В пятницу вечером Наталья открыла холодильник и увидела на нижней полке четыре бутылки минералки, пакеты сока и коробку пирожных. Обычно там стояли контейнеры с едой на два дня, которые Михаил то переставлял, то забывал выбросить. Теперь полка была аккуратно освобождена, будто к чему-то готовились.
— У нас гости? — спросила Наталья из кухни.
С дивана Михаил ответил не сразу, не отрываясь от телефона:
— Мама с отцом, Света с Лёшей. Я сказал, что теперь по воскресеньям будем обедать у нас. Так всем проще.
Пакет с яблоками Наталья поставила на стол. Они жили вдвоём в обычной двухкомнатной квартире, оба работали полную неделю, а воскресенье давно было единственным днём без обязательного расписания. Иногда они ехали к родителям, иногда выбирались в кино, иногда до полудня вообще ничего не планировали.
— Ты уже всем сказал?
— Ну да. А что такого? Это же мои родители и сестра, не чужие люди.
Месяц назад она сама без долгих согласований пригласила сестру переночевать после позднего поезда. Правда, та приехала после одиннадцати и утром уехала. Спорить из-за ещё не случившегося обеда Наталья не стала.
— Хорошо. Только я не готовлю на шестерых и не превращаю субботу в уборочный день.
Только после этого муж отложил телефон.
— Да кто тебя просит? Закажем еду. Я всё организую.
В воскресенье в половине первого позвонил курьер. За заказом к подъезду спустился Михаил; наверх он принёс два больших пакета и сам разложил по тарелкам горячее, салаты и лепёшки. Когда приехали его родители и младшая сестра Светлана с мужем Алексеем, Наталья только поставила чайник.
Обед прошёл спокойно. Людмила Петровна поворчала, что доставка дорогая, Борис Степанович рассказывал про дачный насос, Светлана показывала фотографию щенка знакомых. После ухода гостей Михаил загрузил посуду в посудомоечную машину и протёр стол.
К пяти в квартире снова было тихо.
— Видишь? — сказал Михаил. — А ты заранее напряглась.
На чистой кухне уже ничего не напоминало о шести гостях.
— Сегодня нормально.
Он кивнул так, будто услышал только второе слово.
Через неделю Михаил снова заказал еду. Его мать попросила добавить суп для Бориса Степановича, Светлана предупредила, что Алексей задержится. Гости просидели почти до шести, но Михаил по-прежнему всё оплачивал и убирал, поэтому Наталья промолчала.
На третье воскресенье у неё была запись к парикмахеру на два часа. Она забронировала время ещё в конце прошлого месяца и утром спокойно начала собираться.
Людмила Петровна, уже снявшая пальто, удивилась:
— А ты куда?
— На стрижку. Я вернусь часа через два.
Свекровь слегка поджала губы.
— Мы же только приехали.
Застегнув сумку, Наталья посмотрела на Михаила. Тот стоял у кухонной двери и зачем-то стал ровнять сложенные на столе салфетки.
— Я записывалась заранее, — сказала она. — Еда на столе, Миша дома.
Вечером, когда гости уехали, Михаил спросил, нельзя ли было выбрать другое время.
Сначала ей показалось, что он шутит.
— Почему другое?
— Маме было неловко. Всё-таки семейный обед.
— Это семейный обед, который ты назначил без меня. Я не запрещаю вам встречаться, но мои воскресенья не перестали быть моими.
У окна Михаил зачем-то поправил ровно висевшую штору.
— Я думал, тебе самой будет приятно. Мы же раньше жаловались, что видим всех только по праздникам.
— Видеть родных и отдавать им каждый выходной — не одно и то же.
Он не согласился, но спорить дальше не стал. В следующую пятницу даже спросил, есть ли у Натальи планы на воскресенье. Она сказала, что утром хочет сходить в бассейн, и решила, что разговор всё-таки сдвинул что-то с места.
В субботу вечером в общем семейном чате появилось сообщение Людмилы Петровны. Она предложила не тратиться на доставку и распределила блюда: сама бралась за мясо, Светлане досталась селёдка под шубой, а Наталье — салат и пирог. В конце стояло: «Наташа, у тебя духовка хорошая, пирог удобно у вас поставить сразу к обеду».
Сообщение пришлось перечитать дважды. Рядом на диване сидел Михаил и тоже видел экран.
— Ответишь?
— Что именно?
— Что я ничего не обещала готовить.
Муж пожал плечами.
— Пирог не делай. Салат можно нарезать, там дел на двадцать минут.
Наталья положила телефон на подлокотник экраном вниз.
— Три недели назад ты сказал, что всё организуешь. Теперь твоя мама распределяет, что я буду готовить у себя дома.
