— Жень, а у нас в холодильнике теперь продуктовый склад или я что-то пропустила?
Ксения держала дверцу холодильника и смотрела на две нижние полки, плотно забитые пакетами с фаршем и капустой.
Было половина девятого утра, суббота. За окном стоял серый сентябрьский день: ночью прошёл дождь, газон блестел от воды, а на деревянных ступенях террасы прилипли жёлтые листья.
Евгений в прихожей зашнуровывал ботинки.
— А, это мама вчера привезла часть продуктов.
Ксения закрыла холодильник и только теперь заметила остальное.
На кухонном столе стояли четыре упаковки риса, сетка моркови, несколько луковиц и такая большая кастрюля, что Ксения была уверена: вчера утром её в доме точно не существовало.
— Для чего?
— Мама сегодня хотела родственников собрать.
Ксения повернулась к мужу.
— Каких родственников?
Евгений уже натягивал куртку.
— Ну своих. Там Лидия Сергеевна приехала.
— Кто?
— Мамина двоюродная сестра. Из Тюмени. Они лет десять не виделись.
— И при чём здесь наш холодильник?
Он наконец заметил, что разговор требует большего внимания, чем собирался ему уделить.
— Мам решила у нас посидеть.
— Когда решила?
— Вчера.
— А мне когда собирались сказать?
Евгений взял ключи от машины.
— Я думал, она тебе позвонит.
— Она звонила. Сказала, что утром заедет.
— Ну вот.
Ксения посмотрела на кастрюлю.
— Это не «ну вот». Она сказала, что заедет. Не сказала, что устроит здесь праздник.
— Да какой праздник? Родственники посидят, пообщаются.
— Сколько человек?
Евгений пожал плечами.
— Не знаю точно.
— Пять?
— Побольше.
— Десять?
Муж уже открыл входную дверь.
— Мам придёт — спросишь.
И сразу добавил:
— Я поеду, Серёге обещал помочь с машиной. Вернусь часа в три.
Ксения медленно кивнула.
Теперь начинало становиться понятно, почему Евгений относился к семейному сборищу с таким спокойствием.
— Очень удобно.
— Что?
— Ничего. Езжай.
Он поцеловал её в щёку и вышел.
Через несколько секунд во дворе завёлся двигатель.
Ксения осталась посреди кухни.
Дом они купили четыре года назад. Не огромный, но просторный: большая кухня-гостиная, три комнаты наверху, кабинет, терраса и небольшой участок. Летом здесь действительно удобно было собираться компанией.
Но за всё время Ксения ни разу не приглашала тридцать человек без согласования с Евгением.
Она вообще с трудом представляла, как такое можно считать нормальным.
Через двадцать минут у ворот остановилось такси.
Алевтина Павловна вошла с двумя тяжёлыми сумками.
— Ксюш, открой холодильник, я мясо уберу. Хотя нет, уже смысла нет, скоро всё равно готовить.
Она поставила пакеты на стол и начала выкладывать продукты.
Ещё одна капуста.
Зелень.
Огурцы.
Помидоры.
Сыр.
Майонез.
Яйца.
Ксения прислонилась бедром к столешнице.
— Алевтина Павловна, сколько сегодня будет человек?
— Около тридцати.
Ксения решила, что ослышалась.
— Сколько?
— Ну двадцать восемь точно. Может, Володя с женой не смогут, тогда двадцать шесть.
Свекровь уже открывала шкафчики.
— Где у тебя большие миски?
— Стоп.
Алевтина Павловна обернулась.
— Что?
— Тридцать человек собираются здесь?
— Ну конечно.
— Сегодня?
— К четырём.
Ксения посмотрела на часы.
Было без двадцати девять.
— А почему я узнаю об этом сейчас?
— Женя что, не сказал?
— Сказал пять минут назад перед тем, как уехать.
Свекровь махнула рукой.
— Мужчины. Им всё по сто раз надо напоминать.
Ксения не оценила попытку превратить происходящее в обычную семейную путаницу.
— А вы мне почему не сказали?
— Я же вчера звонила.
— Вы сказали: «Я завтра утром заеду».
— Ну вот я и заехала.
Алевтина Павловна снова занялась продуктами.
