и первых тостов Полина Михайловна снова полезла в телефон.
— Ромочка, смотри, новое объявление вышло, — мать пододвинула гаджет сыну. — Участок двенадцать соток, дом кирпичный. Баня есть!
Роман взял телефон, увеличил фотографию.
— Неплохо выглядит.
— Правда? — женщина придвинулась ближе. — Вот тут видишь, веранда большая. А тут сад за домом. Яблони, вишни.
Екатерина наблюдала за мужем. Роман рассматривал снимки с явным интересом, задавал вопросы. Свекровь комментировала каждую деталь, строила планы, мечтала вслух.
— Мне кажется, это идеальный вариант, — Полина Михайловна забрала телефон и начала пролистывать дальше. — Посмотри, Ромочка, а вот эта дача ещё лучше!
Тётя Валя переглянулась с дочкой. Зинаида Петровна вежливо улыбалась. Екатерина налила себе чаю и отошла к окну.
Следующий семейный ужин прошёл по тому же сценарию. Полина Михайловна говорила о дачах, о земельных участках, о преимуществах загородной жизни. Роман слушал, кивал, соглашался. Екатерина молча доедала второе блюдо и думала о своём.
— Знаешь, Ромочка, — мать отложила вилку, — недвижимость сейчас — это очень правильное вложение. Деньги обесцениваются, а земля дорожает.
— Да, мама, я слышал.
— Вот именно. Купить участок с домом — это не только для души, но и выгодно. Через пять лет цена вырастет минимум вдвое.
Екатерина взглянула на мужа. Роман сидел задумчивый, будто прикидывал что-то в уме. Женщина почувствовала лёгкую тревогу.
— Тебе не кажется, что мама слишком увлеклась этой идеей? — спросила Екатерина вечером, когда вернулись домой.
— Увлеклась так увлеклась, — Роман пожал плечами. — Пусть мечтает. Никому не мешает.
— Но она каждый раз только об этом и говорит. Явно на что-то намекает!
— Ну и что? — муж разделся, повесил рубашку на спинку стула. — Человек мечтает о собственной даче. Нормальное желание.
Екатерина хотела сказать что-то ещё, но промолчала. Спорить было бесполезно.
Через неделю Полина Михайловна снова зашла в гости. На этот раз без предупреждения, просто позвонила в дверь.
— Ромочка, у меня к тебе разговор, — свекровь прошла в квартиру, сняла пальто. — Серьёзный такой.
Екатерина заварила чай, накрыла на стол. Полина Михайловна села на диван, сложила руки на коленях.
— Понимаешь, сынок, я тут подумала. Дача могла бы стать местом для всей семьи. Вы бы приезжали на выходные, отдыхали. Воздух, природа. Детей потом возить можно будет.
Роман кивнул.
— Хорошая идея, мама.
— Правда? — женщина обрадовалась. — Я так и знала, что ты поймёшь. Представляешь, летом шашлыки жарим, в баньку ходим. Праздники отмечаем на свежем воздухе.
Екатерина сидела на кухне, слушая разговор. Внутри нарастало неприятное предчувствие. Свекровь говорила так, будто дело уже решённое.
В субботу утром Роману позвонила мать. Мужчина долго разговаривал, что-то уточнял. Екатерина готовила завтрак и краем уха ловила обрывки фраз.
— …серьёзно? Уже купила? Мама, поздравляю!
Женщина обернулась. Рома стоял с телефоном, широко улыбаясь.
— Да, конечно! Мы в эти выходные приедем посмотреть. Хорошо, до встречи!
— Что случилось? — осторожно спросила Екатерина.
— Мама дачу купила! — Роман сиял. — Наконец-то сбылась её мечта. Говорит, отличный участок, дом крепкий. Приглашает в субботу приехать.
Катя застыла с ложкой в руке.
— Купила? Откуда у неё деньги?
— Не знаю, — муж пожал плечами. — Наверное, накопила. Или продала что-то. В субботу всё узнаем.
Женщина разлила кашу по тарелкам, но аппетит пропал. Откуда у Полины Михайловны могли взяться деньги на дачу? Пенсия у свекрови небольшая. Квартира однокомнатная, продавать её не собиралась. Накопления? Сомнительно.
В течение недели Полина Михайловна названивала Роману каждый день. Рассказывала о даче, о планах по обустройству, о соседях. Женщина не могла нарадоваться покупке.
— Ромочка, там такой сад! Яблони старые, но ухоженные. И малинник большой. А грядки можно сделать где угодно, места море.
— Здорово, мама.
— Я уже семена присмотрела. Хочу огурцы посадить, помидоры. И зелень разную. Петрушку, укроп. Всё своё будет!
Екатерина слушала эти разговоры и всё больше недоумевала. Полина Михайловна говорила о даче так, будто на самом деле купила сама. Но откуда деньги?
В субботу поехали смотреть дачу. Полина Михайловна встретила молодую семью у калитки, размахивая руками.
— Вот! Смотрите! Моя дача!
