Вероника стояла в прихожей и тряпкой протирала обувную полку. На кухне громко работал телевизор, но мамин голос все равно его заглушал. Надежда Петровна стояла рядом в фартуке и в очередной раз отчитывала дочь.
– Я просто говорю, Вероник, что хорошая жена сразу замечает такие вещи. Муж едет в командировку на два дня, а у него рубашки в чемодане помятые. Ладно бы просто поездка, но ведь к инвесторам! Что люди подумают? Скажут, что жена за ним вообще не следит.
Вероника молча терла пластиковую полку и глубоко вздыхала. Ей не нужно было поворачиваться, чтобы понять, какое лицо сейчас у мамы: губы поджаты, руки сложены на груди. Мама обожала поучать. Всю жизнь она требовала идеального порядка и считала, что дочь делает всё неправильно.
Сегодня муж Ники, Сергей, уезжал на двухдневный рабочий форум в загородный отель. Из-за этого родители Ники приехали с утра пораньше. Якобы помочь собраться, а на самом деле – снова проверить, как дочь справляется с бытом.
– Мама, Сергей сам собирал вещи, – тихо ответила Вероника. – Ему тридцать два года. Он взрослый мужчина и умеет пользоваться утюгом.
– Взрослый мужчина, – фыркнула Катя, младшая шестнадцатилетняя сестра Ники. Она быстро пробежала из комнаты к выходной двери с сумкой через плечо.
– Вероник, я пойду к подруге? Я устала от маминых нотаций.
– Катя! – крикнула Надежда Петровна. – Что за тон? Куда ты пошла в рваных джинсах? Вон, посмотри на Сергея. Человек делом занят, деньги зарабатывает, карьеру строит. Не то что ты.
– Да уж, Сергей у нас прямо святой, – буркнула Катя, открывая замок. – Ника, пока. Держись тут.
Дверь захлопнулась. В коридоре стало тихо, только громко тикали настенные часы.
Из спальни вышел Сергей. Он был одет в дорогой синий костюм, от него сильно пахло парфюмом. В руке он держал небольшую кожаную сумку. Сергей улыбнулся своей обычной вежливой улыбкой.
– Ну что, я готов, – сказал он и приобнял Надежду Петровну.
– Мама, спасибо за завтрак. Всё было очень вкусно. Ника, не скучай. Вернусь в воскресенье вечером, привезу тебе гостинец.
– Счастливого пути, Сереженька, – заулыбалась Надежда Петровна.
– Настоящий мужчина, кормилец. Иди, а то на автобус опоздаешь. Лёня! Выйди попрощайся, зять уезжает!
Из комнаты вышел отец Ники в старых спортивных штанах. Он молча пожал Сергею руку и ушел обратно смотреть новости.
Вероника пошла проводить мужа до лифта. На душе у неё было неспокойно. В последнее время они с Сергеем почти не разговаривали по-человечески, только сухо обсуждали бытовые дела и покупки.
– Всё нормально? – спросила Вероника у лифта.
– Конечно, – Сергей быстро поцеловал её в щеку. – В том районе связь плохая, отель за городом, среди леса. Так что не теряй, если телефон будет недоступен. Всё, я поехал.
Двери лифта закрылись. Она вернулась в квартиру. На кухне мама уже открыла холодильник и проводила там ревизию.
– Вероника, ну кто так хранит сыр? Он же засох! – кричала с кухни Надежда Петровна. – Вот у Люси, нашей соседки по даче, дочка Ирочка всё складывает в специальные контейнеры. А у тебя вечно бардак.
Вероника прислонилась к стене. Суббота только началась, а она уже очень сильно устала от этих разговоров.
Через два часа Вероника не выдержала. Мама успела покритиковать цвет занавесок в спальне, вытереть пыль на шкафу, куда она не доставала, и трижды вспомнить соседку Люсю с её идеальной дочкой Ирочкой. В квартире было некомфортно от этих разговоров.
