В понедельник около половины десятого Андрей принёс бухгалтеру платёжку поставщику и положил перед ней на стол.
— Людмила Петровна, эту сегодня обязательно. Они без оплаты машину не выпустят.
Бухгалтер прочитала верхнюю строчку, потом зачем-то перевернула лист и положила обратно.
— К Светлане отнеси.
— Зачем?
— Теперь через неё.
Андрей улыбнулся, решив, что не понял.
— Я такие восемь лет подписываю.
— Подписывал.
Он перестал улыбаться.
За стеной загудел принтер. Кто-то на складе тащил тележку по бетонному полу, телефон на соседнем столе звонил уже третий раз. Обычный понедельник, только Людмила Петровна почему-то не брала документ.
— Она у себя?
— С утра.
Андрей забрал лист.
В субботу они отмечали шестидесятипятилетие матери. В воскресенье сестра ему не звонила. Он тоже не звонил и был уверен, что история закончилась вместе с последними гостями.
Оказалось, нет.
Фирму одиннадцать лет назад придумал отец. Ничего большого: склад на окраине, две подержанные машины и поставки упаковки, контейнеров, пакетов и хозяйственной мелочи небольшим кафе и магазинам.
Светлана тогда работала бухгалтером в другой организации. Отец попросил её помочь «месяц-другой, пока всё встанет на ноги».
Месяц растянулся на одиннадцать лет.
Сначала она приезжала после своей работы. Потом уволилась и перешла к отцу. К сорока шести годам Светлана могла по памяти сказать, какой поставщик отгружает только после оплаты, кому можно позвонить и попросить два дня отсрочки и какой клиент обязательно потеряет накладную, а потом будет уверять, что её вообще не привозили.
Отец говорил:
— Светка у нас умница. Она с цифрами дружит.
Это считалось похвалой.
Андрей пришёл позже. Ему было тридцать четыре, предыдущая работа закрылась, и отец предложил попробовать продажи.
Вот тут оказалось, что брат действительно умеет то, чего Светлана терпеть не могла.
Он легко знакомился, не боялся заходить к владельцу кафе без предварительного звонка, помнил, кому нужны плотные пакеты, кто ищет контейнер подешевле, у кого через месяц открывается вторая точка. Мог приехать к клиенту из-за недостающих трёх коробок, посидеть двадцать минут, поговорить о ремонте, а уехать с новым заказом.
Через пару лет несколько самых крупных покупателей фирмы уже звонили напрямую ему.
Светлана этого никогда не отрицала.
Проблема была в другом.
Когда отец окончательно отошёл от ежедневной работы, директором стала она. Андрей получил доверенность на часть документов и возможность подстраховать сестру, если та уехала, заболела или весь день сидела на переговорах.
Первые годы всё так и работало.
Потом слово «подстраховать» куда-то исчезло.
— Я Лесковым десять процентов дал, — сообщил Андрей однажды.
Светлана подняла голову от монитора.
— Сколько?
— Десять. Зато берут сразу на три месяца.
— У нас на этой позиции и так почти ничего не остаётся.
— На одной позиции.
— У них половина заказа из неё.
Андрей подтащил стул и сел напротив.
— Свет, ты считаешь каждую коробку. А клиент считает, сколько он отдаст всего. Я его сейчас отпущу — он через дорогу купит.
Она пересчитала заказ. После скидки он всё ещё оставался выгодным, хотя заметно меньше, чем рассчитывали.
— В следующий раз сначала скажи.
— Скажу.
Он не сказал.
Но и катастрофы не произошло. Лесковы действительно заказали ещё дважды, а Андрей потом не без удовольствия напомнил сестре:
— Видишь? Иногда клиента надо чувствовать, а не только калькулятор открывать.
И вот тут возразить было трудно.
Наверное, поэтому Светлана слишком долго считала их споры обычной разницей характеров.
Она осторожничала. Андрей рисковал.
Она проверяла. Он договаривался.
Пока однажды его обещание не пришлось выполнять всей фирме.
За две недели до юбилея Андрей привёз заказ от сети небольших пекарен. Для их фирмы — очень хороший: почти на четыреста тысяч рублей.
— Если нормально отработаем, у них ещё две точки открываются, — сказал он на утреннем совещании.
