Марина зашла в приложение банка и перевела ещё пять тысяч на накопительный счёт. Баланс показал двести двадцать восемь тысяч рублей. Год экономии, год отказа от всего лишнего. Никаких новых сапог осенью, никаких походов в кафе с подругами, никаких спонтанных покупок. Всё ради одной цели — отпуск с Максимом на море.
Женщина работала администратором в частной клинике, получала пятьдесят четыре тысячи рублей. Из них шестнадцать тысяч уходило на аренду комнаты, ещё двадцать на еду и проезд, оставшиеся откладывала. Иногда урезала расходы до предела, чтобы отложить больше. Максим зарабатывал примерно столько же, работал слесарем на заводе. Тоже копил, правда не так фанатично. Но старался. Брал дополнительные смены по выходным, отказывался от пива с друзьями.
Они встречались два года. Познакомились в маршрутке — Марина ехала с работы, Максим тоже. Разговорились случайно, он помог ей донести сумки до подъезда. Обменялись номерами. Через неделю пошли в кино. Ещё через месяц стали встречаться официально.
Максим был простым парнем. Без особых амбиций, зато надёжным. Не пил, не гулял, работал исправно. Марина ценила это. После предыдущего парня, который менял работы как перчатки и постоянно занимал деньги, хотелось стабильности. Максим давал эту стабильность.
Идея с отпуском появилась прошлой весной. Сидели в комнате у Марины, пили чай, листали фотографии в интернете. Максим показывал пляжи Турции.
— Вот бы туда махнуть, — мечтательно протянул парень.
— Давай, — неожиданно для себя согласилась Марина. — Давай накопим и поедем.
— Серьёзно?
— Абсолютно. Будем откладывать по чуть-чуть. За год наберём.
— По рукам.
Они ударили ладонями, засмеялись. С того вечера началась копилка. Марина завела отдельный счёт, Максим тоже. Каждый месяц отчитывались друг перед другом. Сколько удалось отложить, сколько осталось до цели. Это сближало. Общая мечта, общие усилия.
Зимой начали планировать детали. Выбрали Турцию, курорт Кемер. Искали отель долго, сравнивали цены, читали отзывы. Остановились на четырёхзвёздочном, не самом дешёвом, но с хорошими рейтингами. Номер с видом на море, завтраки включены, бассейн, анимация. Восемь дней, две путёвки — сто шестьдесят тысяч на двоих. Ещё оставалось на карманные расходы, экскурсии, сувениры.
Марина жила этой поездкой. Каждый вечер перечитывала описание отеля, смотрела фотографии номеров, изучала карту местности. Представляла, как они будут завтракать на террасе, потом идти на пляж, лежать под зонтиком, купаться в тёплом море. Вечером ужин в ресторане, прогулка по набережной, возвращение в номер. Романтика, близость, никаких забот.
Максим тоже был воодушевлён. Правда, меньше вникал в детали. Марина составляла списки, что взять с собой, какие экскурсии заказать. Молодой человек кивал, соглашался. Ему достаточно было просто знать, что они едут. Подробности его не особо интересовали.
В марте забронировали билеты на июль. Туда-обратно, прямой рейс. Марина оплатила сразу, чтобы не откладывать. Деньги списались со счёта, и женщина почувствовала странное волнение. Вот оно, началось. Билеты куплены, отель забронирован. Осталось дождаться.
Последние месяцы тянулись мучительно медленно. Марина считала дни. Сто дней до отпуска, восемьдесят, пятьдесят. Каждое утро просыпалась с мыслью: на день ближе. Максим посмеивался над её нетерпением.
— Ты как ребёнок перед Новым годом.
— Я так давно не была на море, — оправдывалась Марина. — Лет пять, наверное.
— Я вообще не был.
— Как не был?
— Ну не приходилось. В детстве родители возили пару раз на речку. А на море — ни разу.
Марина удивилась. Значит, для Максима это будет первый раз. Тем более важно, чтобы всё прошло идеально.
За неделю до вылета женщина начала собирать чемодан. Выложила на кровать купальники, сарафаны, шлёпанцы, косметику. Перебирала вещи, прикидывала, что точно пригодится, что можно оставить. Максим собрался за один вечер — шорты, футболки, тапки. Всё.