— Она просто хочет сэкономить.
— Отлично. Экономьте без моего дежурства.
В ответ Михаил поморщился.
— Ну зачем сразу «дежурство»?
— А как ещё назвать мероприятие каждую неделю, на которое меня записали без моего согласия?
Он ушёл в спальню. Через несколько минут в чате появилось его сообщение: «Мам, Наташе ничего не назначай. Я закажу как обычно». Людмила Петровна ответила коротким «Хорошо».
В воскресенье свекровь была подчеркнуто вежлива и несколько раз похвалила доставленный салат. Никто не требовал от Натальи ни готовить, ни носить тарелки; Борис Степанович даже помог Михаилу убрать тяжёлую коробку с балкона. И всё же перед каждым выходным Наталья уже проверяла календарь так, словно в нём стояла чужая обязательная запись.
В середине октября у неё выдалась тяжёлая рабочая неделя. Наталья работала с расчётами в небольшой строительной фирме, и перед сдачей объекта бухгалтерия несколько вечеров подряд уходила позже обычного. В субботу начальница отпустила отдел после трёх. По дороге домой Наталья купила продукты, выключила звук на телефоне и решила, что в воскресенье проспит хотя бы до десяти.
В девять двадцать раздался дверной звонок.
На площадке стояла Светлана с большой формой для запекания.
— Я пораньше. Мама попросила завезти, а у Миши телефон не отвечает.
Впустив золовку и показав место на кухне, Наталья пошла в спальню.
— Твоя сестра приехала.
На кровати Михаил сел и сразу посмотрел на часы.
— Уже? Они же к часу.
— Она привезла еду. Разбирайся сам.
Снова уснуть не получилось. На кухне звякнула посуда, заработала кофемашина, Светлана с кем-то говорила вполголоса. Через несколько минут она осторожно заглянула в спальню.
— Наташ, извини. Я правда не знала, что ты спишь. Мама сказала, вы всё равно с утра готовитесь.
На кровати Наталья приподнялась на локте.
— Мы не готовимся, Свет. Это Миша устраивает воскресные обеды. Я участвую, когда хочу.
Светлана постояла в дверях.
— А. Я думала, вы вместе решили.
Перечислять всё, что накопилось, она не стала.
— Нет. И я не хочу втягивать тебя в наш спор.
Светлана кивнула и закрыла дверь. Через четверть часа они с Михаилом уехали по делам; форму оставили в холодильнике. Ещё примерно на час уснуть всё-таки удалось.
За обедом Людмила Петровна предложила в следующий раз собраться пораньше, чтобы «не терять половину дня». Не задумавшись, Михаил ответил:
— Давайте.
Наталья положила вилку на край тарелки.
— Нет. Время менять не надо. И вообще в следующее воскресенье лучше соберитесь у Светы или у родителей.
За столом стало тихо. Борис Степанович потянулся за хлебом и спросил у Алексея, не видел ли тот в магазине нужный фильтр для насоса. Светлана переглянулась с братом.
— У нас однушка и собака, — сказала она. — Но иногда можно. Только ненадолго.
Людмила Петровна посмотрела на Наталью.
— А что случилось? Мы вам мешаем?
Первым вмешался Михаил:
— Мам, никто не мешает.
— Мне мешает не вы, а то, что наш дом стал постоянным местом сбора, — сказала Наталья. — Иногда я рада вас видеть. Но каждое воскресенье я принимать гостей не хочу.
Свекровь повернулась к сыну.
— Ты же сам предложил.
В ответ сын кивнул.
— Я предложил.
— Тогда почему я сейчас должна чувствовать себя виноватой?
Ответ уже был готов, но Наталья промолчала. В этой части Людмила Петровна была права. Приглашение исходило не от неё.
— Вы не должны. Это вопрос между мной и Мишей.
Людмила Петровна ничего не ответила. Зато после обеда стала собираться раньше обычного. В прихожей Светлана задержалась, проверяя, не забыла ли перчатки, и тихо сказала:
— Я бы тоже не хотела каждую неделю сидеть дома в одно и то же время. Но брату я этого объяснять не буду.
— И не надо.
На этом разговор закончился.
Вечером Михаил впервые за всё время разозлился по-настоящему.
— Мне надоело, что ты выставляешь меня захватчиком. Я плачу за еду, сам встречаю доставку, сам убираю. От тебя почти ничего не требуется.
Со стола она убрала две кружки и поставила их в посудомоечную машину.
— Требуется держать день свободным. Требуется помнить, что к часу придут люди и пробудут до пяти-шести. Дом — это не только грязная посуда после гостей.
— Если тебе куда-то надо, уходи.
— Я уходила к парикмахеру. Потом ты спросил, почему именно в это время.
