— Голова раскалывается. В аптечке пусто, даже сбить нечем. Привези жаропонижающее, тут от посёлка двадцать минут езды!
В динамике грохотала музыка. Звенела посуда. Басы перекрывал раскатистый гогот мужской компании.
— Выпей таблетку, как я поеду, пацаны засмеют, мы только начали! — захохотал Степан, явно даже не выходя с веранды.
— Какую таблетку, Стёпа? — через силу повторила Ангелина, кутаясь в вязаный плед ручной работы.
— Я же говорю, закончились порошки! А у меня слабость такая, что стены перед глазами плывут. До угла дома сама не дойду.
— Ой, Геля, ну давай без концертов! — с досадой отмахнулся муж.
— Намочи полотенце холодной водой. Приложи ко лбу и поспи. У Родиона мальчишник, человек во второй раз под венец идёт! Мы только мангал разожгли!
На заднем плане тут же встрял басовитый голос самого жениха Родиона:
— Братан, это кто там тебя строит? Ты же нам пять минут назад заливал, что в твоей усадьбе командуешь только ты! И что жена у тебя по струнке ходит!
— Да так оно и есть, Родик, не бери в голову! — задорно гаркнул Степан в сторону стола, забыв прикрыть микрофон ладонью.
— Бабы вечно себе болячки выдумывают. Лишь бы мужику праздник испортить! Всё, Геля, давай, не позорь меня перед людьми!
Связь оборвалась.
Ангелина опустила руку с телефоном на одеяло. Её бил озноб. Виски ломило, а в горле драло.
Она посидела на краю кровати в своей фланелевой ночнушке. Потерла переносицу, долго смотрела в одну точку, потом прилегла обратно на подушки.
Загородный дом в посёлке «Сосны» Степан только что гордо окрестил «своей усадьбе». Вот только купила его Ангелина шесть лет назад. Тогда она ещё и знать не знала никакого Степана.
Пахала главным бухгалтером в строительной фирме и вела по вечерам три частные конторы. Все накопления она вложила в добротный двухэтажный коттедж с баней.
Со Степаном они расписались три года назад. Поначалу муж казался заботливым и деятельным. Но пять месяцев назад вдруг объявил, что подустал работать на чужого дядю.
Мол, намерен открыть собственное дело по снабжению. Ангелина даже купила ему дорогой голубой велюровый костюм — Стёпа уверял, что без солидной одёжки поставщики его всерьёз не примут.
С тех пор бизнес ограничивался диванными переговорами. А на бензин и мелкие расходы жена выдала ему дополнительную банковскую карту, привязанную к её счёту.
Утром в субботу Степан укатил за город с Родионом на его машине. Свою старенькую иномарку он оставил во дворе городской двушки, чтобы спокойно выпить.
Клялся, что они с парой школьных товарищей тихо посидят на веранде. Пожарят куриные крылышки и попарятся с веником.
Сама Ангелина ещё с пятницы чувствовала ломоту в суставах, поэтому осталась в городе отлежаться.
Она открыла приложение круглосуточной аптеки и вызвала курьера с лекарствами. Но тут телефон на тумбе снова ожил. Звонила свекровь, Яна Трофимовна.
— Геля, деточка, ты чего там опять сыну нервы мотаешь? — с порога завела свою шарманку свекровь.
— Мне Стёпочка сейчас набрал, весь расстроенный! Говорит, ты его прямо из-за стола домой дёргаешь!
— Яна Трофимовна, у меня температура под сорок, — сдавленно ответила Ангелина.
— Озноб и головокружение. Я попросила мужа привезти порошки от жара.
— Господи, ну какая ты всё-таки эгоистка! — запричитала Яна Трофимовна.
— От простуды ещё никто не помер! Подумаешь, жар у неё! При живом-то муже такие капризы устраивать! Мужчина должен отдыхать с друзьями, он же не железный.
— Отдыхать, пока я встать с постели не могу? — тихо переспросила Ангелина.
— Там серьёзные люди собрались! — не унималась свекровь.
— А ты хочешь сделать из Стёпочки мальчика на побегушках? Не позорь его перед товарищами!
— Серьёзные люди, говорите? — криво улыбнулась Ангелина.
— Только гуляют эти серьёзные люди на моей даче. И продукты вчера покупались с моей зарплаты. Как и ваши импортные капли для суставов на прошлой неделе, между прочим.