Накануне вылета Марина почти не спала. Ворочалась, смотрела в потолок, прокручивала в голове завтрашний день. Встать в пять утра, доехать до аэропорта, регистрация, посадка, полёт, прилёт, трансфер в отель. А там — неделя счастья. Неделя, когда можно забыть про работу, про серые будни, про всё.
Утром Максим приехал за Мариной на такси. Погрузили чемоданы в багажник, поехали. По дороге молчали, каждый думал о своём. Марина смотрела в окно на просыпающийся город и думала, что через несколько часов всё это останется позади. Будет другая страна, другой климат, другая жизнь. Хотя бы на восемь дней.
В аэропорту народу было немного. Июль, пик сезона, но раннее утро. Регистрация прошла быстро. Сдали багаж, получили посадочные талоны, прошли контроль. В зале ожидания Марина купила кофе, Максим взял сэндвич. Сидели на пластиковых стульях, наблюдали за другими пассажирами. Кто-то тоже летел на отдых — видно по лёгкой одежде, по возбуждённым лицам.
Объявили посадку. Марина схватила сумку, вскочила.
— Пошли!
Максим засмеялся, поднялся. Они встали в очередь к выходу на посадку. Марина чувствовала, как сердце колотится. Вот оно. Сейчас зайдут в самолёт, сядут на свои места, взлетят. Через три с половиной часа будут в Турции.
Поднялись по трапу, зашли в салон. Узкий проход между креслами, запах самолётного кондиционера. Марина нашла свой ряд — четырнадцатый, места А и В, у иллюминатора. Максим пропустил девушку вперёд, она протиснулась к окну, села. Максим устроился рядом. Пристегнулись.
Марина смотрела в иллюминатор, ждала, когда закроют двери и начнут взлёт. Максим листал журнал из кармана переднего кресла. Пассажиры рассаживались, убирали вещи на верхние полки, устраивались поудобнее.
Вдруг Марина услышала знакомый голос.
— Максимушка, а мы тут!
Женщина обернулась. В проходе стояла Елена Викторовна, будущая свекровь. Рядом с ней ещё одна дама примерно того же возраста, с крашеными волосами и яркой помадой. Обе улыбались, махали руками.
Марина моргнула. Что? Что происходит? Елена Викторовна здесь? В самолёте? Как?
— Мама, привет, — Максим поднял голову от журнала.
— Ой, Максим, спасибо тебе огромное! Ты наш герой!
Рядом с Еленой Викторовной кивнула вторая дама.
— Максим, золотой мальчик, — пропела незнакомка. — Я Ольга Петровна, мы с твоей мамой дружим. Спасибо, что взяли нас с собой!
Марина медленно повернулась к жениху. Максим сидел, уставившись в пол. Уши покраснели.
— Максим, — тихо произнесла Марина. — О чём они говорят?
Молодой человек сглотнул. Поднял глаза, посмотрел на девушку виновато.
— Я… я хотел сказать раньше.
— Сказать что?
— Я купил путёвки для мамы и Ольги Петровны.
Повисла пауза. Марина смотрела на парня, пытаясь осмыслить услышанное. Купил путёвки? Для матери и её подруги? На их отпуск?
— Что ты сказал?
— Мама очень просила, — Максим заговорил быстро, сбивчиво. — Она давно мечтала на море. Ольга Петровна тоже. У них пенсии маленькие, сами не накопят. Я… ну… решил помочь.
— Помочь, — эхом повторила Марина.
— Ну да. — Максим кивнул. — Не бросать же их. Они всю жизнь в этой стране прожили, ни разу на нормальном отдыхе не были.
— А я? — голос Марины дрожал. — Я тоже всю жизнь в этой стране прожила. Я год копила на этот отпуск. ВДВОЁМ с тобой.
— Марина, ну не злись. — Максим попытался взять девушку за руку, но та отдёрнула ладонь. — Мы же всё равно вместе полетим. Просто мама с Ольгой Петровной тоже будут.