— Давай сразу капусту ставить. Нам надо хотя бы сто пятьдесят голубцов.
На этот раз Ксения даже не сразу нашлась с ответом.
— Сто пятьдесят?
— Ну конечно. По пять штук на человека — это если все хорошо поедят. Плюс горячее, салаты, закуски.
— Какое горячее?
— Я ещё думаю. Можно мясо запечь. Ты голубцами займись, а я пока закуски начну.
Ксения смотрела на неё и пыталась определить момент, когда всё это перестало быть чужой шуткой и превратилось в план на её субботу.
Алевтина Павловна достала разделочную доску.
— Лида у нас всего на неделю. Представляешь, почти десять лет не приезжала. Я сказала всем, что наконец соберёмся нормально, а не по три человека где-нибудь в кафе.
— И адрес дали наш?
— А где ещё? У вас же дом.
— У вас квартира.
— Двушка.
— Там тоже можно встречаться.
Свекровь посмотрела на неё с искренним недоумением.
— Тридцать человек в двухкомнатной квартире?
— Вот и я думаю, что тридцать человек требуют некоторой подготовки.
Алевтина Павловна уже включала воду.
— Поэтому я и приехала утром.
Ксения коротко рассмеялась.
Для свекрови вопрос был закрыт.
Собственная квартира для мероприятия не подходила, потому что тесная. А дом сына и невестки автоматически подходил, потому что просторный.
То, что владельцев стоило спросить, в расчёт почему-то не вошло.
Сам дом был совместным, и Ксения никогда не пыталась доказывать Евгению, что имеет на него больше прав.
Четыре года назад она продала однокомнатную квартиру, купленную ещё до брака, и большую часть этих денег внесла в первоначальный взнос за дом. Евгений вложил свои накопления и потом вместе с ней платил ипотеку.
Они оба выбирали участок.
Оба спорили насчёт планировки.
Оба заказывали кухню.
Оба таскали коробки в первые дни после переезда.
Ксения не делила комнаты на «свои» и «мужнины».
Но общее жильё означало, что решения принимают двое хозяев.
Не мать одного из них.
Телефон на столе завибрировал.
Евгений.
«Доехал. Серёга уже разобрал полмашины. Буду к трём».
Ксения посмотрела на сообщение и невольно усмехнулась.
Конечно.
Пока дома требовалось сделать сто пятьдесят голубцов, у Серёги внезапно обнаружилась крайне срочная машина.
— Алевтина Павловна, Женя вчера знал, сколько будет людей?
— Наверное.
— Вы ему сказали?
— Конечно. Я ещё спросила, хватит ли места на террасе, если погода нормальная.
Теперь сомнений не осталось.
Евгений не просто что-то недопонял.
Он прекрасно представлял масштаб.
И очень удачно нашёл занятие вне дома.
Алевтина Павловна протянула Ксении кочан.
— Давай листья снимай, пока вода греется.
Ксения могла отказаться сразу.
Нужно было отказаться сразу.
Но её остановила мысль, что через несколько часов к дому действительно приедут люди, которые, скорее всего, ни о чём не подозревают.
Она не хотела встречать родственников пустым столом только для того, чтобы преподать урок свекрови и мужу.
— Хорошо, — сказала она. — Но готовим вместе.
— Конечно.
Первые полчаса это даже напоминало совместную работу.
Ксения поставила капусту, промыла рис, разобрала мясо. Алевтина Павловна чистила овощи и складывала продукты для салатов.
Выяснилось, что пятнадцать гостей собираются приехать на машинах, поэтому свекровь попросила не занимать место возле ворот.
Потом позвонила какая-то Тамара.
Алевтина Павловна вытерла руки и ответила.
— Да, Тамарочка. К четырём. Нет, ничего не надо, всё будет. Да какой стол, мы с Ксюшей всё приготовим.
Ксения подняла голову.
Свекровь улыбнулась ей и ушла с телефоном к окну.
Через пять минут последовал другой звонок.
Потом ещё один.
Алевтина Павловна начала выяснять, кто заберёт Лидию Сергеевну, кому оставить место во дворе и у кого ребёнок не ест капусту.
Ксения продолжала работать.
Капустные листья разложила на столе.