Склад начал собирать товар.
После обеда Светлана увидела условия оплаты.
— Андрей, иди сюда.
Он пришёл с телефоном у уха, закончил разговор уже в кабинете и сел.
— Что?
Она повернула монитор.
— Отсрочка двадцать один день?
— Да.
— Почему я узнаю сейчас?
— Потому что сейчас заказ пришёл.
— Наш поставщик за эту часть товара ждёт оплату в четверг.
— Заплатим.
— Из чего?
Он нахмурился.
— В смысле?
Светлана открыла таблицу с платежами.
— В самом обычном. В четверг поставщик, в пятницу аренда склада, потом зарплата. Эти деньги должны были прийти раньше.
Андрей провёл ладонью по подбородку.
— Откажемся — клиент уйдёт.
— Я не говорю отказываться. Я спрашиваю, почему ты пообещал три недели без согласования.
— Потому что они иначе не брали.
— Тогда позвони мне.
— Ты была у поставщика.
— У меня телефон был с собой.
Он откинулся на спинку стула.
— Свет, если я каждый чих буду с тобой согласовывать, мне проще вообще ничего не продавать.
Она развернула монитор обратно.
— Хорошо. Тогда найди, чем закрыть четверг.
— Вот опять начинается.
— Что начинается?
— Это твоя любимая история: я принёс почти четыреста тысяч, а ты мне объясняешь, почему это плохо.
Светлана тогда сказала лишнее:
— Ты их ещё не принёс. Пока ты принёс нам обязательства.
Андрей встал.
— Вот поэтому с тобой невозможно работать. Для тебя клиент всегда проблема.
Он вышел, а через пять минут уже смеялся с кем-то в коридоре.
Светлане пришлось звонить поставщику. Они работали вместе давно, поэтому оплату одной партии согласились подождать два дня. Потом бухгалтер передвинула ещё один платёж.
Заказ ушёл.
Через неделю пекарни прислали новый запрос.
Андрей оказался прав хотя бы наполовину.
И Светлана это признала.
— Клиента ты взял хорошего.
— Надо же, — усмехнулся он. — Запишу дату.
На этом можно было закончить.
Но в пятницу, за день до маминого юбилея, Светлане позвонил владелец тех самых пекарен.
Сначала говорили о новой партии. Потом мужчина спросил:
— Светлана Сергеевна, а нам дальше условия с Андреем согласовывать или сразу вам писать?
— По ассортименту и цене можете с ним.
— Просто он сказал, что у него те же полномочия, что у вас. Чтобы мы вас лишний раз не дёргали.
Светлана отодвинулась от стола.
— Те же?
— Ну да. Я поэтому и не переживал за отсрочку. Думал, вы оба решаете.
Она ответила не сразу.
— По продажам Андрей принимает решения в пределах согласованных условий. Финансовые условия лучше подтверждать через меня.
Мужчина немного смутился.
— Понял. А то я, может, неправильно его понял.
Вполне возможно, что неправильно.
Светлана даже хотела оставить всё до понедельника. Вечером позвонила мать и напомнила забрать заказанный пирог, потом пришлось ехать за подарком от родственников. Дома сын попросил помочь с документами для института.
Обычная пятница быстро съела остаток дня.
А в субботу собралась семья.
Мать накрыла стол в гостиной, хотя Светлана предлагала отметить в кафе. Пришли родственники, старые друзья родителей, дети. Отец сидел рядом с именинницей и несколько раз рассказывал одну и ту же историю про первый склад.
— Там зимой дверь примерзала, — говорил он. — Мы чайником отливали.
— Пап, ты это уже рассказывал, — смеялся Андрей.
— Значит, ещё раз послушаешь.
Нашли старый фотоальбом. На одной фотографии отец стоял возле первой машины, а рядом Светлана держала коробку с документами.
— Света тогда вообще всё на себе тащила, — сказала мать. — И работа своя, и отцу помогала.
— Она у нас с детства правильная, — отозвался Андрей.
Светлана услышала интонацию, но промолчала.
Чуть позже двоюродная тётка спросила отца, не жалеет ли он, что передал дело детям.
— Чего жалеть? Работает же.
— Светлана молодец, конечно. Директор всё-таки.