— Максим, мы не будем вам мешать! — встрянула Елена Викторовна, наклонившись через проход. — Мы свои места нашли, вон там, в пятнадцатом ряду. Рядом почти!
— Да-да, — подтвердила Ольга Петровна. — Мы ж понимаем, молодым надо вдвоём. Мы только иногда будем подходить. Ну и на экскурсии вместе, конечно.
Марина сидела, не в силах пошевелиться. Внутри поднималась волна такого гнева, что хотелось кричать. Но горло сжалось, слова застряли. Молодая женщина посмотрела в иллюминатор, чтобы не видеть ни Максима, ни его матери, ни этой Ольги Петровны.
Елена Викторовна с подругой прошли к своим местам. Марина слышала их голоса — обсуждали что-то, смеялись. Максим сидел рядом, молчал. Несколько раз открывал рот, будто хотел что-то сказать, но закрывал обратно.
Самолёт начал разбег. Марина смотрела, как за окном проносится взлётная полоса, как самолёт отрывается от земли, как внизу уменьшается город. Весь полёт девушка не произнесла ни слова. Максим пытался заговорить пару раз, но получал в ответ молчание. Сдался. Сидел, листал журнал, смотрел в экран впереди.
Три с половиной часа тянулись бесконечно. Марина думала только об одном: как это исправить? Можно ли вообще исправить? Отпуск испорчен. Весь год экономии, мечтаний, планирования — всё коту под хвост. Потому что Максим решил взять с собой мамочку и её подружку.
Когда объявили снижение, Марина почувствовала не радость, а тяжесть. Впереди неделя, которую придётся провести не вдвоём, а в компании двух пенсионерок. Замечательно.
Приземлились. Вышли из самолёта. В аэропорту жарко, душно, толпы туристов. Марина молча шла за Максимом к выдаче багажа. Елена Викторовна с Ольгой Петровной увязались следом, щебетали что-то про погоду, про впечатления от полёта. Максим поддакивал, иногда оглядывался на девушку. Та смотрела в пол.
Забрали чемоданы, вышли к автобусам. Трансфер до отеля занял ещё сорок минут. Марина села отдельно, Максим пристроился рядом. Елена Викторовна с Ольгой Петровной заняли места впереди, продолжали разговаривать. Гид рассказывал что-то про курорт, про достопримечательности. Марина не слушала. Смотрела в окно на пальмы, на горы вдалеке, на синее море. Всё это должно было быть волшебным. А превратилось в кошмар.
Отель встретил прохладным холлом с мраморным полом и запахом кондиционера. Максим подошёл к стойке регистрации, назвал фамилию. Администратор проверил бронь, выдал ключи от номеров. Два номера — один для молодых, второй для дам. Хоть это.
Поднялись на третий этаж. Марина открыла дверь своего номера, зашла. Двуспальная кровать, балкон с видом на бассейн, ванная комната, кондиционер. Всё как на фотографиях. Но радости не было. Женщина бросила чемодан на пол, села на кровать.
Максим зашёл следом.
— Марина, давай поговорим.
— О чём?
— Ну… я понимаю, ты расстроена. Но…
— Расстроена? — Марина подняла глаза. — Максим, ты УКРАЛ мой отпуск.
— Да не украл я! — Парень замахал руками. — Мы же всё равно вместе!
— Вместе? С твоей матерью и её подругой?
— Ну… да.
Марина закрыла лицо руками. Хотелось плакать, но слёзы не шли. Только пустота внутри, холодная и тяжёлая.
— Максим, ты хоть понимаешь, что я год откладывала на этот отпуск? Вдвоём. С тобой. Не с Еленой Викторовной. Не с Ольгой Петровной. Вдвоём.
— Понимаю. Но мама так просила… Она плакала. Говорила, что никогда не была на море. Что в старости ей уже не светит. Я не смог отказать.
— А мне ты смог. — Марина опустила руки. — Мне отказал в том, о чём я мечтала.
— Марина, ну мы же всё равно отдохнём!
— Не отдохнём. — Женщина встала. — Потому что вместо романтического отпуска будем нянчиться с двумя «бабушками».
Максим хотел возразить, но в дверь постучали. Зашла Елена Викторовна.
