— Костя, а это что?
Алла стояла у кухонного стола с двумя листами в руках.
Муж уже натягивал куртку и сначала даже не посмотрел.
— Что именно?
— Меню на двадцать восемь человек.
Константин замер у двери.
Этого хватило, чтобы Алла поняла: бумаги оказались на столе не случайно, но увидеть их она не должна была.
В верхней части первого листа значилось название ресторана, дата, время начала банкета. Ниже шли блюда, количество порций, напитки. Второй лист оказался схемой рассадки.
Алла пробежала глазами имена ещё раз.
Лидия Семёновна — во главе стола.
Рядом дочь Светлана с мужем, Константин, двоюродные сёстры, племянники, старые друзья, соседи по прежнему дому.
Двадцать восемь мест.
Её имени не было.
— Это мамин юбилей, — сказал Константин.
— Я вижу.
— Она вчера дала мне проверить заказ.
Алла положила листы на стол.
До шестидесятилетия Лидии Семёновны оставалось десять дней.
Последний месяц муж регулярно созванивался с матерью. Иногда вечером уходил разговаривать в другую комнату, несколько раз после работы заезжал к ней. На вопросы Аллы отвечал одинаково: обсуждают юбилей, ничего особенного, небольшой семейный ужин.
Алла представляла обычное застолье человек на десять-двенадцать.
Двадцать восемь гостей, ведущий, музыкальное сопровождение и отдельный банкетный зал под определение «ничего особенного» подходили с трудом.
Но больше всего её занимало не это.
— Ты торопишься?
Константин посмотрел на часы.
— Минут пять есть.
— Тогда ответь сразу. Почему меня нет в списке?
Он снял уже надетую куртку и повесил обратно.
Попытки придумать удобную версию заняли у него несколько секунд.
— Мама составляла гостей сама.
— Это я тоже поняла.
— Алла, у вас с ней сейчас отношения так себе.
— И?
— Она хочет провести вечер с теми, кого считает близкими.
Алла кивнула.
Ответ оказался именно тем, которого она ожидала.
— Хорошо.
Константин явно готовился к другой реакции.
— Всё?
— А что ещё?
— Я думал, ты начнёшь возмущаться.
— Это её юбилей. Она вправе приглашать кого хочет.
Алла убрала меню на край стола.
— Только странно, что ты ничего не сказал.
— Не хотел лишний раз тебя задевать.
— Ты собирался уйти на юбилей в костюме в субботу вечером, а я должна была решить, что ты поехал за хлебом?
Константин усмехнулся.
— Я бы сказал.
— Когда?
— Ближе к дате.
— Понятно.
Она больше не задерживала мужа.
Причину решения свекрови Алла знала и без объяснений.
Весной Светлана решила поменять машину.
Золовка выбрала модель гораздо дороже той, которую могла купить на имеющиеся деньги, и придумала недостающую часть занять у родственников. Брат помочь не мог: свои свободные средства Константин тогда вложил в оборудование для гаража.
Поэтому Светлана позвонила Алле.
Сначала осторожно спросила, есть ли у неё накопления, затем назвала сумму и заверила, что вернёт постепенно.
Алла отказала.
Без ссоры и долгих объяснений.
Она откладывала деньги на досрочное погашение собственного кредита и не собиралась вытаскивать крупную сумму из накоплений ради чужой машины.
Светлана обиделась.
Лидия Семёновна — ещё сильнее.
— У тебя деньги просто лежат, а Свете сейчас не хватает, — заявила она тогда по телефону.
— Значит, ей стоит выбрать машину дешевле.
После этого свекровь назвала невестку жадной и почти перестала ей звонить.
Алла отнеслась к этому спокойно.
До истории с машиной они и так не были подругами.
Лидия Семёновна всегда предпочитала дочь. Светлана могла попросить мать о чём угодно, а отказ воспринимался почти как семейное предательство.
Алла в эту систему никогда не вписывалась.
Её вполне устраивали вежливые отношения без близости.
Поэтому отсутствие приглашения на юбилей скорее решало проблему, чем создавало её.
Не нужно сидеть несколько часов рядом с людьми, которые делают вид, что тебя нет.
Не нужно выбирать подарок от всей души человеку, который несколько месяцев демонстративно не здоровается первым.