— Ой, не прибедняйся! — ядовито фыркнула свекровь.
— Подумаешь, капли она мне купила! Вы одна семья. А значит, и дача общая, и деньги общие!
Стёпочка мне сказал, что сам этот праздник организовал. Выпей тёплой воды с малиной и ложись спать!
Свекровь отключилась. И почти сразу телефон зажужжал от банковских сообщений.
По дополнительной карте Степана пошли списания одно за другим. Сначала ушла кругленькая сумма в загородном супермаркете за элитное спиртное. Следом прилетела оплата за прокат мощной караоке-системы с колонками.
Ангелина села на кровати. Вот, значит, какие «куриные крылышки вчетвером» затеял её снабженец. Решил шикануть перед пацанами на широкую ногу за счёт больной жены.
Она зашла в банковское приложение. Нашла в списке дополнительную карту Степана и одним касанием заблокировала её.
В прихожей зазвенел дверной звонок. Приехал курьер из аптеки. Ангелина накинула халат, забрала бумажный кулёк с лекарствами и развела порошок в стакане воды.
Выпила залпом. Было обидно до горечи, но растерянность уже прошла.
Она взяла телефон и набрала номер поста охраны посёлка «Сосны». Трубку снял старший смены Владислав Кузьмич. Бывший военный знал Ангелину все шесть лет с момента покупки участка.
— Кузьмич, добрый вечер, это Ангелина с четырнадцатого участка, — сказала она.
— Здравствуйте, Ангелина! А чего голос такой простуженный? Случилось что?
— Случилось, Кузьмич. Я в городе с температурой лежу, а муж на моей даче устроил пьянку на десять человек. Музыка орёт, караоке притащили. Я согласия на этот балаган не давала.
— Понял вас, — серьёзно отозвался Владислав Кузьмич.
— Видел я, как они днём на трёх машинах заезжали. Шуму от них на всю улицу.
— Кузьмич, выручите, пожалуйста. Подойдите к ним с напарником. Вырубите свет на уличном столбе и разгоните всю эту лавочку за шлагбаум. Вместе со Степаном.
— Сделаем, Ангелина, не переживайте. Хозяйка там только вы, ваше слово закон. Сейчас берём фонари и идём к вам.
Как подойдём к веранде — наберу вас, скажете им пару ласковых по громкой связи, чтобы не спорили.
— Спасибо, Кузьмич. Жду.
Прошло около сорока минут. Порошок подействовал, ломота понемногу отступала. Ангелина переоделась в сухую домашнюю кофту, и тут телефон зазвонил. На связи был Степан.
— Геля, ты чего там натворила с картой?! — зашипел муж вполголоса, явно спрятавшись в предбаннике.
— Тут доставщик из кавказского ресторана у калитки стоит! Три термосумки шашлыка и люля привёз! Я карту к его терминалу прикладываю, а там отказ! Пишет, что заблокирована владельцем!
— Всё верно пишет, — с прохладцей ответила Ангелина.
— Я её заблокировала.
— Ты с ума сошла?! — взвизгнул Степан, срываясь на фальцет.
— Там счёт на такие деньжищи, а у меня наличных ни копейки! Пацаны уже за столом с вилками сидят!
Родион тост за мою щедрость поднял! Живо разблокируй, как я перед мужиками выкручиваться буду?!
— А ты скажи пацанам правду, Стёпа, — иронично посоветовала Ангелина.
— Скажи, что у тебя за душой гроша ломаного нет. Что ты пятый месяц сидишь на шее у жены в велюровом костюме.
А жена с температурой тридцать девять отказалась оплачивать твои понты.
— Какая же ты мелочная, Геля! — заклокотал Степан.
— Из-за какой-то таблетки устроила цирк! Да если я сейчас доставщика с мясом разверну, пацаны же меня на смех поднимут!
Тут на заднем плане в трубке послышался лай соседской собаки и басовитый крик Родиона:
— Стёпа, ты где там застрял в бане?! Тут к тебе не только курьер, тут ещё два охранника в форме пришли! Тебя спрашивают!
Ангелина услышала торопливые шаги мужа по ступенькам крыльца. Почти сразу поступил второй вызов — от Владислава Кузьмича. Ангелина объединила звонки и включила динамик.
— Добрый вечер, мужики, — раздался с веранды командирский голос Кузьмича.