— Ой, Максим, а у нас кондиционер не работает! Ты придёшь посмотришь?
— Щас, мама. — Парень виновато глянул на невесту и вышел.
Марина осталась одна. Села обратно на кровать. Посмотрела на чемодан. Разбирать вещи не хотелось. Вообще ничего не хотелось. Только вернуться домой. Но обратный билет через неделю. Придётся терпеть.
На ужин спустились в ресторан отеля. Марина надеялась, что хотя бы поедят вдвоём. Но у входа их уже поджидали Елена Викторовна с Ольгой Петровной. Обе при полном параде — платья, бусы, губы накрашены.
— Максимушка, пойдёмте вместе! — Свекровь схватила сына под руку. — Там такой выбор, глаза разбегаются!
Прошли в зал. Шведский стол, десятки блюд, фрукты, десерты. Марина взяла тарелку, положила салат, какое-то мясо. Аппетита не было, но надо хоть что-то съесть. Максим навалил полную тарелку, присел за столик. Елена Викторовна с Ольгой Петровной тоже подошли, устроились рядом.
— Как хорошо, что мы все вместе! — Свекровь улыбалась. — Правда, Марина?
Девушка промолчала. Ковыряла вилкой салат.
Максим пытался перевести разговор на другую тему, рассказывал про экскурсии, которые можно заказать. Елена Викторовна слушала, кивала. Ольга Петровна поддакивала.
После ужина поднялись в номера. Марина сразу легла спать, отвернувшись к стене. Максим лёг рядом, попытался обнять, но получил холодное молчание. Отстранился, лежал на спине, смотрел в потолок. Заснул первым. Марина лежала ещё долго, слушала его дыхание и думала, как такое вообще могло произойти.
Утром проснулись рано. Марина вышла на балкон. Внизу блестел бассейн, пальмы колыхались от лёгкого ветра, вдалеке виднелось море. Красота. Но на душе мерзко.
Спустились на завтрак. Елена Викторовна с Ольгой Петровной уже сидели за столиком, махали руками.
— Максимушка, иди сюда! Мы вам место заняли у окна!
Присели. Свекровь сразу начала раздавать указания.
— Максим, сходи принеси мне яичницу. И кофе. С молоком. Ольга Петровна, тебе чего?
— Да я тоже яичницу хочу. И сок апельсиновый.
Максим послушно встал, пошёл к раздаче. Марина сидела, глядя в тарелку. Елена Викторовна наклонилась к невестке.
— Марина, а что ты такая хмурая? Отпуск же!
— Я не хмурая, — ответила девушка ровным тоном.
— Хмурая-хмурая. — Ольга Петровна покачала головой. — Молодым надо радоваться жизни, а не ходить с лицом как…
Женщина не договорила, но Марина поняла.
Максим вернулся с подносом. Раздал всем завтраки. Елена Викторовна попробовала яичницу, поморщилась.
— Невкусная. Пересоленная.
— Мама, нормальная яичница, — Максим пожал плечами.
— Нет, пересоленная. Принеси мне кашу.
— Мама…
— Максимушка, ну пожалуйста!
Парень встал, пошёл обратно к раздаче. Марина молча жевала тост. Внутри закипало раздражение. Как он может? Как бегает по первому зову матери?
Так прошёл первый день. И второй. И третий. Елена Викторовна с Ольгой Петровной буквально осели на шею молодой паре. Каждый завтрак, обед, ужин — вместе. Каждый выход на пляж — вместе. Каждая прогулка — вместе. Марина чувствовала себя не на отдыхе, а на каторге.
На четвёртый день свекровь объявила, что хочет на экскурсию.
— Максимушка, там в буклете написано — античный город, руины, очень красиво! Давайте поедем!
— Мама, это дорого.
— Ну и что? Мы же на отдыхе! Нельзя экономить!
— Я не экономлю, просто…
— Максим, твоя мать хочет культурно отдохнуть! — встряла Ольга Петровна. — Не только ж в бассейне сидеть!
Парень вздохнул.
— Хорошо. Закажу на завтра.
