«Купи моим новый котёл, ты же премию получила», — сказал муж. Я спросила, куда делась его премия — он сменил тему

Вечер, когда мою премию уже потратили

Сергей перевернул листок на холодильнике чистой стороной наружу и написал поверх него крупно: «КОТЁЛ — 110 000». С другой стороны была модель ноутбука, которую мы с Катей выбирали три недели. Я увидела её название, проступившее сквозь тонкую бумагу, и спросила, зачем он это сделал.

— Чтобы не забыть сумму. Отец сегодня звонил, узнавал, как мы решили.

На плите остывала гречка. Я только вернулась со склада после инвентаризации, ноги гудели. На телефон как раз пришло сообщение из банка: перечислена годовая премия — девяносто шесть тысяч четыреста рублей. Сергей заметил сумму на экране, когда я положила телефон рядом с тарелкой. Он знал, что деньги должны прийти на днях.

— Купи моим новый котёл, ты же премию получила, — сказал он так, будто просил прихватить хлеб по дороге домой.

Я не возражала против нового котла. В доме его родителей отопление работало с перебоями, зимой Иван Петрович по два раза за ночь вставал проверить, всё ли в порядке. Мы ещё летом говорили, что нужно вызвать специалистов и узнать цену. Но разговаривали именно о том, что узнаем цену и вместе решим, сколько можем дать.

— А твоя премия где? — спросила я. — Тебе же в прошлом месяце сто тридцать две тысячи начислили.

Он открыл шкафчик, притворился, что ищет чашку, и спросил:

— Катя во сколько завтра заканчивает? Сможешь её забрать?

— Серёж, я про деньги спросила.

— Вечно ты начинаешь с подсчётов. Родителям котёл нужен, а не новая мебель.

Он даже не посмотрел на листок, который перевернул. Ноутбук для дочери был не прихотью. Катя поступила в техникум на специальность, где задания делали в программах, не запускавшихся на нашем старом компьютере. Старый ноутбук иной раз по десять минут открывал обычный документ. Дочь экономила на обедах, чтобы накопить хотя бы на мышку и сумку, а я пообещала купить сам ноутбук после премии.

— Мы можем помочь твоим, — сказала я. — Давай сначала поймём, сколько стоит котёл с заменой. И куда делись твои деньги.

Сергей взял телефон со стола.

— Сейчас не время. Я с утра за рулём. И вообще, Катя скоро придёт.

Я не хотела спорить при дочери, но и забыть вопрос уже не могла. Сергей спокойно собирался потратить деньги, которые я ещё утром предназначала на обещанную Кате покупку.

Что Сергей успел пообещать

На следующее утро свекровь позвонила мне прямо в автобус.

— Надя, доброе утро. Сергей сказал, премию тебе перевели. Нам теперь надо мастера вызывать? Ты на какую дату деньги сможешь дать?

Я смотрела в запотевшее окно автобуса. За ночь решение, которого мы не приняли, успело стать для неё твёрдым обещанием.

— Я не говорила, что оплачу котёл. Мы ещё даже смету не видели.

— Так Серёжа сказал, что договорились. Мы бы и сами потянули, только у отца сейчас все отложенное на зубы ушло. Ты не подумай, мы не каждый год просим.

Иван Петрович редко просил помощи, и я знала: дело не выдуманное. Но почему свекровь считала всё решённым, мне было непонятно.

— Я поговорю с Сергеем, — ответила я. — Пока ничего не заказывайте на наши деньги.

На работе я вспомнила, куда уходили мои дополнительные деньги. Из отпускных меняли трубы на кухне, премию за ревизию отдали на ремонт Сергеевой машины. Это были нужные расходы, и я на них соглашалась.

А вот его дополнительные заработки нередко исчезали без разговоров. Я не требовала отчёта за каждую тысячу; мне хотелось только вместе решать, что делать с крупными суммами.

Вечером я предложила конкретно: из премии можем выделить двадцать тысяч, если котёл действительно пора менять, а остальное сложим из общих накоплений и того, что он отложил. Сергей на секунду оживился, услышав сумму, потом покачал головой.

— Двадцать? Ты смеёшься? Родители рассчитывают на нас.

— На нас или на меня?

Он резко задвинул ящик стола, в котором искал автомобильные документы. Катя сидела за стеной, готовилась к занятиям, и он понизил голос.

— Ты хочешь, чтобы я перед отцом с протянутой рукой стоял? Я ему сказал, что решим вопрос. Не подводи меня.

— Тогда объясни, почему именно моя премия должна закрыть твоё обещание.