Не нужно улыбаться на общих фотографиях.
В субботу Алла договорилась встретиться с давней подругой и больше к юбилею мысленно не возвращалась.
Вернулся он сам.
Через два дня.
Константин пришёл домой вечером, поужинал, некоторое время крутился возле холодильника, потом сел напротив жены.
— Мне от тебя перевод нужен.
Алла закрыла ноутбук.
— Какой?
— Сто семьдесят.
Она подумала, что ослышалась.
— Тысяч?
— Да.
— На что?
Константин ответил слишком быстро:
— На ресторан.
Алла несколько секунд просто смотрела на него.
— На какой ресторан?
Он уже понял, насколько неудачно построил разговор.
— На мамин юбилей.
— Тот, на который я не приглашена?
— Алл, давай сразу без этого.
— Без чего?
— Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду.
— Нет. Именно сейчас мне очень интересно разобраться.
Константин достал телефон, открыл переписку и показал ей сообщение администратора.
Ресторан просил подтвердить окончательное количество гостей и внести значительную часть оставшейся суммы до мероприятия.
Алла прочитала.
— Почему сто семьдесят должна переводить я?
Вот теперь началось самое интересное.
Оказалось, что расходы родственники распределили заранее.
Светлана покупала матери подарок.
Константин взял на себя ведущего и музыкальную программу.
Лидия Семёновна уже внесла первоначальную бронь за зал, но на этом её участие заканчивалось.
Основную сумму за еду решили оплатить деньгами Аллы.
— Кто решил? — спросила она.
— Ну… обсуждали все.
— Кто все?
— Мама, Света, я.
— То есть три человека распорядились деньгами четвёртого.
Константин недовольно посмотрел на неё.
— Не надо так формулировать.
— А как сформулировать правильно?
Он не ответил.
Алла взяла его телефон и снова посмотрела заказ.
Теперь стало понятно, откуда взялась сумма.
Лидия Семёновна выбрала один из дорогих залов ресторана. Заказала несколько горячих блюд, много холодных закусок, отдельную подачу десерта, расширила список напитков. На двадцать восемь человек набегало прилично.
— Когда вы это решили?
— Что?
— Что ресторан оплачиваю я.
— Не сегодня.
— Когда?
Константин нехотя признался:
— Ещё примерно месяц назад.
Алла коротко рассмеялась.
То есть решение появилось ещё до того, как её вычеркнули из списка гостей.
А возможно, уже тогда Лидия Семёновна не собиралась её приглашать.
— Мама выбирала зал, исходя из того, что эта часть будет закрыта, — добавил Константин.
— Мною.
— У тебя сейчас есть возможность.
— Какая разница, есть она у меня или нет?
— Большая.
— Для вас — огромная.
Константин начал раздражаться.
— Алла, маме шестьдесят. Это не обычный день рождения.
— Согласна.
— Она хочет нормальный праздник.
— Пусть празднует.
— Тогда в чём проблема?
Алла посмотрела на мужа с искренним удивлением.
— Я достаточно чужая, чтобы не сидеть за столом, но достаточно родная, чтобы оплатить этот стол?
— Ты опять сводишь всё к отношениям с мамой.
— Нет. Я как раз отделяю одно от другого. Её гости — её решение. Мои деньги — моё.
— После юбилея всё успокоится.
— У меня и сейчас всё спокойно.
Константин понял, что привычное уговаривание не работает.
— Ты переводить будешь?
— Нет.
Всего одно слово.
Без повышения голоса.
Он подождал, будто дальше обязательно должно последовать объяснение.
Алла открыла ноутбук.
— И всё?
— Всё.
— Алл, ресторан уже заказан.
— Не мной.
— Людей пригласили.
— Не я.
— За десять дней всё менять?
— Зачем менять? Оплатите.
Константин отодвинул стул.
— Понятно.
На этом разговор закончился.
Алла ожидала, что он позвонит матери в тот же вечер.
Не позвонил.
На следующий день тоже ничего не сказал.
Она решила, что родственники нашли другой способ закрыть счёт.
Уточнять не стала.
Чужой юбилей окончательно перестал быть её заботой.
Константин в последующие дни вёл себя обычно.
