– Я женюсь на другой, а ты оплатишь банкет! – я отпила вина, и в ЗАГСе им вручили счет на миллион

За месяц до свадьбы Роман объявил, что женится на другой, но отменять оплаченный мной банкет запретил. Он был уверен, что я побоюсь скандала и отдам сбережения без возражений. Только договор был оформлен на моё имя.

— Я женюсь на другой, а ты оплатишь банкет! — объявил Роман и подвинул к себе тарелку с нарезанным сыром. — Не устраивай сцен, Рита. Ты всё равно уже внесла деньги. Какая тебе разница, кто будет сидеть за столом?

Я как раз отпила вина. Пришлось поставить бокал, чтобы не расплескать его на скатерть. Роман говорил обычным деловым тоном, каким в своих мебельных салонах объяснял покупателю, почему диван нельзя вернуть после доставки.

— Ты сейчас сообщил, что наша свадьба отменяется, — сказала я. — И в следующую минуту потребовал, чтобы я оплатила твою свадьбу с другой женщиной. Я правильно тебя поняла?

— Не надо цепляться к словам. С Алиной у нас всё серьёзно. Мы сегодня утром подали своё заявление. На двадцать четвёртое октября нашлось свободное время. Зал я бронировал сам, а ты занималась едой. Вот пусть всё так и будет.

На календаре было двадцать четвёртое сентября. До свадьбы оставался ровно месяц. Мы с Романом всё лето готовили праздник, но заявление в ЗАГС так и не подали. Он уверял, что успеем сделать это ровно за месяц, и утром обещал заняться записью. Оказалось, занялся, только поехал туда с Алиной.

Утром я выбирала туфли к платью, а перед ужином созванивалась с тётей Романа. Она не переносила молочные продукты и переживала, что на банкете ей нечего будет есть. Я обещала, что для неё приготовят отдельное горячее.

На краю стола ещё лежал список гостей с моей пометкой напротив её фамилии. А теперь Роман объяснял, что моё место рядом с женихом уже занято.

Пять лет мы были вместе. Мне сорок пять, я работаю экономистом в Доме культуры и привыкла считать расходы заранее. Роман, владелец двух мебельных салонов, любил широкие жесты. Только оплачивать эти жесты почему-то всё чаще приходилось мне. Я объясняла это временными трудностями его бизнеса. Теперь он сидел на моей кухне и говорил, что мои сбережения нужны ему для новой жизни.

В июне я заключила договор с кейтеринговой компанией на шестьдесят гостей. Перевела пятьсот десять тысяч рублей со своего счёта. Это были деньги, которые я собирала несколько лет. Я рассчитывала, что мы вдвоём будем встречать родных и друзей в зале рядом с Дворцом бракосочетаний.

— Договор оформлен на меня, — напомнила я. — Поэтому решать, что делать с заказом, буду тоже я.

Роман перестал жевать.

— Только попробуй всё сорвать. На празднике будут мои партнёры, наши общие знакомые. Я каждому расскажу, как ты решила отомстить. Думаешь, после такого тебя в городе всерьёз воспринимать станут? У меня достаточно связей, чтобы люди узнали твою настоящую цену.

Больше всего меня задело не слово «отомстить». Он был уверен, что я испугаюсь чужих разговоров сильнее, чем потери полумиллиона. Раньше я и правда старалась сгладить каждый его конфликт. Звонила, извинялась, договаривалась. Наверное, поэтому он даже не спросил, согласна ли я.

— Ты всё сказал, Роман. Забери свои документы с тумбы и уходи. Завтра я разберусь с договором.

— Разбирайся сколько хочешь, только банкет оставь. Деньги назад ты всё равно не получишь, — бросил он уже из прихожей.

Когда дверь закрылась, я не стала звонить Алине и выяснять, когда они познакомились. Мне хватило одного факта: человек, с которым я собиралась жить, обсуждал со мной не расставание, а способ потратить мои деньги.

На следующее утро я взяла выходной и поехала в кейтеринговую компанию. В папке с документами лежали договор, банковская квитанция и утверждённое меню. Я перечитывала условия ещё в автобусе, но разобраться в расчётах хотела лично.

