— Твой компьютер в ведре, займись мужем! — рявкнул благоверный, когда я вошла в комнату. — Может, хоть теперь услышишь.
Ведро стояло возле моего стола. Из воды торчал угол ноутбука, на поверхности плавала белая бумажка — список правок от заказчика. Я выдернула зарядку из розетки, хотя провод уже лежал на полу, и только потом наклонилась.
— Не трогай мокрое, — добавил Дима. — Током ещё шарахнет.
Он действительно ждал, что я испугаюсь за себя и подойду к нему. Я подняла ноутбук за сухой край крышки, дала воде стечь и положила его на полотенце. Экран был разбит ещё до ведра: возле петли темнела вмятина.
— Ты сначала ударил?
— Сдвинул. Он упал. Не надо сразу на меня смотреть как на преступника.
На полу не было ни одной вещи, которую он случайно задел бы вместе с ноутбуком. Графический планшет стоял на прежнем месте, стакан с карандашами тоже. Дима выбрал то, на что я смотрела последние три вечера, и вынул из розетки именно его.
— Там работа. До утра надо отдать.
— Вот именно. До утра, до вечера, до следующей недели. Я в этом доме лишний.
Я нажала кнопку питания и сразу отдёрнула руку. Нельзя было включать. Я знала это, но пальцы действовали раньше головы.
Дима работал оператором колл-центра. Смены у него были плавающие, и мы часто встречались только за ужином. Я делала 3D-анимацию для небольших рекламных роликов. Если заказчик присылал правки вечером, иногда работала ночью. Мы оба выбирали себе эту работу, пока она не стала мешать только ему.
— У тебя завтра смена с двух, — произнесла я. — Мы могли утром позавтракать. Я предлагала.
— Я не хочу по записи завтракать с женой.
Я обернула ноутбук полотенцем, достала из ящика переносной диск. Последняя копия была за вчерашний вечер. Сегодняшние изменения должны были уйти в облако автоматически, если я не выключила синхронизацию на время рендера.
— Ты что, опять работать? — Дима схватился за спинку стула.
— Да. Надо понять, что осталось.
— Тебе вообще всё равно, что я говорю?
Я взяла диск, телефон и куртку. Дима встал между мной и дверью, но, увидев, что я не спорю, отступил. Уже в подъезде я поняла, что вышла в тапках, и вернулась за ботинками. Он всё ещё стоял возле ведра.
У моего коллеги Лёши был запасной рабочий компьютер. Мы не дружили семьями, но иногда подменяли друг друга на срочных рендерах. Я написала, можно ли приехать на час. Он ответил: приезжай, только кофе сам себе не сварит, чайник сломан.
По дороге я купила два стакана чая. В лифте один пролился на рукав, и я вдруг разозлилась так сильно, что едва не бросила второй в мусор. Лёша открыл дверь, молча забрал стаканы и отодвинул стул.
— Что с проектом?
— Проверяю.
Он показал, куда подключить диск, и ушёл на кухню. Не стал расспрашивать, почему я в одиннадцать вечера пришла без ноутбука. От этого я смогла наконец смотреть на экран, а не на дверь.
Копия открылась. Две сцены были старые, третья сохранилась в облаке. Не хватало финального света и одного движения руки. На восстановление ушло бы часа три, но не неделя. Я написала заказчику, что превью пришлю к девяти вместо восьми, и запустила проверку.
Дима звонил. Сначала спрашивал, где я. Потом прислал фотографию мокрого ноутбука на батарее: «Я сушу. Хватит спектакля». Я попросила снять его с батареи и не включать. В ответ пришло: «Вернёшься — сама снимешь».
— Тебя ждут? — Лёша заглянул в комнату.
— Нет. Можно я ещё посижу?
— Сиди. Только к двум я свою сцену ставлю, видеокарта нужна.
Я успела к двум. Передала превью, сделала копию и поехала ночевать к подруге Вике. У неё была свободная комната, она давно предлагала использовать её как мастерскую.
Утром оставила ноутбук в сервисе. Мастер не обещал даже срок диагностики. Дома Дима спал. На моём столе сохло полотенце, возле кровати светился его игровой компьютер. Я положила на кухне квитанцию и открыла фотографии повреждений.
— Дим, вставай. Нам надо решить про компьютер.
Он появился через десять минут, хмурый, в старой футболке.
— Поставь чайник.
— Сам поставь. Я уже пила.
Он посмотрел на чашку, потом на меня.
— Ты всю ночь где была?
— У Лёши восстанавливала проект, спала у Вики. В сервисе ноутбук оставила. Вот квитанция.
— Понесла чужим людям семейный скандал?
Я подвинула лист к краю стола.
— Здесь про воду и разбитый корпус. Твоего имени нет. Но за замену платишь ты.
Дима прочитал квитанцию с двух сторон. Потом положил её обратно и несколько минут молчал. Чайник закипел, он не заметил.
— У меня столько нет.
— У меня тоже. Поэтому я до сих пор работала на старом.
— Можно починить.
— Может быть. Но мне нужен рабочий сейчас. Я не смогу каждый вечер занимать компьютер коллеги.