Участок действительно был неплохим. Десять соток ровной земли, старый деревянный дом, баня. За домом сад с яблонями и вишнями. Грядок пока не было, но место под них уже присмотрено.
— Как тебе, Ромочка? — мать водила сына по участку, показывая каждый уголок. — Тут я розы посажу. А здесь клумбу сделаю. Представляешь, какая красота будет!
Роман одобрительно кивал, осматривал дом, заглядывал в баню. Екатерина молча шла следом.
— Мама, а откуда деньги взялись? — наконец спросил Рома.
— Ой, Ромочка, это неважно, — мать махнула рукой. — Главное, что дача есть! Давай лучше внутрь зайдём, покажу, как я уже обустроила.
Екатерина насторожилась. Неважно откуда деньги? Странный ответ.
Вечером, вернувшись домой, жена попыталась поговорить с мужем.
— Рома, тебе не кажется странным, что твоя мать не объяснила, откуда у неё деньги на дачу?
— Не кажется, — муж раздевался, вешал куртку. — Накопила, значит.
— На пенсию? — Екатерина скрестила руки на груди. — Серьёзно?
— Может, продала что-то. Или заняла у кого-то. Не знаю, Катя. И не вижу смысла в этом копаться.
— Я вижу смысл, — жена нахмурилась. — Дачи стоят дорого. Особенно с домом и участком в десять соток. Откуда у неё такие деньги? Как бы нам это боком не вышло?
Роман отмахнулся и ушёл в ванную. Разговор был окончен.
Полина Михайловна звонила каждый день, делясь новостями с дачи. Привезла рассаду, начала копать грядки, заказала семена. Свекровь была на пике счастья.
— Ромочка, соседи такие хорошие! Познакомилась с Валентиной Семёновной, она мне советы даёт про огород. И с Петром Ивановичем, он дрова мне помогает пилить.
Екатерина слушала эти отчёты и не могла отделаться от тревоги. Что-то было не так. Что-то не складывалось.
Во время уборки квартиры Екатерина перебирала бумаги на полке. Старые квитанции, чеки, какие-то справки. И вдруг между папок выскользнул сложенный вдвое листок.
Женщина развернула. Кредитный договор. Сумма — три миллиона рублей. Срок — десять лет. Заёмщик — Роман Викторович Соколов. Подпись. Печать банка.
Екатерина опустилась на диван, перечитывая документ. Три миллиона. Ежемесячный платёж — сорок пять тысяч. Зарплата Романа — пятьдесят восемь. После выплаты кредита оставалось тринадцать тысяч.
Руки задрожали. Екатерина пролистала договор дальше. Цель кредита — покупка земельного участка с жилым домом. Дата оформления — за три недели до покупки дачи Полиной Михайловной.
Женщина зажмурилась, пытаясь успокоиться. Значит, так. Роман взял кредит. Три миллиона. И отдал матери на дачу. Не сказав жене ни слова. Делал вид, что не знает откуда деньги, врал прям в глаза.
Екатерина перечитала договор ещё раз, проверяя каждую строчку. Может, ошибка? Может, это какой-то другой кредит? Но нет. Всё было предельно ясно. Сумма. Дата. Цель.
Женщина встала и прошла в комнату. Роман сидел за компьютером, что-то печатал.
— Рома, нам надо поговорить.
— Угу, — муж не отрываясь от монитора.
— Сейчас. Немедленно.
Роман обернулся, увидел лицо жены.
— Что случилось?
Екатерина протянула кредитный договор. Муж взял листок, пробежал глазами. Побледнел.
— Катя, я могу объяснить…
— Объясни, — женщина скрестила руки на груди. — Я слушаю.
Роман положил документ на стол, потёр лицо ладонями.
— Мама хотела дачу. Очень хотела. Всю жизнь мечтала. А денег не было.
— И ты взял кредит, — закончила Екатерина. — Три миллиона. На десять лет. Не сказав мне ни слова.
— Я хотел сказать, — муж виновато посмотрел на жену. — Но не знал как.
— Не знал как, — повторила женщина. — Ты взял кредит за маму, а платить кто будет? Я? Ну уж нет, милый, обломись!
— Катя, не кричи, — Роман встал, попытался взять жену за руку.
Екатерина отстранилась.
— Не трогай меня! Ты понимаешь, что натворил? Твоя зарплата пятьдесят восемь тысяч. Платёж сорок пять. Остаётся тринадцать. Тринадцать тысяч, Рома! На что мы будем жить?
— Я подработаю, — муж опустил руки. — Найду что-нибудь дополнительное. Справимся.
— Справимся, — женщина засмеялась без веселья. — Ты вообще со мной советовался? Спрашивал моё мнение?
— Катя, это моя мать, — Роман повысил голос. — Мне было тяжело отказать ей.
— Твоя мать, — повторила Екатерина. — А я кто? Просто человек, который живёт с тобой в одной квартире?
— Не говори глупости.
— Глупости? — женщина шагнула к мужу. — Ты загнал нас в долговую яму на десять лет ради маминой прихоти, и это я говорю глупости?
