— Я мужик, я решаю, куда тратить твои премии! — громко заявил Илья, стукнув ладонью по столу перед двумя мониторами Светланы. — Это семейное решение! По-человечески тебя прошу: не прячь деньги по вкладам, ты же сильная, в следующем квартале ещё заработаешь! А эти девятьсот тысяч я завтра утром заведу в закрытый пул к Жоре под сорок процентов!
Светлана сняла беспроводные наушники после вечернего созвона с командой тестировщиков и спокойно посмотрела на мужа. В её двухкомнатной квартире в Новосибирске было десять часов вечера. За окном сыпал мелкий колючий снег.
— Никакому Жоре я свою годовую премию переводить не стану, Илья. Ты в прошлом году уже вложил свои отпускные в ставки на киберспорт и месяц просил у меня на проезд.
— Ты не сравнивай ставки и алгоритмический арбитраж! — лицо Ильи пошло красными пятнами. — Жора вчера из Дубая скриншоты выплат прислал! Вход в пул открыт только до завтрашнего обеда, минимальный порог — миллион рублей! У тебя зарплата руководителя отдела в «СибирьСофте», а мышление как у кассирши! Дай мне проявить себя как главе семьи!
— Проявляй себя со своей зарплаты продавца-консультанта, — ровно ответила Светлана, блокируя рабочий ноутбук. — Мои девятьсот тысяч пойдут на досрочное погашение ипотеки за мамину дачу и обновление сервера. Разговор окончен.
— Ах разговор окончен?! — Илья зло прищурился и попятился в коридор. — Ну смотри, Света. Сама меня вынудила. Потом будешь локти кусать, когда я миллионы поднимать начну, но я тебе ни копейки не дам!
Он ушёл в гостиную и плотно притворил дверь. Подобные вспышки инвестиционного азарта случались у мужа каждые три месяца, поэтому Светлана спокойно легла спать.
Однако когда в половине девятого утра она вышла в прихожую, ни зимней куртки Ильи, ни его ботинок на коврике не было. На крючке настенной ключницы пустовало место, где висели оба комплекта ключей от её белой «Тойоты Камри», подаренной ей родителями до брака.
— Только не говори мне, что он взял ПТС… — вслух прошептала Светлана и рывком выдвинула верхний ящик комода.
Кожаная папка с документами была пуста: бумажный паспорт транспортного средства исчез вместе с нотариальной доверенностью, которую Светлана оформляла на мужа в июне перед двухнедельной командировкой в Иннополис, чтобы он мог забрать машину со станции кузовного ремонта после замены лобового стекла.
Светлана открыла на смартфоне приложение спутникового противоугонного комплекса. Метка геолокации показывала, что её «Тойота Камри» уже сорок минут стоит на гостевой стоянке у автомобильного торгового центра на улице Петухова.
Она тут же набрала номер мужа. В трубке зазвучала бодрая музыка авторынка.
— Илья, почему моя «Тойота» стоит на Петухова и где ПТС из комода?
— А я тебе вчера вечером человеческим языком объяснил, что я мужик и сам найду капитал для входа в пул! — самодовольно отозвался муж. — Раз ты пожалела девятьсот тысяч из премии, я продаю машину по генеральной доверенности! Через месяц с первой же выплаты Жоры куплю тебе новую из салона, ещё спасибо скажешь!
— Ты в своём уме?! Машина стоит два миллиона триста пятьдесят тысяч, и она подарена мне родителями!
— Я её за два миллиона пятьдесят тысяч отдаю в срочный выкуп, покупатель уже кузов толщиномером проверил, сидим в кафе на втором этаже, договор печатаем! Не мешай мне делать деньги!
Илья сбросил вызов. Светлана взглянула на часы: восемь часов пятьдесят две минуты. В соседнем доме на первом этаже ровно в девять утра открывалась нотариальная контора Марины Георгиевны, у которой четыре месяца назад удостоверялась та самая доверенность.
Накинув пуховик поверх свитера и схватив паспорт с договором дарения автомобиля от отца, Светлана через четыре минуты стояла первой у крыльца конторы. Услышав о попытке незаконной продажи машины, нотариус Марина Георгиевна без промедления открыла единую информационную систему нотариата.