Марина сидела рядом, молча. Пятьдесят долларов с человека — это двести на четверых. Двести долларов, которые они не планировали тратить. Которых может не хватить на что-то другое. Но Максим даже не спросил её мнения. Просто согласился.
На экскурсии было жарко, пыльно, народу толпы. Елена Викторовна с Ольгой Петровной постоянно ныли — то устали, то хочется пить, то жарко. Максим бегал, покупал воду, искал тень. Марина шла сзади, молча фотографировала руины. На фотографиях получались красивые кадры. Но радости не было.
Вечером свекровь потребовала идти в ресторан.
— Максимушка, я слышала, тут рядом ресторан с морепродуктами. Очень хвалят. Пойдёмте!
— Мама, там дорого.
— Ну и что? Раз в жизни можно себе позволить!
— Елена Викторовна права, — поддержала Ольга Петровна. — Надо попробовать настоящую турецкую кухню! В отеле же всё одно и то же.
Максим посмотрел на Марину. Та молчала. Парень кивнул.
— Ладно. Пойдёмте.
Ресторан оказался действительно дорогим. Марина посмотрела меню — салаты по десять долларов, основные блюда по двадцать-тридцать. Елена Викторовна заказала лангустов за сорок долларов. Ольга Петровна — креветки за двадцать пять. Максим взял рыбу за пятнадцать, Марина — самый дешёвый салат.
Когда принесли счёт, Максим побледнел. Сто тридцать долларов. Достал карту, оплатил. Марина видела, как напряглись его плечи. Денег оставалось всё меньше. А отпуск в разгаре.
На следующий день Елена Викторовна захотела купить сувениры.
— Максимушка, проводи нас по магазинам!
Пошли по сувенирным лавкам. Свекровь выбирала магнитики, тарелки, статуэтки. Ольга Петровна тоже. Максим стоял рядом, доставал кошелёк. Марина молча ходила между прилавками. Внутри кипело. Сколько ещё? Сколько ещё они будут высасывать деньги?
Вечером Марина сидела на балконе. Максим вышел, присел рядом.
— Ты злишься?
— Нет.
— Злишься. Я вижу.
— Максим, меня не злость. — Девушка повернулась к жениху. — Меня разочарование.
— Почему?
— Потому что ты обещал романтический отпуск. А получилась нянька для твоей матери и её подруги.
— Марина, ну они же не мешают…
— Не мешают? — Женщина вскочила. — Максим, мы с тобой за все дни ни разу не были наедине!
— Ну как не были? Вот сейчас…
— Сейчас? В номере? Это не то! Я хотела вдвоём гулять по набережной, ужинать при свечах, ездить на экскурсии! А мы таскаемся за твоей матерью и оплачиваем все её прихоти!
— Она не прихоти. Мама просто хочет хорошо отдохнуть.
— За наш счёт!
— Марина, ты преувеличиваешь.
— Преувеличиваю? — Голос Марины стал громче. — Максим, ты потратил на них больше, чем на нас!
— Не больше…
— Больше! Экскурсия, ресторан, сувениры! Плюс сами путёвки! Ты вообще считал, сколько это стоит?
Максим молчал. Марина продолжала:
— Я год копила! Год! Отказывала себе во всём! Ради отпуска вдвоём! А ты взял и привёз сюда свою мать с подругой!
— Они же мои родные…
— А я для тебя ничего не значу? — Марина почти кричала. — Я кто для тебя?
— Ты моя девушка.
— Девушка, которой ты не считаешь нужным сказать, что берёшь на отпуск ещё двух человек!
— Я боялся, что ты не разрешишь…
— Конечно не разрешила бы! — Марина шагнула ближе. — Потому что это НАШ отпуск! Не твоей матери!
— Марина, не кричи. Мама услышит.
— И пусть услышит! — Женщина не собиралась снижать тон. — Пусть знает, что испортила нам отдых!
— Она ничего не испортила!
— Испортила! Всё испортила!
Дверь в номер открылась. Зашла Елена Викторовна.
— Максим, что тут происходит? Я слышу крики!
— Ничего, мама. — Парень попытался успокаивающе улыбнуться. — Просто… обсуждаем планы.
