Восьмого августа, около половины девятого утра, мне позвонила свекровь и с заметным недовольством спросила, почему ей до сих пор ничего не пришло.
Я в это время собиралась на работу, закрывала контейнер с обедом и сначала решила, что Людмила Петровна перепутала меня с Андреем. Муж время от времени переводил ей деньги на продукты или лекарства от обычных возрастных недомоганий, но я к этим переводам отношения не имела.
— Наташа, ты не забыла? — продолжила она, когда я переспросила. — Сегодня же восьмое. Я уже два раза приложение банка открывала.
— А что должно прийти?
После небольшой паузы свекровь ответила так, будто удивилась уже моему вопросу:
— Деньги за квартиру. Андрей сказал, что с августа вы будете переводить их мне.
Тут я наконец поняла, почему она назвала именно восьмое число. В этот день мне обычно платили жильцы.
Только о новом получателе этих денег я слышала впервые.
Квартиру я купила ещё до знакомства с Андреем
Однокомнатная квартира в Туле появилась у меня за четыре года до свадьбы. Я несколько лет жила там сама, а после брака переехала к Андрею. Продавать своё жильё не хотелось, поэтому сначала квартира почти год стояла пустой, а потом я начала её сдавать.
Последние два года там жила одна и та же семейная пара. Договор найма был заключён со мной как с собственницей, платёж установили на восьмое число каждого месяца — 29 тысяч рублей, отдельно жильцы оплачивали расход по счётчикам.
Я зарегистрировалась как самозанятая, поэтому после каждого перевода отмечала полученную сумму в приложении «Мой налог» и отправляла нанимательнице чек. Ничего сложного: пришли деньги, сформировала чек, переслала его и до следующего месяца об этом не думала.
Андрей весь этот порядок прекрасно знал. Более того, именно он несколько раз напоминал мне проверить перевод, когда восьмое число выпадало на выходной и я забывала посмотреть банковское приложение.
Поэтому случайно назвать матери и сумму, и день оплаты он никак не мог.
— Людмила Петровна, а Андрей когда вам это сказал? — спросила я.
— Недели две назад. Он приезжал ко мне, мы разговаривали. Сказал, что теперь будет проще, потому что каждый месяц у меня появится ещё двадцать девять тысяч.
Свекровь говорила совершенно спокойно. Для неё вопрос уже был решён.
— Он сказал, что сам будет переводить?
— Нет, что ты будешь, когда жильцы заплатят. Наташ, я уже расходы рассчитала. Если вы передумали, можно было хотя бы предупредить.
Особенно меня поразило это «вы передумали». Получалось, будто решение когда-то принимали мы вдвоём, а теперь я внезапно решила его нарушить.
Я ответила, что ничего ей не обещала и сначала поговорю с мужем.
К обеду стало понятно, насколько всё было продумано
В 13:12 пришло уведомление из банка: нанимательница перевела 29 тысяч рублей.
Следом появилось её обычное сообщение о том, что платёж за август отправлен. Я открыла «Мой налог», сформировала чек, переслала его и вернулась к работе.
Минут через десять позвонил Андрей.
Он не стал ходить вокруг да около и сразу спросил:
— За квартиру уже заплатили?
— Да.
— Тогда маме переведи, пожалуйста. Я ей обещал, что сегодня деньги будут.
Он говорил так буднично, будто просил меня по дороге домой купить хлеб.
— Андрей, почему твоя мама утром рассказывает мне, что я теперь должна каждый месяц переводить ей двадцать девять тысяч?
В трубке ненадолго стало тихо. Потом муж ответил, что хотел поговорить со мной позже, просто матери деньги сейчас нужнее, а квартира всё равно сдаётся и никаких дополнительных усилий от нас не требует.
— Ты сначала пообещал ей деньги, а поговорить со мной собирался потом?
— Наташ, ну не начинай. Мы же всё равно ей помогаем. Какая разница, пять тысяч переводить, десять или эти двадцать девять? Зато вопрос сразу закрывается.