Рис отварила до полуготовности.
Фарш переложила в большую миску.
К половине одиннадцатого кухня выглядела так, будто в ней работала небольшая столовая.
— Алевтина Павловна, морковь нарежете?
— Сейчас, сейчас.
Свекровь сидела у окна с телефоном.
— Я Нине перезвоню, она не понимает, куда сворачивать от шоссе.
Ксения сама взялась за морковь.
Минут через двадцать спросила:
— Лук кто будет делать?
— Ксюша, ну ты быстрее нарежешь. У меня глаза от него слезятся.
Ксения промолчала.
К одиннадцати Алевтина Павловна успела открыть упаковки с сыром, помыть огурцы и переставить на стол две тарелки.
Всё остальное постепенно оказалось в руках невестки.
Телефон свекрови не замолкал.
— Да, Витенька, ворота серые. Нет, навигатор правильно ведёт.
Через несколько минут:
— Леночка, детям можно во двор, там места много.
Потом:
— Ничего не покупайте, я всё организовала.
Последняя фраза особенно понравилась Ксении.
Она посмотрела на миску с начинкой, потом на Алевтину Павловну.
Организатор сидел в кресле у окна и записывал, кто во сколько приедет.
Ксения начала заворачивать голубцы.
Первый.
Второй.
Третий.
На двадцатом стало ясно, что сто пятьдесят штук за оставшиеся часы не появятся даже при очень сильной вере в семейные традиции.
Алевтина Павловна наконец отложила телефон и подошла.
— Сколько?
— Двадцать восемь.
— Всего?
Ксения остановилась.
— Всего.
Свекровь посмотрела на часы.
— Ксюша, такими темпами мы к четырём вообще не успеем.
Она сказала это с раздражением.
Не с шуткой.
Не с пониманием, что сама почти час разговаривала по телефону.
А именно с недовольством результатом чужой работы.
Ксения посмотрела на кухню.
На разделочные доски.
На кастрюли.
На капустные листья.
На фарш.
На рис.
На гору продуктов, которые ещё требовалось приготовить.
Потом сняла одноразовую перчатку.
— А сколько должны были успеть?
Алевтина Павловна не заметила тона.
— Ну половину уже точно. Я думала, ты побыстрее их делаешь.
— А вы сколько сделали?
Свекровь нахмурилась.
— Я вообще-то всем занимаюсь.
— Чем?
— Организацией.
Ксения вытерла руки.
— Понятно.
— Не начинай, пожалуйста. Сейчас не время выяснять, кто что сделал.
— Согласна.
Ксения выключила конфорку.
Сняла фартук.
Сложила его на край стола.
Алевтина Павловна замерла.
— Ты куда?
— Я закончила.
— В смысле?
— В прямом.
— А голубцы?
— Вот продукты. Вот кухня.
— Ксения, сейчас двенадцать часов.
— Я вижу.
— Люди придут через четыре часа.
— Вы их пригласили.
Свекровь уставилась на неё.
Ксения говорила спокойно. Именно поэтому каждое слово звучало отчётливо.
— Я об этом застолье узнала утром. Гостей не приглашала. Меню не составляла. Сто пятьдесят голубцов никому не обещала.
— Господи, тебя же никто не заставляет ресторан обслуживать.
— Правда?
— Ты всё равно дома. Продукты куплены. Накормить родню мужа один раз можно без этих подсчётов.
Ксения чуть склонила голову.
— Каких подсчётов?
— Кто сколько нарезал, кто кому что должен. Я в твоём возрасте за утро половину бы уже закончила.
Вот теперь всё окончательно стало просто.
Ксения взяла телефон со столешницы и положила его рядом со свекровью.
— Тогда звоните тем, кого пригласили, и собирайте помощников. Сто пятьдесят голубцов для вашей родни сами и крутите. Адрес вы дали сами, меню придумали сами — дальше тоже справитесь.
Алевтина Павловна вспыхнула.
— А ты что собираешься делать?
— То, что планировала на субботу до сегодняшнего утра.
— Хорошая хозяйка так гостей не встречает.
— Хорошая хозяйка сначала знает, что у неё будут гости.
Ксения вышла из кухни.
Не хлопнула дверью.
Не стала ждать следующей реплики.