Андрей усмехнулся.
— Началось.
— Что началось? — спросила мать.
Он поднял стакан.
—За нашу бесполезную умницу! — поднял тост брат.
Несколько человек засмеялись просто потому, что ждали шутки.
Светлана сидела напротив.
— Очень смешно, — сказала она.
— Да ладно тебе. Я же любя.
— Андрей, не надо, — вмешалась мать.
Но теперь он уже объяснял тётке:
— У нас просто семейная легенда такая. Света всё держит, Света всё решает. А клиентов кто приводит — про это забывают.
— Никто не забывает, — сказал отец.
— Да я не жалуюсь. Просто если меня завтра убрать, продавать будет некому.
Двоюродная сестра потянулась за салфеткой и задела вилку. Та упала на пол. Она наклонилась за ней слишком быстро.
Светлана спросила:
— А если меня убрать?
— Наймём нормального бухгалтера.
За столом стало заметно тише.
— Андрей, хватит, — повторила мать.
— Да что вы все? Светка сама знает, что я шучу.
Он повернулся к сестре.
— Ты же знаешь?
Светлана вспомнила пятничный звонок.
— Теперь знаю.
Андрей, кажется, даже не заметил, как она это сказала. Через минуту отец уже спорил с кем-то о старой машине, мать попросила принести пирог, дети фотографировались возле окна.
Праздник не развалился.
Андрей помог собрать посуду, вынес складной стол на балкон и перед уходом поцеловал мать.
Сестре сказал:
— Не дуйся.
Она застёгивала пальто.
— Я не дуюсь.
— Ну и отлично.
В воскресенье Андрей отправил ей в мессенджере фотографию нового прайса поставщика.
«Посмотри завтра. Можно нормально заработать».
Светлана поставила телефон на зарядку и достала из рабочего рюкзака документы.
Там лежала копия доверенности, которую несколько лет назад оформляли на брата.
Она перечитала её впервые за долгое время.
И только тогда увидела простую вещь: всё это время фирма жила по правилам, которых Андрей уже не признавал.
В понедельник Светлана приехала к восьми.
С бухгалтером они просмотрели, какие документы брат действительно подписывает в повседневной работе, где его подпись нужна для удобства, а где давно стала привычкой. Потом Светлана связалась с теми, через кого оформлялись банковские и документальные полномочия, и начала процедуру их изменения.
Мгновенно ничего не исчезло.
Какие-то действия можно было прекратить сразу внутри фирмы, другие требовали оформления. Светлана не торопилась изображать эффектный переворот. Ей нужно было другое: чтобы Андрей отвечал за продажи, а решения, последствия которых ложатся на всю компанию, больше не принимал один.
Около половины десятого он и принёс ту самую платёжку Людмиле Петровне.
Через несколько минут дверь кабинета Светланы открылась.
Андрей вошёл с листом в руке.
— Объясни.
— Что именно?
Он бросил документ на край стола.
— Это.
— Платёж?
— Не издевайся. Людмила сказала, я теперь не подписываю.
Светлана придвинула лист к себе.
— Часть твоих полномочий отзываю. По документам уже занимаемся.
— Из-за субботы?
— Суббота помогла.
— То есть ты решила отомстить мне через работу?
— Нет.
— А на что это похоже?
Она указала на стул, но Андрей остался стоять.
— В пятницу мне звонили из пекарен.
Он сразу понял, о ком речь.
— И?
— Они считают, что у тебя такие же полномочия, как у директора.
— Господи. Я просто сказал, что со мной можно решать вопросы.
— Какие?
— Рабочие.
— Отсрочку на двадцать один день тоже?
Андрей отвёл глаза к окну.
— Опять эта отсрочка. Мы на ней заработали.
— Заработали.
Он повернулся к ней.
— Тогда в чём проблема?
— В том, что поставщику звонила я. Платежи двигала Людмила Петровна. А клиенту ты сказал, что можешь сам решать финансовые условия.
— Да ничего я такого не говорил.
— Значит, он сам придумал.
— Мог неправильно понять.
— Мог.
Светлана не стала спорить.
Вот это брата почему-то разозлило сильнее.
— Ты давно решила меня убрать?
— Я тебя не убираю.