— Музыку выключаем. Хозяйка дома просила всех закругляться и освободить участок. Даю десять минут на сборы.
На веранде мгновенно стих гогот. Только угли в мангале потрескивали.
— Вы чего несёте, батя?! — с наигранным гонором выпалил Степан.
— Кто вам право дал гостей выгонять? Я тут хозяин! Это мой дом, у нас мальчишник!
— Хозяйка этого дома одна — Ангелина, — с усмешкой отбрил его Кузьмич.
— И я её шесть лет знаю, а вас тут впервые трезвым не вижу. Она сейчас на громкой связи. Ангелина, подтвердите мужикам, а то ваш супруг петушится.
— Подтверждаю, Кузьмич! — чётко сказала Ангелина, так что её голос разнёсся из рации на весь двор.
— Банкет окончен. Всех гостей вместе со Степаном прошу за шлагбаум. А калитку и дом заприте своим дубликатом с поста.
— Погоди, Стёпа, это чего сейчас было? — ошарашенно протянул Родион.
— Ты же нам весь вечер заливал, что коттедж твой! И что жена у тебя по струнке ходит! А мы, выходит, на чужой даче гуляем?!
— Да она просто перегрелась от температуры, пацаны, башенка съехала! — сбивчиво залепетал Степан.
— Геля, ну хорош дурить! Скажи охране, чтобы ушли! Мы же только начали!
— Слышь, хозяин липовый, а кто за шашлык платить будет?! — возмутился от калитки курьер с термосумками.
— Я полчаса тут торчу! Заказ стынет, терминал твою карточку не берёт!
— Стёп, у тебя что, и карточка жены была? — прыснул со смеху кто-то из гостей.
— Ну ты, братан, и пройдоха! — с отвращением протянул Родион.
— Заманил людей за город, пыль в глаза пускал! Барина из себя в велюровом костюме строил, а у самого даже на люля-кебаб нет!
— Родик, ну ты чего начинаешь… — жалко пробормотал Степан.
— Ладно, мужики, собираем манатки! — скомандовал Родион.
— Поехали в город в нормальный бар, пока нас тут с позором за ворота не выставили!
Курьер, грузи свои сумки к нам в багажник, сейчас в машине наличкой за шашлык раскидаем, не пропадать же мясу!
— Родик, пацаны, постойте! — отчаянно крикнул вдогонку Степан.
— Куда же вы без меня?! А меня кто до города довезёт? Моя-то машина у подъезда осталась, я же с тобой приехал!
— На маршрутке доедешь, олигарх! — со смехом отозвался Родион уже за забором.
— Или у жены на автобус попроси, если даст!
В трубке щёлкнул рубильник на столбе. Это напарник Кузьмича обесточил участок.
— Ну что, хозяин, забираем курточку и топаем на выход, — беззлобно, но твёрдо велел Владислав Кузьмич.
— Через пять минут ворота запираю.
Ангелина нажала отбой и положила телефон на тумбу. На душе стало удивительно легко. Она укрылась одеялом до подбородка и крепко проспала до самого утра.
В воскресенье температура спала. Осталась лишь лёгкая слабость, но голова была совсем ясной.
Ангелина с утра собрала вещи мужа и выставила три большие картонные коробки к порогу. Сверху аккуратно положила его удочки.
Она как раз грела себе на кухне куриный бульон, когда в прихожей раздался требовательный звонок. А следом с лестничной площадки донёсся возмущённый голос Яны Трофимовны.
Ангелина подошла к порогу и распахнула створку.
На площадке топтался помятый, небритый Степан. Его знаменитый голубой велюровый костюм пропах костром и был испачкан соусом на рукаве.
А впереди сына грудью выступала Яна Трофимовна в кофте на крупных пуговицах и с ярко-морковной помадой на губах.
— Ну ты и бесстыжая, Геля! — с места пошла в атаку свекровь, даже не спросив про здоровье невестки.
— Выставить родного мужа ночью за забор с охраной! Как бродягу какого-то!
Ему пришлось у соседа по даче на попутку до трассы просить! Ты хоть понимаешь, как ты его перед друзьями опозорила?!
— За что боролись, на то и напоролись, Яна Трофимовна, — миролюбиво ответила Ангелина, прислонившись плечом к косяку.
— Ваш сын вчера просил его не беспокоить, чтобы пацаны не засмеяли. Вот я и устроила ему спокойный вечер.