— Это не прихоть! — Роман сжал кулаки. — Это её мечта! Всю жизнь мечтала!
— И пусть мечтает дальше, — Екатерина развернулась к шкафу. — На свои пенсионные.
— Куда ты?
— Пакую вещи, — женщина достала сумку с верхней полки. — Не хочу жить с человеком, который принимает решения за мою спину.
— Катя, подожди, — муж схватил жену за плечо. — Давай обсудим. Найдём выход.
— Какой выход? — Екатерина обернулась. — Кредит уже оформлен. Деньги отданы. Дача куплена. Что тут обсуждать?
— Ну я же сказал, подработаю!
— А я что, должна жить впроголодь, пока ты выплачиваешь мамину дачу? — женщина бросила в сумку одежду с вешалок. — Извини, но я на такое не подписывалась.
Роман стоял посреди комнаты, растерянно глядя на жену.
— Ты серьёзно уходишь?
— Абсолютно, — Екатерина застегнула сумку. — Хочешь спускать деньги на мать — пожалуйста. Но без меня.
— Катя, не надо так, — муж попытался обнять жену.
Женщина оттолкнула Романа.
— Не трогай. Ты предал меня. Взял кредит, не сказав ни слова. Обрёк нас на нищету ради маминого каприза. И теперь пытаешься оправдаться любовью к матери.
— Я не оправдываюсь!
— Ещё как оправдываешься, — Екатерина надела куртку. — Но знаешь что? Мне всё равно. Живи с мамой. Выплачивай за её дачу. Радуйтесь вместе.
Женщина взяла сумку и вышла из квартиры, не оглядываясь. Роман остался стоять в коридоре, не в силах сделать шаг.
Екатерина остановилась у подруги Оли. Рассказала ситуацию. Подруга выслушала и покачала головой.
— Катя, ты правильно сделала. Три миллиона кредита без твоего ведома — это не шутки.
— Понимаю, — женщина устало опустилась на диван. — Просто не верится, что Рома на такое пошёл.
— Маменькин сынок, — вздохнула Оля. — Типичный.
Следующим утром Екатерина пошла к юристу. Консультация заняла час. Юрист объяснил, что кредит оформлен на мужа, без вашего ведома, значит, выплачивать будет муж. Но если не развестись, долг считается общим.
— Разводитесь, — посоветовал юрист. — Чем быстрее, тем лучше. Тогда кредит останется за бывшим супругом, а вы будете свободны.
Екатерина кивнула. Развод. Значит, так и будет.
Через неделю женщина подала документы. Роман звонил, писал, просил встретиться. Екатерина игнорировала. Говорить было не о чем.
Полина Михайловна тоже звонила. Плакала в трубку, обвиняла невестку.
— Как ты могла? Из-за какой-то ерунды бросить мужа! Одумайся, пока не поздно.
— Из-за ерунды? — Екатерина холодно усмехнулась. — Ваш сын взял кредит на три миллиона, не поставив меня в известность. Это ерунда?
— Ну подумаешь, кредит! Зато у меня дача!
— Радуйтесь, — бросила женщина и отключила телефон.
Больше Екатерина не брала трубку ни от свекрови, ни от мужа. Развод оформлялся быстро — без детей, без совместного имущества. Квартира была съёмной, мебель старой. Делить было нечего.
Через три месяца Екатерина получила свидетельство о разводе. Роман не явился на заседание. Прислал адвоката, который подписал все бумаги без возражений.
Женщина сняла небольшую однокомнатную квартиру. Скромную, но свою. Устроилась на новую работу с зарплатой чуть выше прежней. Жизнь потихоньку налаживалась.
Однажды Екатерина случайно встретила на улице знакомую Полины Михайловны. Поздоровались, обменялись парой фраз.
— Как дела у Романа? — из вежливости спросила Екатерина.
— Да так, — знакомая поморщилась. — Работает на двух работах. Кредит выплачивает. Полина Михайловна на даче живёт, счастливая. А Ромочка переехал в её однушку, вкалывает, похудел.
Екатерина кивнула и распрощалась. Идя домой, женщина думала о бывшем муже. Работает на двух работах. Выплачивает мамин кредит. Это был его выбор. И пусть живёт с последствиями.
Вечером Екатерина сидела на балконе, глядя на закат. Впервые за долгое время внутри было спокойно. Никакого груза чужих долгов. Никаких упрёков и оправданий. Просто жизнь. Своя жизнь.
Телефон завибрировал. Сообщение от подруги — приглашение на выставку в пятницу. Екатерина улыбнулась и согласилась. Почему бы и нет?
Где-то в пригороде Полина Михайловна поливала грядки на своей даче, радуясь урожаю. Роман работал вторую смену, чтобы успеть внести очередной платёж по кредиту. А Екатерина спокойно строила планы на выходные.
У каждого была своя жизнь. И это было правильно.
— Конечно, ей вы с мамой квартиру покупаете, а я так и должна всё сама делать, и учиться, и работать, да ещё и вам за проживание платить