Только чаще смотрел банковское приложение и однажды вечером долго разговаривал по телефону с администратором ресторана.
Алла услышала лишь несколько фраз.
Муж уточнял, можно ли окончательно рассчитаться после мероприятия.
Оказалось, ресторан обычно просил крупную доплату заранее, но первоначальная бронь уже была внесена, меню утверждено, а Константин лично приезжал подписывать заказ. После разговора администратор согласился оставить остаток до окончания банкета при условии, что итоговый счёт будет закрыт в тот же вечер.
Алла тогда не придала этому особого значения.
Она считала, что муж просто решил оплачивать сам.
Накануне юбилея выяснилось обратное.
Константин собирал костюм в спальне.
Алла гладила свою рубашку для работы и между делом спросила:
— С рестораном разобрались?
Муж на секунду задержал руку на вешалке.
— Вроде да.
Алла посмотрела на него.
— Что означает «вроде»?
— Завтра окончательно рассчитаемся.
— Кто?
Пауза получилась слишком заметной.
— Я сказал маме, что твои деньги поступят после банкета.
Алла выключила утюг.
— Зачем?
— Не хотел перед юбилеем её расстраивать.
— Ты сообщил ей, что я заплачу?
— Я сказал, что вопрос решится.
— Он уже решился несколько дней назад.
Константин повернулся к жене.
— Я думал, ты передумаешь.
— С чего?
— Остынешь.
Алла едва заметно улыбнулась.
— Костя, я не была горячей.
— Хорошо. Не передумала.
— Нет.
— Даже после праздника?
— Ни до, ни после.
Теперь он окончательно понял, что никакого внезапного перевода не будет.
— Прекрасно.
— Ты сам создал себе эту проблему.
— Да разберусь я.
— Разберись.
Алла снова включила утюг.
Больше добавить было нечего.
Константин действительно попытался разобраться.
Позже Алла узнала, что в тот вечер он несколько раз пересчитал собственные накопления.
Свободных ста семидесяти тысяч у него не было.
Часть денег он уже отдал ведущему, часть потратил на другие семейные расходы. Можно было оформить кредит или снять средства, которые он откладывал на свои цели.
Кредит ради одного вечера Константин брать не захотел.
Трогать накопления тоже.
Он решил, что после банкета родственники что-нибудь придумают.
Самое удивительное — никого об этом не предупредил.
Лидия Семёновна в день юбилея была уверена, что финансовая часть закрыта.
Светлана думала то же самое.
Гости тем более понятия не имели.
В субботу Константин уехал около четырёх.
Алла помогла ему поправить воротник рубашки возле зеркала.
— Ты во сколько вернёшься?
— Не знаю. После двенадцати, наверное.
— Хорошо.
Он помедлил.
— Ты точно нормально относишься, что не идёшь?
— Костя, мы это уже обсуждали.
— Всё, понял.
На этот раз он действительно не стал заводить разговор по второму кругу.
После его ухода Алла спокойно собралась.
Она встретилась с подругой Оксаной в небольшом грузинском ресторане в центре. Потом они пошли в кино, после сеанса долго гуляли по прохладным улицам.
Сентябрьский вечер был сухим, но уже холодным. Люди сидели на открытых верандах в куртках, над рекой тянуло сыростью, возле кафе включили уличные обогреватели.
Телефон Алла убрала в сумку.
У Лидии Семёновны в это время всё шло именно так, как она задумала.
Отдельный зал.
Ведущий.
Музыка.
Большой стол на двадцать восемь человек.
Светлана вручила матери подарок. Племянники подготовили фотографии. Двоюродная сестра приехала из соседнего города.
Лидия Семёновна несколько раз говорила, что давно хотела собрать всех вместе.
Отсутствие невестки никого особенно не удивило.
Свекровь заранее объяснила самым любопытным, что Алла «занята своими делами».
Константин не поправлял.
До десяти вечера он ещё надеялся придумать выход.
Потом администратор принёс предварительный итог.
С учётом дополнительных напитков и нескольких заказов сумма стала даже немного выше расчётной.
— Хорошо, — сказал Константин. — Через полчаса подойду.
Администратор кивнул.
Через полчаса Константин стоял в коридоре с телефоном и смотрел на свой банковский счёт.
Ничего нового там не появилось.