Отец сидел на диване и листал каналы в телевизоре. Ему тоже явно надоело слушать поучения.
– Лёня, – Надежда Петровна заглянула в комнату. – Хватит диван протирать. Поехали на дачу. Там огурцы в теплице надо полить, и траву у забора скосить. Соседи посмотрят – скажут, заросли как бомжи.
Отец нехотя поднялся. Вероника сразу ухватилась за этот шанс:
– Мама, давайте я вас отвезу на машине. Мне все равно нужно проветриться. Заодно помогу на грядках.
Надежда Петровна удивленно посмотрела на дочь, но согласилась. Через сорок минут они уже ехали по шоссе на стареньком хэтчбеке Ники. Мама сидела на переднем сиденье и всю дорогу продолжала говорить. Теперь темой для обсуждения стала их семейная дача.
– Надо забор покрасить в этом году, – рассуждала мама.
– А то у всех приличные участки, а у нас забор облупился. Вот у Люси зять тачку кирпича привез, новую веранду строит. А наш Сергей только на форумы свои ездит. От этих форумов денег в кармане не прибавляется. Ника, ты бы поговорила с ним. Мужчина должен в дом всё тащить, а не в облаках витать.
Вероника крепче сжимала руль. Ей хотелось включить радио погромче, но мама не любила современную музыку. Приходилось просто молчать и кивать.
К обеду они свернули на проселочную дорогу, которая вела к их дачному кооперативу. Вокруг стояли аккуратные домики, цвели цветы, пахло скошенной травой. Вероника немного расслабилась. Ей всегда нравилось бывать здесь в детстве, пока мама не превратила дачу в полигон для бесконечной работы и соревнований с соседями.
Машина остановилась у зеленых ворот. Отец пошел открывать калитку, а Вероника вышла из машины и потянулась. Воздух здесь был чистый. Она пошла к багажнику, чтобы достать сумки с продуктами.
В этот момент от соседского участка послышался скрип калитки. К ним быстрым шагом шла тетя Люся – та самая соседка, которую мама всю субботу ставила Нике в пример. Тетя Люся была в ярком халате и солнцезащитных очках, на голове у неё была намотана косынка. На лице её играла странная, какая-то слишком довольная улыбка.
– Надя! Лёня! Приехали? – громко крикнула тетя Люся еще с дороги. – А я смотрю – машина ваша стоит. Ну надо же, какими судьбами?
Надежда Петровна тут же преобразилась. Она улыбнулась во весь рот и пошла навстречу соседке.
– Людочка, привет! Да вот решили грядки проверить, огурцы полить. А вы как? Как Ирочка?
– Ой, у Ирочки всё отлично, на море собираются, – тетя Люся подошла ближе и вдруг как-то ехидно посмотрела на Нику.
– А вы, я гляжу, без зятя? Сами всё на себе тащите?
– Сергей на важном форуме, в загородном отеле, – гордо ответила Надежда Петровна, расправляя плечи.
– Его фирма туда отправила, он у нас на хорошем счету.
Тетя Люся странно хмыкнула и поправила очки на носу.
– На форуме, говоришь? Ну-ну. В загородном отеле. А машина его почему тогда у нас на линии за углом стоит? Возле твоего же дома, Надь?
В воздухе повисла тишина. Вероника застыла с пакетом картошки в руках. Мама удивленно посмотрела.
– Какая машина, Люда? – переспросила Надежда Петровна. – Сергей на автобусе уехал. На специальном трансфере от работы. Его машина у них у дома в городе осталась.
– Ну не знаю, на каком он там трансфере, – ухмыльнулась тетя Люся, явно получая удовольствие от ситуации.
– Только его белый кроссовер прямо сейчас стоит в тупике у леса, аккурат за вашим дальним забором. И в доме у вас, Наденька, шторки на втором этаже закрыты. Я еще утром подумала – неужели Лёня в тайне от жены приехал? А потом смотрю – Сережа твой из машины выходит. И не один. Девица с ним какая-то молоденькая, в коротких шортах. И сумки они в ваш дом понесли.