— Паспорт ваш вижу, реестровый номер бланка от четырнадцатого июня нашла, — быстро проговорила нотариус, выводя на печать распоряжение об отмене. — Расписывайтесь здесь, Светлана Юрьевна. Сейчас я заверяю отмену электронной подписью.
— Через сколько минут статус обновится при проверке по QR-коду на бланке?
— Мгновенно, — Марина Георгиевна нажала клавишу подтверждения и развернула монитор к Светлане. — Девять часов двенадцать минут. Статус доверенности в федеральном реестре — «Отменена». Любой покупатель или сотрудник ГИБДД при сканировании увидит запрет.
Прямо в приёмной нотариуса Светлана открыла мастер-приложение спутниковой сигнализации, привязанное к её личному номеру, и включила полную блокировку стартера и топливного насоса. Вызвав такси, она поехала на улицу Петухова.
В сетевой кофейне на втором этаже автомобильного комплекса с панорамным видом на парковку Илья сидел за угловым столиком напротив плотного короткостриженого мужчины лет сорока двух в кожаной жилетке. На столе между ними лежали бланки договора купли-продажи, оригинал ПТС, нотариальная доверенность с синей печатью и две банковские пачки пятитысячных купюр в вакуумной упаковке.
— Так что машина в идеале, Эдуард Богданович, — с важным видом распинался Илья, крутя на пальце брелок от «Тойоты». — Жена просто в декрет уходит, решили вторую машину не держать, деньги в оборот пускаем. Давайте подписывать, мне к одиннадцати в банк надо!
В этот момент к столику быстро подошёл молодой парень в болоньевой куртке с диагностическим сканером в руке — помощник покупателя — и положил второй ключ на стол.
— Богданыч, погоди подписывать. Я сейчас внизу хотел мотор ещё раз прогреть и коробку на подъёмнике глянуть, а «Камри» мёртвая! Приборка мигает, стартер не крутит, бензонасос заблокирован по спутнику!
— Да это просто батарейка в метке на морозе села! — тут же замахал руками Илья, тянясь к ручке. — Обычное дело, сейчас подпишем договор, и я при вас батарейку поменяю!
— Батарейка в метке в полном порядке, — громко сказала Светлана, подходя к столику и спокойно накрывая ладонью свой ПТС и оба комплекта ключей. — Двигатель заблокирован мной со смартфона три минуты назад.
Илья вздрогнул и выронил ручку. Покупатель Эдуард Богданович мгновенно убрал обе пачки пятитысячных обратно в кожаную сумку на молнии и пристально посмотрел на Светлану.
— Доброе утро. А вы кто будете?
— Я Морозова Светлана Юрьевна, единственная собственница белой «Тойоты Камри», которая стоит внизу под окном, — она достала свой паспорт и договор дарения от отца, положив их перед покупателем. — А это мой супруг, который сегодня утром без моего ведома вытащил из дома документы и пытается слить мою машину в срочный выкуп.
— Постойте, Светлана Юрьевна, — Эдуард Богданович нахмурил густые брови и посмотрел на договор дарения. — Так машина ваша добрачная, подаренная вашим отцом? А ваш супруг мне вчера вечером расписывал, что лично покупал её в автосалоне на свои бонусы, просто на жену для скидки по каско оформил!
— Мой супруг за три года брака не купил для этой машины даже комплекта зимних ковриков, Эдуард Богданович, — спокойно ответила Светлана. — Зато решил за моей спиной сбыть её за полцены.
— Ну ты и сказочник, парень… — покачал головой покупатель, поворачиваясь к Илье.
— Света, не позорь меня перед деловыми людьми! — вскочил с диванчика Илья, пытаясь выхватить со стола гербовый бланк. — Эдуард Богданович, не слушайте её, у жены капризы! У меня официальная нотариальная генеральная доверенность с правом продажи и получения наличных! Моя подпись по закону заменяет её подпись!
Эдуард Богданович не спеша достал из кармана жилетки смартфон и придвинул к себе нотариальный бланк.