— Геля, ну ты реально перегнула палку! — набычился Степан, пряча глаза и пытаясь протиснуться в прихожую мимо коробок.
— Из-за какого-то насморка устроила позорище на весь посёлок! Родион теперь в общем чате надо мной потешается, трубку не берёт!
Ладно, я не злопамятный, проехали. Разблокируй карту и дай мне прилечь, я с шести утра на ногах.
Ангелина преградила ему дорогу и кивнула на картонные коробки у порога.
— Никуда ты не пойдёшь, Стёпа. Твои пожитки уже упакованы. Дополнительную карточку мою вынь из бумажника и положи на комод.
Степан вытаращил глаза. Яна Трофимовна схватилась ладонью за щёку.
— Это что ещё за новости?! — взвизгнула свекровь.
— Ты из-за одного мальчишника вздумала семью рушить?! Да кому ты нужна, чтобы таким мужем разбрасываться в твои-то годы?!
— Я женщина, которая вчера лежала одна с температурой под сорок, — без пафоса сказала Ангелина.
— А ваш сорокачетырёхлетний мальчик в это время гоготал с дружками на моей даче и спускал мои деньги.
Пять месяцев я кормила, одевала и слушала сказки про великие проекты по снабжению. А вчера выяснилось, что мне в болезни даже таблетку привезти некому. Потому что пацаны засмеют.
— Ну погорячился я вчера, Геля! — засуетился Степан, мгновенно растеряв весь свой гонор.
— Выпил лишнего, хотел перед Родионом марку поддержать, с кем не бывает! Мы же три года живём! Хочешь, я сейчас сам в аптеку сбегаю?
— Бесплатный пансионат закрылся, Стёпа, — припечатала Ангелина.
— Бульон тебе теперь мама варить будет. Яна Трофимовна вчера так горячо доказывала, что мужчина должен отдыхать с друзьями, а деньги в семье общие.
Вот пусть теперь с тобой своей пенсией и делится. Карточку на комод. Живо.
— Да подавись ты своей карточкой и дачей своей подавись! — в сердцах выкрикнул Степан. Уши у него предательски горели.
Он достал из кармана куртки кусок пластика, швырнул его на комод у зеркала и подхватил верхнюю коробку.
— Пошли, мам! Она через три дня сама приползёт мириться, когда поймёт, кого потеряла!
— И приползёт, Стёпочка, ещё как приползёт! — подхватила Яна Трофимовна, забирая сверху его удочки и грозно оглядываясь у лифта.
— На коленях прощения просить будет! Да мы ещё подумаем, пускать её на порог или нет!
Шаги на площадке стихли. На свободной полке в шкафу, где ещё вчера теснились мужские кроссовки, наконец-то появилось место для её зимних сапог.
Ангелина вернулась на кухню и с аппетитом налила себе горячего бульона.
К июню их развели, и Ангелина уже думать забыла о снабженческих талантах бывшего мужа. Но в середине месяца она случайно столкнулась с Яной Трофимовной у аптечного киоска в районной поликлинике.
Бывшая свекровь заметно осунулась, морковной помады на губах уже не было, а в руках она сжимала сетку с мелким минтаем и пузырёк пустырника.
Увидев Ангелину, она сперва хотела шмыгнуть за колонну, но потом сама шагнула навстречу.
— Здравствуй, Геля, — жалобно протянула Яна Трофимовна, косясь на витрину с лекарствами.
— А ты чего тут? Опять простудилась?
— Диспансеризацию от работы прохожу, Яна Трофимовна. А вы чего пустырник берёте вместо своих импортных капель для суставов?
— Да какие там капли, деточка, они же деньжищ стоят! — махнула рукой бывшая свекровь и тяжко вздохнула.
— Стёпочка-то всё ещё в поиске достойного места, абы куда идти гордость не позволяет.
А вчера в своём голубом костюме утащил из серванта мою пенсионную карточку. Повёл пацанов в пивную дела обсуждать…
— Ну а вы не прибедняйтесь, Яна Трофимовна! — с лёгкой улыбкой посоветовала Ангелина.
— В семье ведь деньги общие. А мужчине обязательно нужно отдыхать с друзьями, иначе пацаны засмеют!
— Всё, конец! Я подаю на развод! — решительно сказала жена. — Опять спектакль? — усмехнулся муж. — Ты без меня и дня не протянешь