Менеджер Наталья Викторовна узнала меня сразу. Она руководила подготовкой нашего банкета и помнила, что для гостей я просила отдельное меню без молочных продуктов.

— У нас изменились обстоятельства, — сказала я, когда мы сели напротив друг друга. — Я не буду проводить эту свадьбу. Хочу отказаться от услуг и получить обратно то, что ещё можно вернуть.

Наталья Викторовна не стала расспрашивать о женихе. Открыла договор, сверила платёж, затем достала расчёт расходов.

— У нас уже оплачены выезд технолога, дегустация, часть индивидуального оформления и подготовка оборудования у подрядчика. Вот документы, всего шестьдесят тысяч рублей. Остальные четыреста пятьдесят тысяч мы сможем вам вернуть после оформления отказа.

Я несколько раз проверила цифры. Шестьдесят тысяч за праздник, которого у меня не будет. Сумма была болезненной. На эти деньги можно было купить хорошую бытовую технику, которую я давно откладывала на потом. Но оставлять Роману весь заказ было бы ещё дороже.

— Если на эту же дату придёт другой заказчик, он сможет заключить собственный договор? — спросила я.

— При свободном времени команды и согласованном меню сможет. Вы не обязаны передавать ему свой договор. Мы закроем ваши обязательства отдельно. Новый заказчик сам выберет услуги, подпишет условия и оплатит заказ.

На столе лежали два варианта сметы. Обычный пакет стоил столько же, сколько мой. Во втором предусматривались дополнительные повара, обслуживание за столами, горячие блюда с приготовлением на площадке и отдельная десертная станция. За всё это просили миллион двадцать тысяч рублей.

Я вспомнила, как Роман рассказывал, что на свадьбе у одного его знакомого подавали блюда «как в настоящем ресторане» и гости до сих пор это обсуждают. Тут же вспомнился его тон на моей кухне: он не допускал мысли, что кто-то посмеет ему отказать.

— Я не буду выбирать услуги за другого человека, — сказала я. — Но, если он обратится к вам, пожалуйста, объясните ему оба варианта и все сроки оплаты. И прежде чем я подпишу отказ, мне нужен окончательный расчёт по моему заказу.

Домой я вернулась с копиями документов и проектом заявления. Руки дрожали уже не от обиды, а от необходимости решиться на потерю шестидесяти тысяч. Меня всё ещё тянуло позвонить Роману и предложить отменить всё без скандала. Потом я перечитала его сообщение: «На встречу приду с Алиной. Не забудь, что ты обещала нормальную свадьбу».

Ничего подобного я Алине не обещала. Встречу мы назначили на двадцать восьмое сентября.

Роман вошёл в переговорную первым, держа телефон у уха. За ним появилась Алина. На вид она была чуть моложе меня, но говорила так, будто они с Романом уже много лет распоряжались всем вместе.

— Мы посмотрели меню, — сказала она Наталье Викторовне. — Старый вариант оставлять не хотим. Мне неприятно праздновать на том, что выбирали до меня. Покажите лучшее, что у вас есть.

Менеджер положила перед ними обе сметы. Я сидела у другого края стола со своими документами. Алина изучала дополнительные позиции, спрашивала о подаче горячего и о персонале. Роман сначала шутил насчёт дорогих блюд, потом заметил общую сумму.

— Миллион двадцать? Наталья Викторовна, вы серьёзно? — спросил он.

— Это полная стоимость выбранного пакета на шестьдесят гостей, — объяснила она. — Сто двадцать тысяч нужно внести при заключении договора. Оставшиеся девятьсот тысяч оплачиваются в день торжества, до начала обслуживания. Наш координатор встретит вас после регистрации в холле ЗАГСа и проводит в соседний банкетный зал. Если платёж к тому времени не поступит, он вручит счёт. Условия напечатаны здесь и в графике платежей.

— Рома, ты же сам говорил, что не собираешься экономить на нашей свадьбе, — напомнила Алина. — Мне не нужен праздник, который другая женщина подготовила для себя.

Он посмотрел на меня, потом выпрямился в кресле.

— Мы берём этот вариант. С деньгами разберёмся.