Вместо ответа Сергей предложил в субботу съездить к родителям и на месте всё обсудить. Я согласилась. Мне хотелось услышать от Ивана Петровича, что на самом деле с котлом, а не спорить о нём по телефону.

Пока мы спорили, Катя молчала

В пятницу Катя принесла из техникума старый ноутбук. Крышка держалась в одном положении: стоило открыть чуть шире, экран гас. Дочь показала задание, которое не могла закончить дома.

— У них компьютеры свободны до шести. Только мне тогда домой придётся позже ездить, — объяснила она. — Не ругайтесь из-за моего нового. Я могу подождать.

Она знала о нашем споре, хотя мы старались не говорить при ней. Сергей попытался поправить крышку, но Катя остановила его: компьютер уже носили в мастерскую, ремонт обещали дорогой и ненадёжный.

— Я тебе ноутбук обещала, — сказала я Кате. — На этой неделе выберем окончательно.

Сергей промолчал, но после ужина вышел за мной на балкон.

— Ты нарочно при ней сказала? Чтобы я выглядел плохим отцом?

Я убирала с верёвки высохшие полотенца и от неожиданности не сразу ответила.

— Она сама принесла компьютер. Я не собираюсь делать вид, что не слышу её просьбу.

— Я тоже хочу ей помочь. Только у моих отопление, а у Кати хоть как-то работает.

— Старый котёл тоже пока работает. Мы будем решать, что покупать, по очереди и по деньгам. Но не только за мой счёт.

Сергей ушёл, а я продолжала снимать бельё. Я помнила, каким заботливым отцом он был, как после тяжёлого рейса играл с маленькой Катей. Его желание помочь своим родителям тоже было настоящим. Но теперь эту помощь он почему-то планировал за мой счёт.

Я перевела семьдесят две тысячи на отдельный счёт для ноутбука. Остальное оставила на карте. В субботу мы должны были ехать к свёкрам; я собиралась выяснить, сколько действительно стоит замена, прежде чем обещать деньги.

Утром Сергей вызвался подвезти нас с Катей до магазина, где мы решили посмотреть ноутбуки. Говорил с дочерью как обычно, и мне показалось, что дома ещё можно спокойно договориться.

Вопрос за родительским столом

У свёкров пахло пирожками и свежей краской: Иван Петрович подновил подоконник. Он показал заключение специалиста. Котёл ещё работал, но был старым; откладывать замену на другую зиму не советовали. Предварительно котёл с работами оценили примерно в сто десять тысяч.

— Я бы часть сам добавил, — сказал свёкор, — только пока не из чего. Серёга обещал помочь, я потому и сказал матери узнавать про замену. Если сейчас не потянем, будем думать.

Сергей не дал мне ответить.

— Потянем. Наде деньги дали, я же говорил. Чего тянуть до морозов?

Я раскрыла блокнот с ближайшими расходами: платежи за квартиру, занятия Кати, осенняя практика. Лидия Степановна заметила записи.

— У нас тут не ревизия, Надя. Нам бы зимой не мёрзнуть.

— Я не отказываюсь помогать, — сказала я. — Но Сергей получил премию раньше меня. Я до сих пор не знаю, куда она ушла.

Муж усмехнулся так, словно мы завели при гостях неприличную тему.

— Ну всё, опять началось. Давай не сейчас.

Иван Петрович придвинул Сергею тарелку с пирожками и вдруг спросил:

— А мотор-то новый когда на лодку поставишь? Ты ж говорил, на этих выходных испытаешь. В гараже его держишь?

Сергей торопливо взял пирожок. Свекровь удивилась, почему отец вспомнил про рыбалку именно теперь. А я спросила у мужа, о каком моторе речь. Он посмотрел на отца так, будто тот нарушил какую-то договорённость.

— Да купил я мотор. Давно собирался. Подвернулся подходящий.

Иван Петрович собирался объяснить, как они с сыном выбирали мотор для лодки, но я перебила:

— Сколько он стоил?

— Сто двадцать шесть с половиной. Остальное на мелочи ушло, — проговорил Сергей. — Надя, не надо вот этого при родителях.

Сергеева премия была сто тридцать две тысячи. Мотор стоил почти столько же, и теперь муж предлагал мне отказаться от покупки для дочери, чтобы помочь его родителям.

— Ты же знал, что отец просил помочь с отоплением, — сказала я. — И знал про Катин компьютер. Почему сначала купил мотор, а потом пообещал родителям мои деньги?

Сергей открыл рот, но ответила Лидия Степановна:

— Он нам говорил, что ты не против. Сказал, сама предложила из премии. Я потому и мастерам уже звонила.

Она произнесла это без привычной уверенности. Иван Петрович медленно сложил лист со сметой пополам и убрал в карман рубашки.