Ника почувствовала, как у неё внутри всё похолодело. Пакет с картошкой выскользнул из рук и с глухим стуком упал на траву. Несколько картофелин покатились по дорожке прямо к ногам тети Люси.
***
Надежда Петровна замерла. Она переводила взгляд с довольной тети Люси на Веронику, которая стояла бледная как мел.
– Люда, ты что-то путаешь, – хриплым голосом сказала мама, но в её тоне уже не было прежней уверенности. – Сергей на форуме. У него важные инвесторы.
– Да ничего я не путаю! – радостно замахала руками тетя Люся. – У меня зрение сто процентов. Белый кроссовер, номер триста сорок. Пойди сама посмотри, если не веришь. Они там с утра закрылись, и музыка тихонько играет. Я еще подумала: надо же, как смело!
Отец, который стоял у калитки, молча подошел к Нике и взял её за руку.
– Тихо, дочка. Не делай резких движений.
Вероника не слышала отца. В голове у неё стучали слова Сергея: «Там связь плохая, телефон будет недоступен». Вот почему он так легко согласился поехать на автобусе и оставил машину. Точнее, он сказал, что оставил её у дома. А сам просто приехал на дачу её же родителей, зная, что в эти выходные они собирались сидеть в городе. Он всё просчитал, кроме одного – любопытных глаз тети Люси.
Мама резко повернулась к Нике. На лице Надежды Петровны смешались стыд перед соседкой и злость. – Вероника… Это что такое? Что это значит?
Тетя Люся стояла рядом, вытянув шею и жадно впитывая каждую секунду чужого позора. Для неё это был лучший день в году – идеальный зять подруги оказался обычным обманщиком.
Ника вдруг глубоко вздохнула. На смену шоку пришла ледяная злость. Напряжение, которое копилось в ней всё утро от маминых упреков, лопнуло. Она посмотрела прямо в глаза тети Люси и спокойно сказала:
– Тетя Люся, спасибо, что сказали. Мы как раз хотели сделать Сергею сюрприз и приехать без предупреждения. Рада, что он уже на месте. Вы нам очень помогли.
Соседка разочарованно моргнула. Ей явно хотелось слез и истерики, а не такого спокойствия. – Да ладно… Я же просто предупредить… – пробормотала она.
– Вот и отлично, – отрезала Ника. – Мама, папа, пошли в дом.
Они зашли на участок и закрыли за собой тяжелую калитку. Как только тетя Люся осталась за забором, Надежда Петровна бросила сумку на траву и заметалась по дорожке.
– О господи! Нас же вся улица теперь засмеет! Люська уже всем кумушкам раззвонила, сто процентов! – мама чуть не плакала, её руки тряслись. – Как он мог? В нашем доме! На нашей даче! Я же его как сына принимала!
Отец молча сел на перевернутое ведро и закурил. – Надя, хватит кудахтать, – глухо сказал он. – Не о Люське сейчас надо думать, а о том, что этот мерзавец нашу дочь дурой сделал.
Вероника подошла к родителям. У неё внутри всё горело от обиды.
– Мама, успокойся. Мы не будем плакать. Мы сделаем по-другому.
Надежда Петровна остановилась и утерла слезу фартуком. – Как по-другому, Ниночка?
– Он думает, что он самый умный, – тихо произнесла она, глядя в сторону дома. – Думает, что мы сидим в городе и слушаем его сказки про инвесторов. Папа, у тебя есть запасные ключи от дома?
– Конечно, в кармане куртки всегда лежат, – отец поднял глаза на дочь. В его взгляде появилось одобрение.
– Отлично. Мы не будем устраивать скандал на улице на радость соседям. Мы зайдем тихо. Мама, доставай свой телефон. Будешь снимать его «форум» на видео. Посмотрим, какие аргументы у него найдутся для суда при разводе.