— Какие планы? — Свекровь нахмурилась. — Марина, ты чего на моего сына кричишь?
— Елена Викторовна, это между мной и Максимом, — сдержанно ответила девушка.
— Как это между вами? Я мать! Я должна знать, если ты обижаешь моего ребёнка!
— Обижаю? — Марина рассмеялась горько. — Я его обижаю?
— Ну а кто? Стоишь, орёшь!
— Я ору, потому что устала!
— От чего устала? От отдыха? — Елена Викторовна скрестила руки на груди. — На море приехала, в хорошем отеле живёшь!
— Елена Викторовна, я устала от того, что мой отпуск превратился в обслуживание вас!
— Что?! — Свекровь покраснела. — Как ты смеешь?
— Смею! Потому что это правда!
— Какая правда? Мы вам не мешаем!
— Не мешаете? — Марина шагнула к пожилой женщине. — Вы с нами везде! Завтрак, обед, ужин, экскурсии, магазины! Мы с Максимом за неделю ни разу не побыли вдвоём!
— Так мы ж не нарочно…
— Нарочно! — Девушка не давала договорить. — Вы постоянно требуете, чтобы Максим вас куда-то водил, что-то покупал, оплачивал!
— Максим мой сын! Он должен заботиться!
— Заботиться? Елена Викторовна, я думала, мы вдвоём летим, а не с твоей мамой, её подругой и их аппетитами!
Повисла тишина. Елена Викторовна вытаращилась на девушку сына. Максим застыл, бледный.
— Что ты сказала? — свекровь прищурилась.
— Я сказала то, что думаю, — Марина не отступала. — Вы приехали сюда, чтобы отдохнуть за наш счёт!
— За ваш счёт? Мой сын оплатил нам путёвки!
— Да! Деньгами, которые мы копили на отпуск вдвоём!
— Это его деньги! Он может тратить как хочет!
— Может, но не на мой отпуск!
— Твой? — Елена Викторовна усмехнулась. — Ты кто такая, чтобы диктовать моему сыну, как жить?
— Я его девушка!
— Девушка! — Свекровь фыркнула. — Девушка, которая даже не жена! А уже указывает!
— Мама, хватит! — Максим попытался встрять.
— Нет, не хватит! — Елена Викторовна развернулась к сыну. — Максимушка, она на тебя кричит! Обвиняет меня в каких-то глупостях!
— Это не глупости! — Марина почти плакала от обиды. — Вы испортили наш отпуск!
— Мы?! — В разговор влезла Ольга Петровна, которая стояла в дверях. — Девочка, ты охамела совсем?
— Я не охамела! Я говорю правду!
— Какую правду? Что мы тебе мешаем? — Ольга Петровна прошла в номер. — Так мы старые, нам компания нужна!
— Мне тоже компания нужна! Компания моего парня! Без вас!
— Ну ты наглая! — Пожилая дама возмутилась. — Елена Викторовна, ты слышишь?
— Слышу! — Свекровь кипела. — Максимушка, ты будешь терпеть, как она нас оскорбляет?
Максим стоял, метаясь взглядом между матерью и девушкой. Открывал рот, закрывал. Не знал, что сказать.
— Мама, Марина просто устала…
— Устала? От чего?
— От вас! — выкрикнула Марина. — От того, что вы высасываете из нас деньги! От того, что постоянно требуете внимания! От того, что Максим забыл, что у него есть девушка, потому что занят только вами!
— Как ты смеешь! — Елена Викторовна шагнула к невестке, но Максим встал между ними.
— Мама, стой!
— Не стой! Пусть она повторит, что сказала!
— Я повторю! — Марина не отступала. — Вы испортили наш отпуск! Вы забрали у меня то, о чём я мечтала! Вы превратили романтическую поездку в кошмар!
— Кошмар?! — Свекровь всплеснула руками. — Ты называешь отдых на море кошмаром?
— Да! Потому что это не тот отдых, который я планировала!
— Ну извини! — Ольга Петровна язвительно усмехнулась. — Не всё в жизни по плану!
— Этот отпуск должен был быть по плану! — Марина чувствовала, как голос срывается. — Я год работала ради этого! Год!