Он набрал сестру.
— Свет, выйди на минуту.
Светлана появилась из зала с телефоном в руке.
— Что случилось?
— Надо закрывать ресторан.
— Ну закрывай.
— Мне не хватает.
Сестра сначала не поняла.
— А Алла?
— Не переводила.
— В смысле?
— В прямом.
— Ты же говорил, всё будет.
— Я рассчитывал, что будет.
Светлана смотрела на брата уже совсем иначе.
— И что теперь?
— Сколько у тебя есть на карте?
— Я подарок купила.
— Я не спрашиваю, что ты купила.
Она назвала сумму.
Её явно не хватало.
Константин прикрыл глаза.
— Маме пока ничего не говори.
— А кому говорить? У нас банкет заканчивается.
Скрыть происходящее удалось ещё минут пятнадцать.
Потом Лидия Семёновна сама заметила, что сын и дочь по очереди выходят из зала, а к ним дважды подходит администратор.
Она появилась в коридоре.
— Что у вас?
Светлана отвела глаза.
Константин решил говорить сразу.
— За ресторан надо доплатить.
— Так доплачивайте.
— Алла денег не дала.
Лидия Семёновна сначала решила, что сын неудачно пошутил.
— Каких денег не дала?
— Которые вы рассчитывали получить.
— Ты говорил, после банкета переведёт.
— Не переведёт.
Лицо именинницы покраснело.
— Почему я узнаю об этом сейчас?
На этот вопрос Константину ответить было нечем.
— Потому что он надеялся её уговорить, — сказала Светлана.
— Ты мне сказал, что вопрос решён!
— Я не хотел портить тебе праздник.
— А сейчас ты что делаешь?
Голос Лидии Семёновны стал громче, и несколько гостей начали выглядывать из зала.
Константин попросил мать говорить тише.
Она вместо этого достала телефон.
Алла в этот момент как раз вышла из кинотеатра.
Телефон завибрировал в сумке.
Она увидела имя свекрови и сразу догадалась, что финансовый вопрос наконец добрался до именинницы.
— Да, Лидия Семёновна.
— Алла, что происходит?
По шуму на заднем плане было понятно, что звонит она из ресторана.
— Уточните.
— Костя говорит, ты не перевела деньги за банкет.
— Всё верно.
— Почему?
Алла остановилась возле входа. Оксана стояла рядом и молча ждала.
— Потому что я их не обещала.
— Но мы рассчитывали!
— Вы можете рассчитывать на свои деньги как угодно.
— Ты прекрасно знала, что сегодня юбилей!
— Знала.
— И специально ничего не сказала?
Алла нахмурилась.
— Вашему сыну я отказала десять дней назад.
На другом конце стало тихо.
Вероятно, Лидия Семёновна впервые услышала срок.
— Десять дней?
— Да.
— Он сказал…
Она оборвала себя.
Теперь часть вопросов явно переместилась к Константину.
— Алла, у нас сейчас ресторан закрывать нечем.
— Тогда вам нужно решить это с теми, кто заказывал банкет.
— Ты тоже часть семьи.
Вот эту формулировку Алла услышала впервые за несколько месяцев.
— Для рассадки места не нашлось.
Лидия Семёновна повысила голос:
— Причём тут рассадка?
— При том, что меню я не выбирала, гостей не приглашала и оплату на себя не брала.
— Ты хочешь мне испортить шестидесятилетие?
— Праздник уже состоялся.
Алла посмотрела на время.
— Поздравляю вас с юбилеем. Желаю здоровья. Но счёт оплачивать не буду.
Она завершила разговор.
Оксана посмотрела на неё.
— Всё?
— Теперь да.
— Поедем?
— Поедем.
Они пошли к машине.
А в ресторане начиналась совершенно другая часть праздника.
Константин первым перевёл всё, что мог потратить без кредита.
Светлана добавила остаток со своей карты.
Этого всё равно оказалось мало.
Пришлось объяснить ситуацию нескольким близким родственникам.
Первым помог двоюродный брат Лидии Семёновны.
Потом одна из сестёр перевела часть суммы Константину с условием, что он вернёт позже.
Светланин муж добавил ещё.
Кто-то из гостей предложил разделить недостающий остаток между несколькими семьями.