— С какими именно деньгами? — спросила я. — Надеюсь, ты не имеешь в виду мои?

— Рита, сейчас не время. Я знаю, сколько у тебя на счёте. Позже договоримся, сколько ты добавишь.

Алина замерла с ручкой в руке. Наталья Викторовна отодвинула к Роману его договор и не притронулась к моим бумагам.

— Договариваться нам не о чем, — ответила я. — Свой заказ я отменяю, даже если потеряю часть денег. А вы выбирайте праздник, который готовы оплатить сами.

— Ты намеренно ставишь меня в неловкое положение, — процедил Роман. — При посторонних людях.

— Ты сам выбрал, с кем жениться и на что тратить деньги. Я выбираю только то, что делать со своими.

Наталья Викторовна ещё раз назвала условия. Роман прочитал страницу с ценой, поставил подпись и сразу перевёл сто двадцать тысяч рублей. Я подписала отказ от прежнего договора и получила свой экземпляр расчёта с отметкой о принятии. В новом договоре заказчиком был указан Роман. Теперь наши решения существовали на бумаге отдельно друг от друга.

Уже у двери Роман нагнулся ко мне и сказал вполголоса:

— Ты ещё пожалеешь, что выставила меня скупым перед Алиной. На свадьбе всё равно придётся помочь. Неужели будешь смотреть, как страдают гости?

Я не ответила. В этот раз мне хотелось не выиграть спор, а довести до конца начатое.

В первых числах октября на мой счёт пришли четыреста пятьдесят тысяч рублей. Я сохранила уведомление и подтверждение закрытия договора. Роман продолжал писать: сначала требовал «по-хорошему» вернуть деньги на праздник, затем напоминал, сколько лет мы прожили вместе.

Через несколько дней на работе ко мне подошла коллега, которую мы прежде приглашали на свадьбу. Она неловко поправила ремешок сумки.

— Рита, Роман написал в общем чате гостей, что ты решила оставить всех без ужина. Это правда? Я не хочу вмешиваться, но люди уже спрашивают.

От неожиданности я едва не достала телефон с банковским подтверждением. Так хотелось показать ей все бумаги и разом прекратить разговоры. Но тогда пришлось бы оправдываться перед каждым, кому Роман рассказал свою версию.

— Мой договор закрыт, — ответила я. — Роман заказал новый банкет на своё имя. Я не могу его отменить и не обязана за него платить.

Коллега кивнула, хотя я не знала, поверила ли она. В тот вечер мне было тяжело даже от мысли, что знакомые обсуждают меня без моего участия. А Роман прислал ещё одно сообщение: «До свадьбы успеешь одуматься». Теперь я понимала, что он не просто пугает. Он уже пытается заставить меня платить за собственную репутацию.

Двадцать четвёртого октября я вернулась из магазина с пакетом продуктов. В это время зазвонил телефон. На экране высветилось имя Романа, и я почти сразу услышала голоса нескольких человек, музыку и его раздражённый шёпот.

— Рита, ты понимаешь, что натворила? — спросил он. — Мы ещё в холле ЗАГСа! Координатор встретил нас после регистрации и при матери Алины вручил счёт на миллион. Гости собираются в соседний зал, а без оплаты обслуживание не начнут!

Я поставила пакет на кухонный стол. Роман прислал фотографию счёта: общая сумма миллион двадцать тысяч рублей, к оплате девятьсот тысяч. Под строкой «Заказчик» стояла его фамилия. Я видела ту самую бумагу, которую он получил при гостях.

— Ты сам подписал этот договор, — напомнила я. — Почему теперь требуешь деньги у меня?

— Мне сейчас не нужны разговоры про договор. Переведи хотя бы четыреста пятьдесят тысяч, которые тебе вернули. Остальное я найду. Ты ведь понимаешь, какой позор будет, если мы развернём гостей?

В трубке раздался голос Алины. Она говорила громче мужа, и я разобрала каждое слово.

— Рома, я спрашивала, где ты возьмёшь деньги! Ты уверял, что всё нашёл. Так ты всё это время рассчитывал на Риту? Я ведь перед мамой за тебя поручилась!

