— Не включайте пока звук, — попросила Ксения. — Сначала покажите, кто вошёл.
Аркадий Николаевич убрал руку с компьютерной мыши. На экране застыла служебная кладовая ресторана. Металлические стеллажи, коробки с посудой, диван у стены и дверь, которую гости обычно не замечали.
В нижнем углу шло время. Двадцать один час тридцать шесть минут.
Ксения помнила этот отрезок свадьбы. Она танцевала с отцом, а Максим наклонился к ней и сказал, что начальник срочно вызывает его к телефону. Вернулся он минут через десять, поправил ей выбившуюся прядь и предложил поднять бокалы за новую семью.
Теперь дверь на записи открылась.
В кладовую вошла Жанна. Подруга Ксении оглянулась в коридор и поправила зелёное платье. Следом появился Максим. Он закрыл дверь, взял Жанну за талию и поцеловал.
Ксения положила ладони на колени. Ногти упёрлись в ткань юбки.
— Теперь звук, — сказала она.
Из динамиков донёсся голос Жанны.
— Она опять отказалась?
— Пока да. После свадьбы согласится, — ответил Максим. — Ей станет неловко, что муж в её квартире никто.
— Во вторник заедем к нотариусу?
— Заедем. Я скажу, что это обычная семейная формальность.
Жанна села на диван и достала из сумочки сложенный лист.
— Знакомый подготовил договор дарения. Половина квартиры сразу твоя. Потом выставляем её на продажу.
— Цену придётся занизить.
— Зато быстро получим деньги. Я закрою долги, ты вернёшь матери то, что взял на мастерскую.
Максим усмехнулся.
— Ксюша в бумагах не разбирается. Главное, чтобы читала там, где я покажу, и подписала.
Ксения перевела взгляд на Аркадия Николаевича.
— Запись можно скопировать без обрезки?
— Уже сделал. И подготовил выгрузку из системы с датой и номером камеры.
— Спасибо. Ещё мне понадобится письменное подтверждение, что файл не редактировали.
Администратор кивнул. Он не задавал вопросов и не пытался утешать.
Телефон Ксении завибрировал. Максим прислал фотографию двух чашек на их кухонном столе.
«Я уже дома. Где моя молодая жена?»
Она выключила экран.
На записи Жанна спросила, верит ли Ксения, что их знакомство на выставке было случайным.
— Конечно, — ответил Максим. — Ты подвела её к моему стенду и ушла. Дальше оставалось дарить цветы и не торопить. Она сама начала говорить, что со мной спокойно.
— Иногда мне её жалко.
— Тебе сейчас жалко только себя. Коллекторы снова звонили?
Жанна нахмурилась.
— До конца месяца надо внести двести тысяч.
— Внесёшь после сделки. Через полгода у нас будет другая квартира, а Ксюша останется со своей зарплатой логопеда.
Ксения работала логопедом в детском центре. Максим знал, сколько она получает, знал, что квартира досталась ей от тёти, и не раз говорил, что гордится её самостоятельностью.
Запись закончилась через шесть минут.
На улице Ксения долго не заводила машину. На пассажирском сиденье лежала флешка, рядом — подписанный акт из ресторана. Она открыла переписку с Максимом и набрала сообщение «Я всё знаю». Палец остановился над кнопкой отправки.
Сообщение она стёрла.
Через полчаса Ксения приехала к дому. Машины Максима во дворе не было. Она поднялась в квартиру и сразу прошла к комоду, где хранились документы.
Паспорт лежал на месте. Выписка на квартиру тоже. Прозрачный файл был перевёрнут. Ксения всегда клала бумаги гербом вверх.
На кухонном планшете оставался аккаунт Максима. Он подключил его месяц назад, чтобы смотреть фильмы и отвечать на рабочие письма. Ксения открыла поиск и ввела адрес квартиры.
Нашлось сообщение Жанне.
«Копии паспорта и выписки сделал. Техплан тоже. Во вторник в половине пятого».
К сообщению был прикреплён проект договора дарения.