— Сейчас мы проверим твою подпись, коммерсант. Я перед передачей основной суммы всегда QR-код через реестр Федеральной нотариальной палаты пробиваю.
Он навёл камеру телефона на квадратный код в нижнем углу бланка и открыл проверочную страницу реестра. Через три секунды Эдуард Богданович развернул экран смартфона прямо к лицу Ильи.
— Читай вслух. «По состоянию на девять часов двенадцать минут сегодняшнего дня доверенность отменена доверителем Морозовой С. Ю.». Доверенность твоя превратилась в пустую бумажку сорок минут назад.
Илья побледнел так, что на переносице выступили веснушки.
— Ты… ты когда успела к нотариусу сбегать?!
— Пока ты в кофейне чужим имуществом торговал, — ответила Светлана, убирая ПТС и оба комплекта ключей в свою сумку. — Сделки не будет, Эдуард Богданович.
Покупатель медленно поднялся из-за стола, застегнул сумку с двумя миллионами и жёстко посмотрел на Илью.
— Сделки-то не будет, Светлана Юрьевна. Только вот ваш супруг вчера в девять вечера приехал ко мне на стоянку, показал эту доверенность с ПТС и взял у меня сто тысяч рублей задатка под расписку, чтобы я к утру наличные из банка заказал.
Эдуард Богданович вытащил из блокнота рукописную расписку с паспортными данными Ильи.
— Так что давай, Илья Платонович, выкладывай мои сто тысяч рублей прямо сейчас на стол — и расходимся.
Илья вжался спиной в спинку диванчика и судорожно сглотнул.
— Эдуард Богданович… у меня их сейчас нет…
— А где они?! Ты их двенадцать часов назад в руки получил!
— Я их вчера в одиннадцать ночи через криптообменник Жоре в инвестиционный пул отправил, чтобы место в закрытом чате забронировать! — дрожащим голосом выпалил Илья. — Он обещал через неделю первые сорок процентов начислить!
— Набери своего Жору прямо сейчас при нас, — холодно потребовала Светлана.
Побледневшими пальцами Илья открыл мессенджер на своём флагманском смартфоне и застыл. Переписка с «инвестором из Дубая» была полностью стёрта, а на месте профиля висела серая плашка: «Аккаунт удалён».
— Он… он чат почистил и меня заблокировал… — прошептал Илья, глядя на пустой экран.
— Ясно. Очередной покоритель пирамид, — мрачно хмыкнул Эдуард Богданович и кивнул своему помощнику. — Значит так, гражданин Морозов. Либо твоя супруга сейчас закрывает за тебя сто тысяч рублей, либо мы спускаемся на первый этаж в опорный пункт полиции, и я подаю заявление о мошенничестве при попытке продажи чужого авто по отменённой доверенности.
— Света, выручай, переведи ему сто тысяч со своей премии! — Илья вцепился в рукав её пуховика. — Меня же с уголовной статьёй даже из магазина бытовой техники попрут! Я тебе с каждой получки по пятнадцать тысяч отдавать буду!
— Моей премией ты распоряжаться никогда не будешь, Илья, — спокойно ответила Светлана, убирая его руку. — Ты вчера вечером бил кулаком по столу и доказывал, что ты мужик и сам принимаешь решения. Вот и отвечай по своей расписке сам.
Она повернулась к покупателю.
— У него на запястье смарт-часы за сорок тысяч, в руках телефон за восемьдесят, а через дорогу у автовокзала работает скупка техники и нотариальная контора, где можно оформить договор займа с удержанием из его зарплаты продавца.
— Разумно, Светлана Юрьевна, — одобрительно кивнул Эдуард Богданович, беря понурого Илью под локоть. — Поднимайся, инвестор. Пойдём прогуляемся пешком до скупки и нотариуса, заодно проветришься.
Светлана спустилась на первый этаж, сняла через приложение блокировку двигателя, села в тёплый салон своей «Тойоты Камри» и выехала на проспект. В зеркале заднего вида осталась сутулая фигура бывшего «главы семьи», который без машины, без премии и без телефона шагал пешком по мокрому снегу в сторону ломбарда.
Забытая мечта