— Я сейчас всё улажу, — огрызнулся он, а затем снова обратился ко мне. — Рита, у тебя есть две минуты. Ты ведь не хочешь, чтобы об этом узнали наши знакомые?

Когда-то такая угроза заставила бы меня бросить любую работу и заняться его неприятностями. Но теперь я знала, что в договоре нет ни моего имени как заказчика, ни моей подписи. Даже сам Роман на встрече слышал это дважды.

— Перевода не будет, — сказала я. — Эти деньги мои. Вы выбрали обслуживание на миллион, а не я. Можешь уменьшить заказ, если компания согласится, или обсудить с ней расходы при отказе. Но за тебя я платить не стану.

Он помолчал, потом заговорил тише:

— Я думал, ты хотя бы сегодня не станешь делать из меня посмешище.

— Сегодня ты женился на Алине. Не понимаю, почему платить за это должна женщина, которой ты изменил.

На заднем плане послышался другой голос, женский и более низкий. Алина сказала: «Мама готова дать триста пятьдесят тысяч, но только в долг». Затем спросила Романа, сколько он сможет взять с карты. Я услышала, как он ответил, что триста тысяч проведёт сам, а Алина добавит двести пятьдесят. Кто-то рядом попросил не задерживать гостей на лестнице.

Я сказала, что разговор окончен, и положила телефон экраном вниз. Ещё несколько минут стояла возле стола, перебирая ручки магазинного пакета. Мне было жалко не Романа, а ту прежнюю себя, которая непременно нашла бы выход за всех и потом назвала бы это заботой.

Свадьба состоялась. Я узнала об этом лишь через несколько дней, когда Роман попросил забрать из моей квартиры оставшиеся вещи. Он написал, что придёт за ними в конце недели, и впервые за долгое время не приказал, а спросил, удобно ли мне.

В прихожей стояли две сумки с его одеждой и коробка с документами из салонов. Когда Роман появился, он был в том же пальто, в котором когда-то приходил знакомиться с моей матерью. Только тогда он тщательно поправлял воротник и спрашивал, какое вино принести к ужину. Теперь даже не снял обувь.

— Ты довольна? — спросил он, взглянув на сумки. — У нас с Алиной теперь долги по двум кредитным картам. Её мать потребовала расписку за свой заём. Мы ещё свадебные подарки не разобрали, а уже решаем, кому платить первым. Хорошее начало семейной жизни, правда?

— Я знала, что вы собирались занять эти деньги, — ответила я. — Но решали вы сами.

— Ты прекрасно могла помочь. Тебе же вернули почти всё. Неужели шестьдесят тысяч потерь тебя ничему не научили? Могла бы хоть половину нашего долга закрыть.

Он сказал «нашего» так привычно, что я почти потянулась объяснять, сколько у меня останется после расходов. Словно всё ещё обязана отчитываться перед ним за каждый рубль.

— У тебя теперь другая семья, Роман, — сказала я. — У меня перед ней нет денежных обязательств. Ты прочитал договор, выбрал пакет и настоял на своём. Мои потери остались моими. Твои расходы останутся твоими.

Он посмотрел на коробку, потом на дверь кухни.

— Значит, даже поговорить нормально мы уже не можем? Я всё-таки пять лет здесь прожил.

— Поговорить можем. Но ты снова начинаешь разговор с требования денег. Забирай вещи, и оставь, пожалуйста, ключ.

Роман вынул ключ из кармана и положил на тумбу. Несколько секунд он будто ждал, что я предложу ему остаться на обед или хотя бы спрошу, как теперь будет жить Алина. Я открыла дверь, чтобы ему было удобнее вынести сумки.

Когда он ушёл, я проверила, все ли его вещи забраны, и перевела возвращённые четыреста пятьдесят тысяч на вклад, открытый только на моё имя. На экране появилась строка с суммой. До этого дня я много лет мысленно прибавляла к любой покупке вопрос, понравится ли она Роману. Теперь впервые выбрала срок вклада, не думая о его планах.

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!:

– Я женюсь на другой, а ты оплатишь банкет! – я отпила вина, и в ЗАГСе им вручили счет на миллион