Ксения сохранила переписку на отдельный носитель, сфотографировала экран и позвонила в нотариальную контору. Секретарь подтвердила запись Максима Лаврова и Ксении Соколовой на вторник.
— Я Ксения Соколова. Я не записывалась и не собираюсь передавать супругу долю.
— Тогда направьте письменный отказ. И проверьте личный кабинет государственных услуг. Иногда документы на консультацию загружают заранее.
Ксения положила трубку и посмотрела на плиту. На ней стояла чистая кастрюля. Она всё равно подошла и проверила каждую ручку.
В личном кабинете обнаружилась заявка на выпуск усиленной электронной подписи. Её ещё не подтвердили. Для завершения требовалось личное посещение центра, но в анкете уже стоял номер Максима.
Ксения отозвала заявку, сменила пароли и поставила запрет на регистрационные действия с квартирой без личного присутствия. Затем заказала отчёт из бюро кредитных историй.
Ответ пришёл не сразу.
Пока загружалась страница, в замке повернулся ключ.
Максим вошёл с бумажным пакетом из пекарни.
— А вот и ты. Я уже решил, что молодая жена сбежала на второй день.
Он поставил на стол пирог и поцеловал Ксению в щёку. Она не отстранилась. От него пахло мятной жвачкой и машинным маслом.
— Где была?
— У Ларисы. Потом заехала к родителям.
— Могла предупредить.
Максим снял куртку и прошёл в спальню. Через минуту вернулся с её паспортом в руке.
— Кстати, во вторник заедем к нотариусу, — сказал Максим. — Я договорился насчёт консультации.
Ксения посмотрела на документ.
— Зачем тебе мой паспорт?
— Хотел проверить серию. В заявке цифру перепутал.
— В какой заявке?
Он на секунду задержал взгляд на её лице, потом рассмеялся.
— В обычной. Не устраивай допрос.
Максим вернул паспорт в комод и начал разрезать пирог. Нож скребнул по тарелке.
— Квартиру оформим на двоих, — сказал он. — Мы теперь семья. Или ты мне не доверяешь?
Ксения взяла чашку, хотя чай в ней остыл.
— Во вторник поговорим.
— Вот и договорились.
Он был уверен, что победил. Ксения увидела это по тому, как быстро он сменил тему и начал рассказывать о знакомом, готовом недорого сделать ремонт.
Отчёт из кредитного бюро пришёл вечером. На имя Ксении была подана заявка на потребительский кредит в девятьсот тысяч рублей. Банк отказал из-за несовпадения номера телефона. Заявку отправили три дня назад.
Она закрылась в ванной и позвонила юристу Степану, который консультировал сотрудников детского центра.
— Файл из ресторана сохраняй в трёх местах, — сказал он. — По кредитной заявке подай обращение в банк. И не спорь с Максимом один на один. Пока он думает, что ты ничего не знаешь, собери всё.
— Я хотела показать запись родственникам.
— Показать можешь. Только не угрожай и не требуй денег. Тебе нужны свидетели его реакции и оригиналы доказательств.
После разговора Ксения села на край ванны. За дверью Максим смотрел спортивную передачу и время от времени смеялся. Ей захотелось открыть запись, поставить громкость на максимум и закончить всё сейчас.
Вместо этого она написала в ресторан.
На следующий день Ксения пригласила близких на небольшой вечер. Объяснила, что на свадьбе не успела поблагодарить каждого и хочет показать видео, которое не вошло в общий ролик.
Жанна ответила первой.
«Конечно, буду. Надеть зелёное платье или другое?»
«Надень другое», — написала Ксения.
Она сразу пожалела об этой фразе. Жанна могла насторожиться. Через пять минут пришёл звонок.
— Ксюша, ты чего такая сухая? — спросила подруга. — Вы уже поругались?
— Не выспалась.
— Максим рядом?
— В магазине.
Жанна понизила голос.
— Он точно не передумал насчёт вторника?
Ксения крепче прижала телефон к уху.
— О чём ты?
— Про страховку квартиры. Он говорил, что вы собирались оформить документы.