Надежда Петровна вдруг перестала всхлипывать. Обида за дочь и злость на зятя перевесили страх перед чужим мнением. Она решительно достала из кармана мобильный. – Сниму, – твердо сказала мама. – Всё сниму, до единой секунды. Ирочке, её дочке, такое и не снилось. Пошли.
Вероника, её мать и отец – бесшумно направились по тропинке в обход участка, к крыльцу большого деревянного дома, где за закрытыми шторами сейчас находился ничего не подозревающий Сергей.
***
Они подошли к крыльцу со стороны огорода, стараясь не шуметь гравием под ногами. У забора действительно стоял белый кроссовер Сергея. Из приоткрытого окна второго этажа доносился приглушенный смех и тихая музыка. Сергей чувствовал себя в полной безопасности.
Отец аккуратно достал ключи. Он вставил ключ в замочную скважину, мягко повернул его два раза и толкнул тяжелую деревянную дверь.
В прихожей на полу валялись женские босоножки на высоких каблуках и чужая сумочка.
Ника обернулась на родителей и прижала палец к губам. Надежда Петровна уже держала телефон наготове, включив камеру. Лицо мамы было напряженным и злым.
Они бесшумно поднялись по деревянной лестнице на второй этаж. Дверь в родительскую спальню была приоткрыта.
– Ну и долго мы тут будем прятаться? – донесся из комнаты капризный женский голос.
– Ты же сказал, что твоя мымра на выходные застряла с предками в городе. Почему нельзя поехать в нормальный отель?
– Потерпи, зайка, – раздался знакомый, бархатный голос Сергея. Сейчас он казался Нике на удивление противным.
– В отеле нас могут увидеть знакомые по работе. А тут глушь, никого нет. У родителей в выходные дела в городе. Зато посмотри, какой здесь воздух. Сейчас шашлык пожарим, отдохнем.
Вероника резко толкнула дверь. Она ударилась о стену с громким стуком.
Сергей, который сидел на кровати в одних шортах и халате, подпрыгнул на месте. Рядом с ним на подушках лежала молодая блондинка в коротком шелковом халатике. В руках она держала бокал вина. При виде вошедших девушка взвизгнула и натянула на себя одеяло по самые уши.
Сергей побледнел за долю секунды. Его холеный, уверенный вид мгновенно испарился. Он вскочил, едва не перевернув столик с клубникой и вином.
– Ника?! Вы… вы как здесь? Вы же должны быть в городе!
– Форум, значит? Инвесторы? – ледяным голосом спрашивала Вероника, делая шаг в комнату.
– Региональный масштаб, я погляжу.
Надежда Петровна шагнула следом, держа телефон прямо перед лицом зятя. Экран светился, шла запись.
– Снимаю, Сереженька, всё снимаю! – с яростью в голосе заговорила мама.
– И лицо твое бесстыжее, и девицу твою! Настоящий кормилец, нечего сказать! На нашей кровати, в нашем доме!
– Мама, выключите! Вероника, уйми её! – закричал Сергей, пытаясь закрыться рукой от телефона.
– Это не то, что вы подумали! Это… это моя коллега по работе! Нам просто нужно было обсудить проект в неформальной обстановке! Связи не было, мы решили…
– Коллега? – Вероника усмехнулась. – В моем доме, в халате? Сергей, ты дебил или просто меня за идиотку держишь?
Блондинка под одеялом закричала:
– Сереж, сделай что-нибудь! Почему они меня снимают? Пусть они уйдут!
В этот момент в дверях показался отец. Он молча перевёл взгляд с Сергея на блондинку, а потом на тумбочку, где стояла бутылка дорогого коньяка и вино из его личных запасов. Леонид Борисович нахмурился, сделал шаг вперёд и просто взял Сергея за шиворот халата.
– Э, э! Руки убрал! – закричал Сергей, пытаясь вырваться, но отец, несмотря на возраст, всю жизнь проработал на заводе и хватку имел мёртвую.