Он предложил рассрочку на моё имя. Я отказалась. Предложил взять у моей матери, затем у его отца. Я спросила, что он сам отдаёт взамен сломанного. Он посмотрел в комнату, где за тёмным стеклом системного блока светился провод питания.
— Только не начинай про мой комп.
— Ты можешь продать его и приставку. Хватит на замену с запасом. Мне не нужен весь запас, только рабочая машина.
— Я на нём отдыхаю.
— А я на своём работала. Ты его выбросил в воду.
Дима дёрнул плечом. Встал, открыл холодильник, закрыл. Когда он снова сел, вид был уже не сердитый, а растерянный.
— Там мои игры. Аккаунты.
— Аккаунты оставишь себе. Я покажу, как очистить диски перед продажей. Если согласен — напиши сейчас. Потом я не хочу услышать, что украла твою технику.
Он набрал сообщение при мне: разрешает продать системный блок и PlayStation, из выручки купить мне рабочий ноутбук, остаток перевести ему. Я попросила добавить монитор, который он сам предложил отдать комплектом. Он добавил и швырнул телефон на стол.
— Довольна?
— Нет. Но компьютер мне нужен.
До его смены оставалось два часа. Мы вместе вышли из всех аккаунтов, сохранили его фотографии на флешку и очистили накопители. Дима каждую минуту находил причину отложить: сначала не мог вспомнить пароль, потом решил, что надо ещё раз пройти одну игру, иначе сохранение потеряется.
— Сохранение у тебя отдельно, — напомнила я. — Ты сам проверил.
— Да я понял. Просто подожди.
Я ждала. Он выключил системный блок, отсоединил провода и положил приставку в коробку. Комплект я выставила по цене, которую мы согласовали вместе. Покупатель откликнулся через час, попросил тест после обеда, когда Дима уже ушёл на смену.
Перед встречей муж позвонил.
— Сколько он даёт?
— Как мы написали. Пока не торгуется.
— Ниже не опускай. Там только видеокарта чего стоит.
— Тогда приезжай сам. Я могу перенести на завтра.
— Нет, давай сегодня. Мне завтра отсыпаться. Просто проверь перевод, не по его экрану.
— Проверю. Ты согласен с этой ценой?
— Согласен. Я написал уже.
Я сохранила сообщение и открыла покупателю. Он принёс флешку с тестом, долго смотрел температуру и нагрузку. Потом заметил царапину на корпусе и попросил скинуть пять тысяч.
— Мы за эту цену договаривались, — ответила я.
— Тут стекло менять. Вы бы сразу показали.
— На фотографии царапина видна. Вот объявление. Я её не скрывала.
Он увеличил снимок на своём телефоне. Я ждала возле включённого монитора, слушая вентиляторы. Если он сейчас уйдёт, придётся снова просить у Лёши компьютер. А соглашаться за Диму на другую сумму я не хотела.
— Да, видно, — признал покупатель. — Ладно. Всё работает. Почему продаёте?
— Нужен ноутбук для работы.
— А этот не подходит? Хороший же.
Я посмотрела на подсветку под стеклом. Могла бы отрендерить на нём проект за вечер, если бы попросила раньше. Но теперь я не хотела каждый раз спрашивать, можно ли.
— Мне нужен свой рабочий. Переносной.
Он кивнул, проверил приставку и перевёл согласованную сумму. Я дождалась поступления в своём приложении. Мы записали комплект и данные продажи, затем я помогла донести коробку с приставкой до лифта.
В магазине я попросила открыть тестовую сцену на выбранном MacBook.
— Мне вот эти программы нужны. Проверить можно до оплаты?
— На демонстрационном образце, — ответил консультант. — Давайте посмотрим.
— И память. Я не хочу через месяц обнаружить, что её не хватает. Лучше сразу другую модель покажите.
Мы проверили всё на месте. Ноутбук я выбрала не самый дорогой. Остатка от продажи хватало ещё на док-станцию и переносной диск. Их я не покупала: договорённость была о замене компьютера, а не обо всём, что мне хотелось.
Вечером я отправила Диме чек и разницу между выручкой и покупкой. Он позвонил сразу.
— Ты уже купила?
— Да. Остаток перевела. Посмотри.
— Ты хотя бы со мной посоветовалась бы, какой брать.
Я поставила коробку на стол Вики. В её комнате пахло краской: она недавно перекрасила книжную полку.
— Я выбрала рабочий. Это мы и обсуждали.
— Ты опять не дома?
— Я поживу у Вики. Завтра заберу вещи.
Он замолчал. На заднем плане кто-то произносил заученное приветствие клиенту; Дима всё ещё был на смене.
— То есть я продал всё, а ты всё равно ушла?
— Ты заменил то, что сломал. Про то, чтобы остаться, я не обещала.
Связь оборвалась. Я поставила телефон экраном вниз и вскрыла коробку.
На следующий день забрала вещи. Дима придержал дверь, пока я выносила сумку, спросил, брать ли провод от монитора. Я ответила, что он не нужен.
У Вики я поставила ноутбук на стол, открыла сцену и отправила заказчику готовый файл. Дождалась подтверждения приёмки, закрыла программу и пошла ужинать.
Свекровь собрала родню и попросила меня выйти из комнаты. Я вышла. И включила запись прямо перед этим