— Да, собирались.
— Тогда всё нормально. Отдыхай, невеста.
После звонка Ксения поняла, что Жанна проверяла её. План мог сорваться.
В воскресенье Максим отказался ехать в ресторан.
— Хватит этих представлений, — сказал он. — Я устал улыбаться твоим родственникам.
— Я уже оплатила зал.
— Это твои расходы.
Он надел домашние брюки и лёг на диван. Ксения стояла у двери спальни с платьем в руках. На секунду ей захотелось отменить вечер. Без Максима разоблачение превращалось в пересказ, а ей требовалось, чтобы он сам услышал запись при свидетелях.
Она вернулась к шкафу, достала папку с проектом договора и положила перед ним.
— Я хотела сделать тебе подарок. Подписать бумаги при родителях и отдать копию после ужина. Раз ты не едешь, отнесу всё нотариусу сама.
Максим сел.
— Покажи.
Ксения забрала папку раньше, чем он дотянулся.
— В ресторане увидишь.
Он внимательно посмотрел на неё.
— Ты хитрить научилась?
— За два дня брака пришлось.
Максим поднялся и пошёл одеваться.
К половине восьмого гости заняли столы. Родители Ксении сидели ближе к экрану. Мать Максима пришла одна и принесла молодым комплект постельного белья. Коллеги жениха обсуждали новый заказ. Жанна выбрала чёрное платье и села через два стула от Максима.
Аркадий Николаевич поставил на столик ноутбук. Оригинальный файл хранился у него, копия находилась у Ксении.
После горячего Ксения вышла к экрану.
— Вчера многие говорили, что наша встреча с Максимом была счастливой случайностью. Я тоже так считала. Сегодня покажу, сколько людей готовили эту случайность.
На экране появилась переписка Жанны и Максима.
«Подведу её к твоему стенду. Она доверчивая, любит спокойных мужчин. Не торопи».
Жанна поднялась первой.
— Ты залезла в чужой аккаунт. Это преступление.
— Сядь, — сказал Максим. — Сейчас разберёмся.
Он говорил спокойно. Несколько гостей посмотрели на Ксению с сомнением.
Максим вышел к экрану и взял со стола распечатку.
— Ксюша в последние дни не в себе. Она решила, что обычное обсуждение семейного имущества означает заговор. Переписку можно вырвать из контекста. Запись тоже можно собрать из кусков.
— Ты ещё не видел запись, — ответила Ксения.
— Зато вижу, что ты устроила. Публичный скандал через день после свадьбы.
Его мать встала рядом с сыном.
— Ксения, может, сначала поговорите дома? Не надо при всех.
На несколько секунд Ксения потеряла голос. В зале сидели люди, которых Максим годами убеждал в своей порядочности. Теперь он говорил уверенно, а она держала папку и не могла заставить пальцы разжаться.
Жанна воспользовалась паузой.
— Она ревновала ещё до свадьбы. Проверяла телефон, спрашивала, где Максим. Я терпела ради дружбы.
Ксения посмотрела на отца. Он не двинулся с места. Они заранее договорились, что он вмешается только при прямой угрозе.
Она положила папку на стол и достала телефон.
— Тогда начнём не с переписки. Начнём с банка.
На экран вывели ответ кредитной организации. Заявку на девятьсот тысяч рублей подали с планшета, подключённого к аккаунту Максима. В анкете стоял его номер.
— Это мог сделать кто угодно, — сказал Максим.
— Поэтому я запросила журнал входов. Устройство зарегистрировано на тебя. Время совпадает с твоим домашним подключением.
Улыбка исчезла с его лица.
Ксения показала заявку на электронную подпись, проект договора и подтверждение записи у нотариуса.
— Я не давала согласия ни на один из этих шагов.
— Я готовил документы, чтобы сэкономить время, — ответил Максим. — Хотел сделать всё для семьи.
— Теперь включайте кладовую, — сказала Ксения.
Аркадий Николаевич запустил оригинальный файл.