– Собирай вещи, инвестор, – тихо и веско сказал отец, встряхнув зятя. – И девицу свою забирай. Чтобы через пять минут вашего духу здесь не было. Машина твоя за забором, вот в неё и прыгайте.
Сергей посмотрел на Веронику, надеясь на жалость, но она смотрела на него как на пустое место. Всё то уважение, все те пять лет брака растворились без остатка. Осталось только брезгливое желание поскорее вымыть руки.
***
Следующие десять минут напоминали плохую комедию. Сергей, путаясь в штанинах и на ходу застегивая рубашку, метался по комнате и швырял вещи в свою сумку. Его любовница пробежала мимо отца вниз по лестнице.
Надежда Петровна шла за Сергеем по пятам, не опуская телефон.
– Давай, давай, шагай быстрее! – приговаривала мама. – Юрист у меня хороший есть, Люсин зять как раз по бракоразводным процессам мастер! Инвестор несчастный!
– Вероника, останови её! Это шантаж! – кричал Сергей.
Вероника смотрела, как её пока еще муж, спотыкаясь, бежит к машине, и на её лице сама собой появилась улыбка.
Белый кроссовер резко сорвался с места, обдав придорожные кусты пылью, и с ревом скрылся за поворотом.
На дорожке воцарилась тишина. Из-за соседского забора тут же показалась голова тети Люси. Она стояла на цыпочках, силясь разглядеть, чем закончилось шоу, но забор мешал обзору.
Надежда Петровна тяжело выдохнула, опустила телефон и вытерла лоб. Лицо у неё было красное от пережитых эмоций. Она посмотрела на Нику, потом на мужа, и вдруг… тихонько засмеялась.
Отец посмотрел на неё, покачал головой и тоже ухмыльнулся. Через секунду все трое уже хохотали в голос прямо посреди двора.
– Нет, ты видел, как он в штанах запутался? – сквозь слезы смеялась мама, опираясь на плечо отца. – Вице-президент! Чуть носом в клумбу не свалился!
– А девица-то, девица, – подхватил отец, утирая глаза.
– На таких шпильках по нашему гравию! Чуть ноги не переломала. Зато коньяк мой не успели допить, как хорошо.
Вероника подошла и обняла родителей.
***
Судебный процесс шел полным ходом, и благодаря видеозаписи Надежды Петровны адвокат обещал закрыть дело на максимально выгодных для Вероники условиях. Сергей пытался звонить и просить прощения, но его номер уже давно был в черном списке у всей семьи.
В субботу Вероника снова приехала на дачу. Был теплый августовский вечер. На веранде весело кипел пузатый чайник, пахло пирогами с яблоками.
Катя сидела на ступеньках и крутила в руках телефон, лениво слушая музыку. Отец чинил на крыльце старый радиоприемник, из которого доносился тихий шорох.
Надежда Петровна аккуратно расставляла на столе чайные чашки.
От калитки послышался знакомый скрип. Тетя Люся, как обычно, шла «на разведку», держа в руках тарелку с пирожками.
– Наденька! Ниночка! Чаевничаете? – сладко запела соседка, усаживаясь на край скамейки. – А я вот пирожков напекла. Как у вас дела? Как суд?
Мама повернулась к ней с абсолютно спокойным, даже слегка скучающим лицом.
– Ой, Людочка, да всё отлично. Ты лучше послушай, что мне сегодня Валя из тридцатого дома рассказала! У Натальи-то зять, оказывается, машину в кредит взял, а платить нечем! Коллекторы уже на работу звонят, представляешь?
Тетя Люся тут же загорелась, придвинула стул ближе и зашептала:
– Да ты что! А Наталья-то ходила, нос задирала! Ну расскажи, расскажи подробнее…
Вероника улыбнулась, сделала глоток горячего чая с мятой и посмотрела на заходящее солнце. Жизнь продолжалась, и это было самое прекрасное.
«Я больше не его кошелёк: взрослый мальчик отправился зарабатывать сам»