— И что? — Елена Викторовна скрестила руки на груди. — Максим тоже работал! И он решил, что я заслуживаю отдых!
— За мой счёт!
— За его счёт! Он мой сын!
— А я его девушка! Которую он обманул!
— Обманул? — Максим наконец заговорил. — Я не обманывал…
— Обманывал! — Марина развернулась к нему. — Ты не сказал мне, что берёшь их с собой! Ты скрыл это! Это и есть обман!
— Я просто… боялся, что ты откажешься…
— Конечно откажусь! Потому что это был НАШ отпуск!
— Ну так и есть ваш! — Елена Викторовна не унималась. — Мы же не в вашем номере живём!
— Но вы с нами везде!
— Ну так отдых же! Вместе веселее!
— Мне не весело! — Марина почти кричала. — Мне хреново! Понимаете? Мне хреново от этого отпуска!
— Марина, успокойся, — Максим попытался взять девушку за руки, но та отдёрнулась.
— Не трогай меня!
— Ну вот! — Елена Викторовна ткнула пальцем в невестку. — Видишь, Максимушка? Она истеричка!
— Я не истеричка! Я просто устала от этого бреда!
— Какого бреда? — Ольга Петровна возмутилась. — Мы просто отдыхаем!
— Вы отдыхаете! — Марина чувствовала, как слёзы наворачиваются на глаза. — А я нет! Я не отдыхаю! Я терплю вас!
— Ну тогда не терпи! — Свекровь махнула рукой. — Иди отдыхай одна!
— Отличная идея! — Марина развернулась к Максиму. — Я так и сделаю!
— Что? — Парень непонимающе уставился на девушку.
— Я остаток отпуска проведу отдельно.
— Марина, не говори глупости…
— Это не глупости. — Женщина подошла к шкафу, достала свой чемодан. — Я переселюсь в другой номер.
— Какой номер? — Максим растерялся. — У нас уже всё оплачено!
— Я доплачу. Из своих денег.
— Марина, это безумие!
— Безумие — это терпеть вашу мать и её подругу ещё три дня!
Девушка начала бросать вещи в чемодан. Максим стоял, не зная, что делать. Елена Викторовна с Ольгой Петровной переглянулись.
— Ну и иди! — свекровь фыркнула. — Нам без тебя лучше будет!
— Мне тоже без вас лучше будет! — Марина застегнула чемодан, взяла сумку. — Максим, можешь оставаться с мамой. Я больше не участвую в этом цирке.
— Марина, стой! — Парень бросился к двери, но девушка уже выходила.
— Не останавливай меня.
— Куда ты пойдёшь?
— В администрацию. Попрошу другой номер.
— Марина, это глупо!
— Глупо было лететь сюда с твоей матерью. — Женщина посмотрела на жениха последний раз. — Отдыхай с ней. Раз она для тебя важнее.
Марина вышла из номера. Максим попытался последовать, но Елена Викторовна схватила сына за руку.
— Максимушка, стой! Пусть идёт! Истеричка! Не нужна нам такая!
Парень остановился. Посмотрел на мать, на дверь, снова на мать. Не пошёл следом.
Марина спустилась в холл, подошла к стойке регистрации. Объяснила ситуацию администратору. Тот покопался в компьютере, нашёл свободный номер. Одноместный, на пятом этаже. Марина оплатила, взяла ключ, поднялась наверх.
Новый номер был меньше, с видом на соседнее здание. Но зато свой. Марина бросила чемодан, легла на кровать и наконец-то заплакала. Всё, о чём мечтала, всё, чего ждала — рухнуло. Отпуск испорчен. Отношения под вопросом. Год экономии — впустую.
Следующие три дня Марина провела одна. Ходила на пляж, плавала в море, загорала. Заказала две экскурсии — в каньон и на яхте. Без Максима, без его матери, без Ольги Петровны. Только она и гид с группой туристов. И знаете что? Было хорошо. Спокойно. Так, как должен проходить отпуск.