Когда на экране Максим поцеловал Жанну, его мать опустилась на стул. Никто больше не предлагал поговорить дома.
Разговор о квартире прозвучал без помех. Потом Жанна назвала сумму долга и напомнила Максиму о деньгах, взятых у матери.
Людмила Павловна подняла голову.
— Восемьсот тысяч на мастерскую?
Максим шагнул к ноутбуку, но Ксения закрыла крышку только после окончания записи.
— Мама, я верну.
— Мастерской нет?
Он не ответил.
Жанна схватила сумку.
— Я ухожу.
— Подожди, — сказал Максим. — Это ты нашла нотариуса и покупателя.
Она остановилась у двери.
— А ты нашёл Ксению. Не сваливай всё на меня.
Они заговорили одновременно. Максим требовал вернуть деньги, Жанна напоминала, что половину уже отдала кредиторам. При гостях они спорили не о Ксении и не о любви. Их интересовало, кто останется с долгами.
Ксения сложила документы и посмотрела на Максима.
— Завтра я подаю заявление на развод. Доступ к квартире и моим кабинетам закрыт. Кредитную заявку проверяет банк. Копии документов переданы юристу.
— Ты разрушила мне жизнь, — произнёс он.
— Нет. Я остановила то, что ты делал с моей.
Максим смял край скатерти.
— Ты ещё пожалеешь. Я оплачивал ремонт, покупал мебель и имею право жить в квартире до суда.
— Ремонт сделан до нашего знакомства. Чеки на мебель у меня. Зарегистрирован ты по другому адресу.
— Я всё равно не уйду, — сказал Максим.
Ксения достала из папки акт приёма вещей. Утром она сфотографировала всё имущество Максима и сложила его инструменты в коробки. Дома оставались её родители и мастер по замкам, которого она попросила прийти к девяти.
— Твои вещи собраны при свидетелях. Заберёшь их сегодня. После этого замок заменят.
Максим посмотрел на часы. Его уверенность вернулась.
— Значит, пока мы здесь, твой отец копается в моих вещах?
— Нет. Камера в прихожей пишет с утра. Запись получишь вместе с коробками.
Он понял, что нового обвинения не получится.
Гости начали расходиться. Людмила Павловна подошла к Ксении и положила на стол нераспакованный подарок.
— Я не знала про деньги и квартиру.
— Знаю.
— Можно я поеду с вами? Хочу сама услышать, что он скажет.
— Поезжайте, если вам нужно.
Максим добрался до дома раньше. Когда Ксения поднялась на этаж, он стоял у двери и набирал код на панели нового замка. Старый ключ лежал на полу.
— Открой, — потребовал он. — Мне нужны документы из спальни.
Мастер по замкам находился внутри вместе с отцом Ксении. Дверь открыла мать.
В прихожей стояли четыре подписанные коробки и дорожная сумка. На комоде лежал акт с перечнем вещей.
Максим бросил взгляд на камеру под потолком.
— Устроила из квартиры склад улик?
— Проверь коробки и распишись, что забрал имущество.
— Ничего подписывать не буду.
— Тогда отец снимет, как ты получаешь каждую коробку. Выбирай.
Он проверял вещи почти сорок минут. Несколько раз утверждал, что не хватает инструмента, но находил его в соседнем отделении. Людмила Павловна молча держала пакет с постельным бельём.
Когда последняя коробка оказалась на лестничной площадке, Максим отсоединил старый ключ от связки и швырнул на коврик.
— Это ещё не конец.
— Для этой двери конец.
Ксения закрыла замок.
Утром она спустилась к почтовым ящикам. Свежая табличка «Ксения и Максим Лавровы» держалась на двух полосках клея. Ксения поддела край ключом и сняла её.
Под ней осталась выцветшая надпись, сделанная тётей много лет назад.
«К. А. Соколова».
Ксения провела пальцем по буквам, убрала снятую табличку в карман и поднялась домой.
*** Дед годами ждал квартиру от завода, а внук получил ключи почти сразу. Казалось бы, кому повезло больше — очевидно.
Родственники сели на шею матери