— Серёжа, — спросил он, — ты мне обещал свои деньги или Надины?

— Мы семья. Какая разница, с какой карты?

— Разница есть, если ты с человеком не договорился. Я в чужой карман не заглядывал.

Я хотела припомнить ему прежние траты, но Катя сидела рядом, вцепившись в край скатерти. Я убрала блокнот.

— Лидия Степановна, котёл мы без внимания не оставим. Но сегодня денег я не переведу. Сначала Сергей решит, что делать со своей покупкой, и мы посчитаем, сколько сможем дать, не отнимая у Кати необходимое.

Сергей вышел во двор, хлопнув дверью. Свекровь попыталась извиниться за неловкость, а Иван Петрович остался за столом. Он сказал, что просил сына помочь и не предполагал, что речь идёт о моих деньгах.

Неделя, которую нельзя было отменить

Всю обратную дорогу Сергей молчал. У подъезда он наконец сказал, что я выставила его перед отцом жадным сыном. Катя поспешила в дом, и мы остались в машине вдвоём.

— Я четыре раза спрашивала тебя дома, куда ушла премия. Ты переводил разговор на Катю, на работу, на то, что я мелочная. Что ещё мне нужно было сделать?

Сергей признался: он боялся, что, узнав о моторе, я предложу купить вместо него котёл. Мотор был его давней мечтой — хотелось снова ездить с отцом на рыбалку. Он решил, что впервые заработал достаточно для такой покупки.

— Так и скажи, что купил для себя, — ответила я. — У тебя есть на это право. Но почему ты решил, что я обязана отказаться от своего плана? Ты хоть спросил, сколько стоит то, что нужно дочери?

— Я думал, потом соберу. За пару месяцев.

— А родителям ты обещал сейчас.

Следующие дни мы говорили только о делах. Я оплатила счета, а с Катей купила ноутбук за семьдесят одну тысячу восемьсот рублей. Дочь спрашивала, не будет ли бабушке холодно, если мы потратились. Я объяснила: котёл надо менять, и взрослые найдут для этого деньги.

В среду Иван Петрович позвонил и сообщил, что пока ничего не заказывает. Я снова предложила свои двадцать тысяч, если потребуется аванс, но он отказался.

— У нас отопление есть, Надюш. Мастер сказал, менять надо, но беды сегодня не случилось. Я с Серёгой сам поговорю. Он обещал — пусть слово держит. Только ты на него отца не натравливала, не думай.

В четверг Сергей вернулся с работы рано и показал объявление о продаже мотора на телефоне.

— Выставил вчера. Пока один человек предлагает девяносто тысяч. Я за столько не отдам.

— Не отдавай. Решай сам, — сказала я. — Только с котлом не затягивай.

Он надеялся выручить больше, но через два дня согласился на сто восемь тысяч. Покупатель забрал мотор из гаража, а Сергей добавил к полученной сумме недостающие две тысячи из зарплаты.

Вместе с отцом он согласовал замену со специализированной организацией и оплатил счёт. На работе мне пришло сообщение: «За котёл рассчитался. Установка в четверг». Я прочитала и вернулась к накладным.

После разговора остались обычные дела

В четверг специалисты закончили замену и проверили оборудование. Иван Петрович весь вечер звонил сыну, уточняя, как пользоваться новым котлом. Сергей ворчал, но подробно объяснял.

После ужина Катя показала отцу сделанное на новом ноутбуке задание и попросила помочь распечатать чертёж. Он сел рядом, долго рассматривал экран и наконец согласился: на старом компьютере она бы с этим провозилась до ночи.

Позже Сергей положил передо мной листок с семейными расходами. Он дописал свои суммы на бензин, продукты и обязательные платежи, предложил каждый месяц откладывать немного на непредвиденное. На рыбалку отвёл отдельную строчку.

— Я больше не буду обещать за тебя, — сказал он, не глядя на меня. — С мотором вышло глупо. Думал, сам разберусь, а получилось, что тебе оставил разбираться.

Мы ещё спорили о бензине и об общих накоплениях. Один проданный мотор не мог всё исправить. Но Сергей на этот раз не повторил, что дома нечего заниматься бухгалтерией: принёс калькулятор и сел считать рядом.

В субботу Лидия Степановна позвонила сказать, что в доме тепло. Потом спросила, понравился ли Кате ноутбук, и попросила передать ей привет.

Сергей собирался в магазин и спросил из прихожей, что купить. Я попросила хлеб, молоко и стиральный порошок. Вернувшись, он положил чек возле листка с расходами, и мы вместе занесли сумму в тетрадь.