Максим звонил несколько раз. Марина не брала трубку. Писал сообщения — извинялся, просил поговорить. Женщина не отвечала. Не хотела. Внутри всё ещё кипела обида. Но постепенно приходило понимание. Это не только про испорченный отпуск. Это про отношения. Про то, что Максим всегда будет ставить мать на первое место. А Марину — на второе. И так будет всегда.
В последний день перед вылетом Марина сидела в номере, собирала чемодан. В дверь постучали. Открыла — Максим.
— Привет.
— Привет.
— Можно войти?
Марина пропустила его. Максим зашёл, огляделся.
— Тут… маленький номер.
— Зато мой.
Парень кивнул. Помолчал. Потом:
— Марина, прости.
— За что?
— За всё. За то, что не сказал. За то, что привёз маму. За то, что испортил отпуск.
Марина села на кровать.
— Максим, дело не в отпуске.
— Тогда в чём?
— В том, что для тебя мать важнее меня.
— Это не так…
— Так. — Женщина посмотрела на жениха. — Ты оплатил ей путёвку, не спросив меня. Ты тратил на неё деньги весь отпуск. Ты даже не пытался остановить, когда она меня оскорбляла.
— Я пытался…
— Нет. Ты стоял и молчал.
Максим опустился на стул.
— Она моя мать, Марина.
— Знаю. Но я твоя девушка. И я должна быть для тебя на первом месте. Но я не на первом. Я на втором. После неё.
— Это не правда…
— Правда. — Марина встала. — И ты не изменишься. Потому что ты маменькин сынок.
— Марина!
— Это факт, Максим. Ты не умеешь отказывать матери. Ты делаешь всё, что она скажет. А я устала от этого.
— Что ты хочешь сказать?
Женщина подошла к окну. Посмотрела на улицу, на море вдалеке.
— Я хочу сказать, что мы расстаёмся.
— Что?
— Ты слышал.
— Марина, из-за одного отпуска?
— Не из-за одного отпуска. — Она обернулась. — Из-за того, что я поняла: с тобой у меня не будет своей жизни. Будет только жизнь вокруг твоей матери.
— Это не так!
— Так, Максим. И ты это знаешь.
Парень встал, подошёл к девушке.
— Марин, давай всё обсудим дома. Спокойно. Без эмоций.
— Нет. — Женщина отстранилась. — Я всё решила. Когда вернёмся, я заберу свои вещи из твоей квартиры. Мы больше не вместе.
— Ты не можешь так!
— Могу. И делаю.
Максим стоял, глядя на неё. Потом резко развернулся и вышел из номера. Хлопнула дверь. Марина осталась одна. Села на кровать, вытерла слёзы. Больно. Очень больно. Но правильно.
Домой летели разными рейсами. Марина специально поменяла билет. Не хотела видеть ни Максима, ни его мать, ни Ольгу Петровну. Прилетела поздно вечером, взяла такси, приехала к себе в съёмную комнату. Бросила чемодан, легла спать.
Через неделю забрала свои вещи от Максима. Он пытался говорить, просил дать шанс. Марина отказывалась. Собрала свои книги, одежду, косметику. Всё, что было её. Уехала.
Первое время было тяжело. Хотелось позвонить, написать, вернуться. Но Марина держалась. Постепенно привыкла к одиночеству. Нашла другую съёмную квартиру, поближе к работе. Устроилась в спортзал, начала ходить на йогу. Познакомилась с соседками, иногда выбирались вместе в кафе.
Через полгода жизнь наладилась. Марина сидела вечером на кухне, пила чай, листала ленту в соцсетях. Наткнулась на фотографию Максима. Он был с какой-то девушкой, обнимал её. Марина посмотрела, пролистала дальше. Не больно. Совсем не больно. Значит, отпустила.
Она встала, подошла к окну. На улице темнело, зажигались фонари. Город жил своей жизнью. Марина тоже жила своей. Без Максима, без его матери, без обязательств и компромиссов, которые душили. Свободно. И это чувство стоило всех потерь.
Тот злополучный отпуск научил её главному — уважать себя. Не терпеть то, что неприемлемо. Не жертвовать своими границами ради чужого спокойствия. Дорогой урок, но необходимый. И Марина больше не жалела ни о чём.
Предателей не прощают