В итоге счёт закрыли полностью.
Никого в ресторане не удерживали, никаких громких сцен с администрацией не произошло. Просто последняя часть вечера, которую Лидия Семёновна представляла красивыми проводами гостей, превратилась в переводы, банковские приложения и выяснение, кому Константин потом сколько должен вернуть.
Домой он приехал около часа ночи.
Алла уже была дома.
Она сидела на кухне с книгой.
Константин снял обувь, прошёл к холодильнику, достал воду.
Выглядел он так, будто несколько часов разгружал мебель.
— Оплатили? — спросила Алла.
— Да.
— Хорошо.
Он сел напротив.
— Мама в ярости.
— На тебя?
Константин усмехнулся.
— В основном на тебя.
Алла перевернула страницу.
— Удобно.
Муж некоторое время молчал.
— Мне теперь родственникам возвращать.
— Вернёшь.
— Несколько месяцев уйдёт.
— Наверное.
Он посмотрел на неё.
— Ты вообще не чувствуешь себя виноватой?
Алла закрыла книгу.
— Нет.
— Совсем?
— Костя, я сказала тебе «нет» десять дней назад. Ты решил скрыть это от матери. Почему виноватой должна чувствовать себя я?
Константин ничего не ответил.
Через несколько секунд встал.
— Ладно.
Это было первое разумное слово за весь вечер.
Последствия юбилея растянулись надолго.
Не для Аллы.
Для Константина.
Следующие месяцы часть свободных денег уходила на возврат родственникам. От нескольких запланированных покупок пришлось отказаться.
Однажды он сам заметил:
— Дорогой получился мамин праздник.
Алла не стала отвечать.
Он и без неё знал арифметику.
Лидия Семёновна после юбилея не звонила невестке почти месяц.
Зато активно рассказывала родственникам свою версию.
По ней выходило, что Алла в последний момент отказалась помогать и едва не оставила именинницу разбираться со счётом перед гостями.
Версия держалась до тех пор, пока двоюродная сестра Лидии Семёновны не встретила Константина и не спросила:
— А Алла правда прямо в день рождения отказалась платить?
Константин честно ответил:
— Нет. Я знал заранее.
— Насколько заранее?
— Дней десять.
Женщина посмотрела на него с заметным удивлением.
— Тогда зачем вы заказ не уменьшили?
Константин пожал плечами.
Нормального ответа у него не было.
Через некоторое время вопрос дошёл и до Светланы.
Она сначала защищала мать, потом тоже перестала.
Ей самой пришлось вернуть часть денег мужу, которые он неожиданно потратил на чужой банкет.
Однажды Светлана встретилась с Аллой у подъезда.
Они не виделись с юбилея.
Золовка держала в руке пакет из магазина.
— Привет.
— Привет.
Несколько секунд обе ждали лифт.
Светлана первой нарушила молчание:
— Я до сих пор считаю, что ты могла помочь.
Алла повернулась к ней.
— А я считаю, что ты могла купить машину дешевле.
Светлана сразу поняла намёк.
Уголок её рта дёрнулся.
— Ладно. Заслужила.
Лифт приехал.
Они вошли вместе.
На пятом этаже Светлана вышла и перед закрывающимися дверями сказала:
— Но Костя, конечно, красавец. Десять дней молчать.
— Здесь спорить не буду.
Двери закрылись.
На этом разговор закончился.
В ноябре у Лидии Семёновны был обычный семейный обед.
Константин собирался один, как и несколько последних раз.
Уже в прихожей он неожиданно спросил:
— Мама сказала, можешь приехать, если хочешь.
Алла застёгивала домашнюю кофту.
— Не хочу.
— Я так и думал.
— Тогда зачем спрашивал?
— Чтобы потом никто не говорил, что тебя не звали.
Алла рассмеялась.
— Вот теперь система работает правильно.
Константин улыбнулся и ушёл.
А спустя полчаса ей пришло сообщение от Лидии Семёновны.
Короткое:
«Костя сказал, ты не приедешь».
Алла прочитала и положила телефон экраном вниз.
Никаких счетов к сообщению приложено не было.
— Я тебе не нравлюсь, когда не накрашена? И готовка моя тебе не нравится? А знаешь, что мне не нравится?