— А что ты делаешь?
— Оставляю тебе продажи.
Он рассмеялся.
— Спасибо большое. Мои же продажи мне оставила.
— Зарплата остаётся. Клиенты остаются. Твои обычные обязанности тоже.
— А подпись?
— Нет.
— Доверенность?
— Отзываю.
Андрей взял со стола платёжку.
— Ты хоть понимаешь, что сама себе сейчас работы добавила?
— Понимаю.
И это была правда.
Он вышел.
Первые последствия Светлана почувствовала уже во вторник.
Андрей раньше мог закрыть часть вопросов без неё, теперь документы копились на её столе. Пришлось перестроить порядок согласования, а двум клиентам она сама перезванивала вечером.
В среду брат привёл новый заказ и демонстративно положил расчёт перед ней.
— Проверяй.
— Проверю.
— Клиент ждёт.
— Пусть ждёт десять минут.
— Раньше я сам решал.
— Теперь не сам.
Он вышел.
Через четверть часа Светлана позвала его обратно.
— Цена нормальная. А доставку в пятницу не обещай, машина занята.
— Уже обещал.
Она подняла глаза.
Андрей выдержал паузу и добавил:
— Что уточню.
Светлана поставила подпись.
— Тогда всё нормально.
Нормально не было.
Дома мать позвонила вечером и сказала, что Андрей к ней заезжал.
— Вы опять сцепились?
— Мам, это работа.
— Он говорит, ты его унизила перед сотрудниками.
— Я при сотрудниках вообще с ним это не обсуждала.
— Свет, ну он же брат.
Светлана сидела на кухне и смотрела на открытый ноутбук. Там оставались два договора, которые она забрала домой.
— Именно поэтому всё так долго и тянулось.
— Он на юбилее глупость сказал.
— Дело не в одной глупости.
Мать вздохнула.
— Только фирму не развалите.
Вот это попало точнее всего.
Светлана сама этого боялась.
Через неделю один из старых клиентов позвонил ей вместо Андрея. Тот, видимо, пожаловался, что теперь ничего не может решить без директора.
— У вас там что случилось? — спросил клиент.
— Ничего. Андрей по-прежнему занимается вами.
— А скидку с ним можно обсуждать?
— Обсуждать можно. Окончательно подтверждаем после расчёта.
— Раньше проще было.
— Возможно.
Клиент поворчал, но заказ сделал.
Другой действительно ушёл думать и вернулся только через две недели.
Светлана не чувствовала себя победительницей. Работы стало больше, дома мать разговаривала с ней осторожнее, отец вообще старался не упоминать фирму.
С Андреем они общались коротко.
Зато в конце месяца бухгалтер принесла ей три последних договора.
— Посмотрите.
Сверху на каждом лежал листок с пометками Андрея: объём, скидка, желаемая дата доставки и отдельной строкой — «отсрочка нужна 14 дней, подтвердить».
Светлана просмотрела первый.
Потом второй.
В третьем цена была слишком низкой.
Она позвала брата.
Он вошёл и остановился у двери.
— Что?
— По этому клиенту не получается семь процентов. Максимум пять.
— У конкурентов дешевле.
— Тогда покажи их цену. Может, поставщика дожмём.
Андрей достал телефон, нашёл сообщение клиента и протянул ей.
Светлана посмотрела.
— С такой ценой пять дадим. Семь — уже почти в ноль.
— Пять их не устроит.
— Тогда решай, чем добрать: объёмом или другой позицией.
Он забрал телефон.
— Я поговорю.
У двери задержался.
— Кстати, пекарни ещё одну точку открывают.
— Когда?
— В следующем месяце. Я им уже сказал, что условия отдельно согласуем.
Светлана кивнула.
— Хорошо.
Брат ушёл к себе.
На следующий день он привёз от пекарен новый заказ — самый крупный из трёх.
Сверху лежал расчёт.
Внизу Андрей от руки написал: «Оплата через 14 дней. Если подтверждаешь — отправляю клиенту».
Светлана проверила ближайшие платежи, позвонила бухгалтеру и поставила подпись.
Больше ничего на листе она не написала.
«Я уволилась! Теперь твоя очередь нас содержать, а не хочешь — проваливай из квартиры!» — заявила мать