После этих слов Михаил замолчал и сел на край дивана.
В телефоне Наталья открыла календарь. За последние пять воскресений у неё были бассейн, парикмахер, поездка к отцу за новым телефоном и встреча с сестрой. Поездку к отцу она перенесла на субботний вечер, потому что в воскресенье ожидались гости. Встречу с сестрой просто отменила, хотя тогда самой казалось, что ничего страшного не произошло.
— Ты видишь обеды, — сказала она. — А я вижу, что каждую неделю сначала проверяю, не мешают ли мои планы тому, что ты уже решил за нас двоих.
— И что теперь? Вообще не звать моих?
— Не передёргивай. Раз в месяц — пожалуйста. Хотите чаще — встречайтесь у родителей, у Светы, в кафе. Ты можешь ездить к ним без меня.
Вместо ответа Михаил усмехнулся.
— Отличная семейная жизнь: я отдельно к своим, ты отдельно по своим делам.
— Семейная жизнь — это когда один не раздаёт время двоих.
— Я ничего не раздавал.
Спор пошёл по кругу, и Наталья первой ушла в спальню. Ночью они разговаривали только о том, кому утром раньше вставать.
В понедельник Наталья дважды набирала мужу длинное сообщение и оба раза стирала. Продолжать спор муж тоже не спешил: в семейный чат не писал, дома говорил о самых обычных вещах.
В среду Людмила Петровна прислала фотографию нового стола у себя в гостиной и написала: «В воскресенье можно у нас. Борис наконец починил раскладной механизм».
Казалось, Михаил ухватится за удобный выход, но он показал ей сообщение с недовольным видом.
— Теперь мама думает, что её выгнали.
— Она предложила собраться у себя. В сообщении ничего про это нет.
Михаил провёл большим пальцем по краю чехла.
— Ты не слышала, как она со мной разговаривала вчера.
— Не слышала. Поэтому придумывать не буду.
После её ответа Михаил снова убрал телефон в карман. Через минуту спросил, поедет ли Наталья с ним.
— В это воскресенье нет. Я давно обещала отцу помочь выбрать телефон.
Он хотел что-то возразить, но только кивнул.
В воскресенье Михаил поехал к родителям один. Около десяти Наталья проснулась, спокойно выпила кофе, потом съездила к отцу. Они выбрали ему недорогой телефон, перенесли контакты и зашли в хозяйственный магазин за лампой для кухни. День получился совершенно обычным, без ощущения, что она кому-то что-то доказывает.
Около семи муж вернулся с контейнером пирога от матери.
— Там было нормально, — сказал он, снимая куртку. — Отец два раза спросил, почему ты не приехала.
— А ты что ответил?
— Что у тебя дела.
Он убрал контейнер в холодильник и не стал предлагать срочно садиться за чай. Потом достал из кармана ключи от машины и положил их на тумбу.
— Света в следующее воскресенье вообще не может. У Лёши смена, она идёт на день рождения.
На него она только посмотрела.
— Бывает.
— Да понял я.
Следующее воскресенье прошло без общего обеда. Утром муж уехал за запчастью для машины, а Наталья встретилась с сестрой. Вечером они заказали ужин на двоих и родственников не обсуждали.
Ещё через несколько дней, уже в четверг, Михаил спросил:
— Если позвать моих в следующую субботу часа на три, ты как?
Ответила Наталья не сразу. Не потому, что хотела выдержать паузу, а потому, что заметила саму формулировку: не «они придут», а «ты как».
— В субботу нормально. Только вечером мы едем к моему отцу.
— Помню. Тогда напишу, что до пяти.
В субботу Михаил сам заказал еду и предупредил семью о времени. Людмила Петровна приехала с пирогом и заметила, что теперь «все живут по календарю». Борис Степанович спорил с сыном о зимней резине, Светлана рассказывала про щенка знакомых.
Около половины пятого Михаил начал собирать посуду.
— Мы вас не выгоняем, — сказал он родителям. — Просто у нас дальше планы.
Людмила Петровна посмотрела на сына, потом на часы.
— Да поняла я уже.
Застегнув сумку, Наталья ничего не ответила.
В пять с небольшим дверь за гостями закрылась. Из шкафа Наталья достала куртку.
— К папе успеваем?
На телефоне было ещё не поздно; Михаил надел ботинки и взял ключи.
— Если сейчас выйдем — да.
Следующий семейный обед в их квартире они записали в календарь почти через месяц. Дату выбрали вечером на кухне, между списком покупок и напоминанием оплатить интернет.
— К приезду матери чтоб стол трещал от угощений! Усвоила? — рявкнул муж, не подозревая, что жена уже вытащила дорожную сумку.