Поднялась наверх, умылась, переоделась в домашние брюки и забрала из кабинета ноутбук.
Внизу через несколько минут раздался голос Алевтины Павловны.
Она уже звонила кому-то.
— Люд, приезжай пораньше. Нет, ничего не случилось. Просто помочь надо.
Ксения закрыла дверь кабинета.
После этого позвонила мужу.
Евгений ответил почти сразу. На заднем плане звякнул металл.
— Да?
— Жень, твоя мать теперь сама занимается своим застольем.
— А что случилось?
— Ничего. Я просто вышла из проекта, о котором узнала сегодня утром.
— Ксень…
— У вас тридцать гостей, сто пятьдесят голубцов и очень удобная вера в то, что я всё приготовлю.
Евгений замолчал.
— Мам что-то сказала?
— Она сказала достаточно.
— Ну не надо сейчас конфликт устраивать. Люди уже собираются.
— Я никакого конфликта не устраиваю. Гости ваши. Дом наш. Я никого не выгоняю. Но работать поваром весь день не буду.
— Я приеду.
— К четырём?
— Постараюсь раньше.
— Вот и помогай.
— Ксень, Серёга реально попросил…
— Женя, я не обсуждаю Серёгу. Ты вчера согласился на тридцать человек. Значит, сегодня участвуешь.
— Я не думал, что мама столько готовки затеет.
— Продукты ночью сами приехали?
Муж понял, что этот аргумент лучше оставить.
— Ладно. Я закончу здесь и поеду.
Ксения отключилась.
Звонить второй раз он не стал.
Около половины первого внизу хлопнула входная дверь.
Появилась первая помощница.
— Алевтин, я думала, ты шутишь! Что тут у вас?
Ксения узнала голос тёти Людмилы.
Через несколько минут к ней присоединился второй женский голос.
По звукам стало понятно: кухня наконец заработала не в одну пару рук.
Загремела посуда.
Зашумела вода.
Кто-то начал спорить, сколько риса класть в начинку.
— Да не столько, они потом развалятся!
— Люда, я сорок лет делаю!
— Вот и делай свои, а я эти заверну.
Ксения невольно улыбнулась.
Вот теперь семейная встреча действительно стала семейной.
Она занялась тем, что давно откладывала.
Разобрала документы в кабинете.
Ответила на несколько рабочих писем.
Переложила зимние вещи в шкафу.
Потом сходила в душ.
Около двух часов спустилась только за водой.
На кухне находились уже четыре человека.
Алевтина Павловна стояла у плиты.
Тётя Людмила заворачивала голубцы.
Незнакомая Ксении женщина нарезала овощи.
Двоюродный брат Евгения Илья таскал складные стулья из кладовой на террасу.
Алевтина Павловна увидела невестку.
Лицо у неё стало кислым.
— Хорошо устроилась.
Ксения открыла холодильник.
— Нормально.
— Могла бы хоть салат сделать.
— Могла бы.
На этом разговор закончился.
Женщина за столом посмотрела сначала на Алевтину Павловну, потом на Ксению, но вмешиваться не стала.
Илья тем временем заглянул в кухню.
— Тёть Аль, куда стол ставить? На террасе холодно.
— Тогда в гостиной.
— Тридцать человек туда не влезут.
— Влезут.
— Если стоя.
Тётя Людмила рассмеялась.
— Вот сейчас Алевтина и столы организует. Она же у нас организатор.
Ксения с бутылкой воды поднялась обратно наверх.
В три часа во двор въехала машина Евгения.
Муж вошёл в дом и почти сразу остановился.
Кухня была заполнена людьми.
На столе стояли миски с нарезанными овощами.
На плите кипела вода.
Алевтина Павловна командовала двумя родственницами и одновременно пыталась найти большую ложку.
Евгений снял куртку.
— Всем привет.
Тётя Людмила посмотрела на часы.
— А вот и хозяин явился. Очень вовремя. Всё самое весёлое почти закончилось.
Алевтина Павловна резко сказала:
— Женя, не стой. Стулья надо принести.
Он покорно пошёл за стульями.
Ксения услышала машину и спустилась через несколько минут.
Евгений встретил её в коридоре.