Вот здесь разница как раз была очень заметна.
Мы действительно помогали Людмиле Петровне, но никогда не назначали ей постоянную выплату размером почти в тридцать тысяч. Тем более один из нас никогда не принимал такое решение за другого.
— Хорошо, — сказала я. — Ты пообещал маме двадцать девять тысяч. Переведи ей их сегодня сам.
Андрей сразу заговорил уже другим тоном. Напомнил про платёж за машину, про расходы на бензин и про то, что осенью придётся покупать новые шины.
— Я не могу сейчас просто взять и вынуть такую сумму из зарплаты.
— Но из денег, которые только что пришли за моей квартирой, почему-то можно.
— Квартира ведь всё равно стоит и приносит доход. Я думал, тебе не принципиально.
Тогда я спросила, почему он не проверил свою догадку до того, как что-то обещать.
Ответ оказался почти честным:
— Потому что ты бы начала обсуждать, сколько переводить и на сколько месяцев.
— Конечно начала бы. Это называется договориться.
После этого мы оба замолчали, потому что добавить было особенно нечего.
Вечером выяснилась ещё одна подробность
Когда Андрей вернулся домой, разговор продолжился уже на кухне. Он поставил телефон на стол, налил себе чай и несколько минут пытался объяснить, что ничего страшного не произошло.
По его словам, у матери выросли обычные расходы, ей постоянно приходится экономить, а наши 29 тысяч якобы погоды не делают.
Я достала из холодильника приготовленный утром ужин, поставила контейнер на стол и спросила:
— Ты ей на август пообещал или теперь каждый месяц?
Андрей отвёл взгляд к окну.
— Пока квартира сдаётся.
То есть речь шла уже не о разовой помощи. Муж решил, что все следующие платежи жильцов можно заранее включить в бюджет его матери.
— А меня когда собирался поставить в известность?
— Я же говорю, хотел сегодня.
— После перевода?
Он ничего не ответил.
В этот момент на его телефоне высветился входящий вызов от матери. Андрей посмотрел на экран, но брать трубку не стал. Через минуту сообщение пришло уже мне.
Людмила Петровна спрашивала, будет ли сегодня перевод, потому что деньги ей нужны.
Я ответила без объяснений: «Мы с Андреем такую сумму ежемесячно не согласовывали. Сегодня перевода от меня не будет».
Она тут же позвонила.
— Наташа, но сын мне обещал. Я рассчитывала на эти деньги.
— Понимаю. Только обещал вам Андрей, не я.
— Вы же муж и жена. Какая разница, от кого перевод?
— Тогда Андрей сам вам и переведёт столько, сколько обещал.
Свекровь недовольно сказала, что я ставлю её сына в неудобное положение, после чего закончила разговор.
Андрей всё слышал, потому что сидел напротив.
— Можно было мягче, — произнёс он.
— Можно было сначала поговорить со мной.
На этот раз спорить он не стал.
Двадцать девять тысяч вдруг оказались серьёзными деньгами
Минут через двадцать Андрей открыл банковское приложение и перевёл матери восемь тысяч рублей.
Я сидела рядом и ничего не говорила. Любопытно было другое: утром почти тридцать тысяч из поступления за квартиру казались ему небольшой суммой, которой можно легко распорядиться, а когда платить пришлось из денег на его счёте, размер помощи быстро изменился.
На следующий день Андрей сам сказал матери, что постоянного перевода в 29 тысяч не будет. Что именно они обсуждали, я не спрашивала.
Через месяц, восьмого сентября, нанимательница снова перечислила плату по договору. Я, как обычно, сформировала чек и отправила ей.
Телефон в тот день несколько раз лежал рядом со мной на столе.
Людмила Петровна больше не звонила и перевод не спрашивала.
Родня мужа приезжала к нам каждые выходные,на все готовое.Но в этот раз я ни чего не приготовила, сказала им,что теперь мы едим у них.