— Ты серьёзно всё это время наверху сидела?
— Не всё. Спускалась за водой.
Он посмотрел на кухню.
— Мама в ярости.
— Вижу.
— Они сделали только где-то шестьдесят голубцов.
— Значит, будет по два.
— Я сейчас не про это.
Ксения посмотрела на мужа.
— А про что?
Евгений хотел что-то сказать, но из кухни донеслось:
— Женя! Мясо в духовку поставь!
Он тяжело выдохнул.
Ксения улыбнулась.
— Иди. Тебя ждут.
Теперь муж прекрасно понимал, о чём она говорила утром.
До прихода гостей оставалось меньше часа.
За это время пришлось ещё переставить столы, разложить приборы, вынести лишние вещи с террасы и срочно решать, чем заменить блюда, которые приготовить не успели.
Положение неожиданно спасли сами гости.
Первой приехала семейная пара с двумя контейнерами закусок.
— Мы подумали, неудобно с пустыми руками.
Следом появилась пожилая женщина с большим блюдом запечённого мяса.
Потом родственница Евгения привезла два салата.
Алевтина Павловна всё больше хмурилась.
— Я же сказала ничего не брать.
— А мы всегда так собираемся, — удивилась женщина. — Кто что может, то и приносит.
Тётя Людмила, услышав это, громко сказала:
— Вот именно. Я тоже думала, каждый что-нибудь возьмёт. А оказалось, Алевтина решила одна всю свадьбу накормить.
— Какую ещё свадьбу? — возмутилась свекровь.
— По объёму еды очень похоже.
К четырём возле дома стояло столько автомобилей, что двум пришлось оставить машины дальше по улице.
В гостиной стало шумно.
Обнимались.
Знакомились заново.
Лидия Сергеевна, ради которой всё затевалось, оказалась невысокой женщиной с короткой стрижкой и громким смехом. Она ходила от одного родственника к другому и каждые несколько минут восклицала:
— Господи, как вы все изменились!
Ксения спустилась к началу встречи.
Она была хозяйкой дома и совершенно не собиралась прятаться наверху весь вечер.
Просто готовить с утра до ночи чужое меню — совсем другое дело.
Лидия Сергеевна обняла её при знакомстве.
— Вот спасибо, что пустили такую ораву!
— Надеюсь, дом выдержит.
— Выдержит. Мы тихие.
В этот момент из гостиной донёсся чей-то громкий хохот.
Обе посмотрели туда.
— Почти тихие, — поправилась гостья.
Евгений разносил тарелки.
Илья открывал бутылки.
Две тётки спорили, куда поставить горячее.
Все наконец были заняты.
Алевтина Павловна ходила между кухней и гостиной с видом человека, который спас мероприятие от полного краха.
Голубцы поставили на стол двумя большими блюдами.
Их действительно получилось около шестидесяти.
Никто не умер от голода.
Более того, еды оказалось слишком много.
Гости привезли столько своего, что часть контейнеров даже не стали открывать.
В какой-то момент одна из родственниц спросила:
— А Ксюш, ты почему голубцы не делала? Алевтина сказала, вы с утра вдвоём готовите.
Ксения ещё не успела ответить.
Свекровь опередила:
— Она решила, что не обязана.
За столом стало чуть тише.
Алевтина Павловна явно рассчитывала на поддержку.
— Представляете, оставила меня одну с этой горой продуктов.
Тётя Людмила кашлянула.
— Ну не одну. Я с двенадцати здесь.
— Потому что я тебя вызвала.
— А я вообще думала, что мы каждый что-нибудь привезём, — сказала женщина напротив. — Ты мне вчера сама сказала: «Просто приезжай».
Ещё одна родственница кивнула.
— Мне тоже. Я салаты всё равно взяла, потому что на тридцать человек одному человеку готовить ненормально.
— Вот именно, — подхватила Лидия Сергеевна. — Я бы вообще в кафе всех собрала и не мучилась.
Алевтина Павловна замерла.
Ситуация разворачивалась совсем не так, как она рассчитывала.
— Да при чём тут мучиться? В доме две хозяйки.
Ксения спокойно положила вилку рядом с тарелкой.
Но ответила не она.
Тётя Людмила посмотрела на сестру:
— Алевтина, ты людей пригласила утром, а готовить решила Ксюшиными руками? Тогда хотя бы заранее спрашивать надо.
— Женя разрешил.
Несколько взглядов переместились на Евгения.
Он сидел рядом с двоюродным братом и явно хотел оказаться в любом другом месте.
— Мам, я сказал, что можно собраться. Про сто пятьдесят голубцов разговора не было.
Алевтина Павловна поджала было губы, но быстро отвела взгляд и потянулась за салфеткой.
Ксения ничего не добавила.
Ей не требовалось доказывать свою правоту перед тридцатью людьми.
Через минуту Лидия Сергеевна уже рассказывала, как однажды сама пыталась принять дома двадцать пять гостей и после этого зареклась устраивать большие застолья без помощи.
Общая тема сменилась.
Вечер оказался вполне весёлым.
Дети несколько раз выбегали на террасу и возвращались, потому что становилось холодно.
Мужчины обсуждали автомобили и строительство.
Женщины рассматривали старые фотографии, которые привезла Лидия Сергеевна.
Ксения разговаривала с теми, кого давно не видела, помогала убирать освободившиеся тарелки, но больше не позволяла превратить себя в обслуживающий персонал.
Алевтина Павловна тоже постепенно успокоилась.
Особенно после того, как увидела, что никто не считает отсутствие ста пятидесяти голубцов трагедией.
Наоборот, оставшиеся в кастрюле пришлось вечером раскладывать по контейнерам и предлагать гостям забрать с собой.
Последние родственники уехали после десяти.
Во дворе стало тихо.
Евгений закрыл ворота и вернулся на кухню.
На столе осталась гора посуды.
Алевтина Павловна сидела на стуле, устало потирая ладони.
— Всё, — сказала она. — Я больше такие сборища не устраиваю.
Тётя Людмила, которая задержалась помочь убрать, рассмеялась.
— До следующего приезда Лиды.
— Нет уж.
— Я запомню.
Ксения собирала контейнеры в холодильник.
Алевтина Павловна посмотрела на неё.
— Могла бы, конечно, с утра не бросать всё.
Евгений тут же поднял голову.
— Мам.
Одного слова хватило.
Свекровь посмотрела на сына.
— Что «мам»?
— Не начинай.
— Я просто сказала.
— Я тоже просто скажу. В следующий раз сначала спрашиваешь нас обоих. Потом приглашаешь.
Алевтина Павловна явно не ожидала услышать это именно от него.
— Я с тобой спрашивала.
— А надо было с нами.
Ксения продолжила складывать еду.
Вот теперь разговор имел смысл. Один раз, коротко и по существу.
Алевтина Павловна ничего не ответила.
Через двадцать минут она уехала вместе с Людмилой.
Евгений закрыл дверь и вернулся на кухню.
Ксения включила посудомоечную машину.
Муж взял со стола оставшиеся тарелки.
— Я был неправ.
— Знаю.
— Даже спорить не будешь?
— Зачем?
— С мамой надо было сразу остановить это.
— Надо было.
Евгений поставил тарелки в машину.
— А ещё я правда специально поехал к Серёге.
Ксения посмотрела на него.
Он усмехнулся виновато.
— Я понял, сколько здесь будет работы.
— Это я тоже знала.
— Серёга, кстати, мог обойтись без меня.
— Какая неожиданность.
На этом они оба рассмеялись.
Через пару недель Алевтина Павловна снова позвонила сыну.
Ксения сидела рядом и слышала только его ответы.
— В следующую субботу?
Пауза.
— Сколько человек?
Ещё пауза.
Евгений повернул голову к жене.
— Мам хочет приехать с тётей Людой и Лидией Сергеевной. Вчетвером с ней. Просто посидеть.
Ксения кивнула.
— Вчетвером можно.
Евгений снова приложил телефон к уху.
— Да, приезжайте. Только еду каждый берёт понемногу с собой.
Из трубки донёсось возмущённое:
— Женя!
Он рассмеялся.
— Мам, я научился считать количество поваров.
— Захожу на дачу без предупреждения, а у них обед: близнецам — пирожки и виноград, а моей Алисе — овсянка на воде, отдельно, на табуретке.