— На дачу к твоей матери я больше не поеду. Нужна бесплатная рабочая сила — бери сестру, — заявила Валерия

Валерия сразу поняла: завтрашние планы отменяются.

А ведь они собирались наконец купить шкаф в прихожую. Старый перекосило ещё зимой, одна дверца закрывалась только с ноги, а вторая держалась исключительно благодаря аккуратному обращению. После магазина хотели пообедать в кафе, погулять и провести майский выходной вдвоём.

— Мама звонила, — сообщил Артём, укладывая перчатки в сумку. — Просила завтра подъехать. Там дел всего на пару часов.

— А шкаф?

— В воскресенье посмотрим.

— Мы и в прошлое воскресенье собирались.

— Лер, ну что ты начинаешь? Маме тяжело одной. Немного поможем, потом шашлыки пожарим.

Валерия посмотрела на сапоги.

За последние годы она успела выучить одну особенность семейного языка Артёма: слово «немного» у них означало совершенно неопределённый объём работы. Иногда до обеда, иногда до темноты. А выражение «потом отдохнём» обычно произносилось уже в машине по дороге домой.

Дача Галины Павловны находилась в семидесяти километрах от города. Шесть соток, небольшой домик с верандой, теплица, две яблони, смородина, малина и множество грядок.

Земля принадлежала свекрови. Она сама распоряжалась участком, выбирала посадки и решала, кому раздавать урожай.

Первые два года Валерия ездила туда с удовольствием.

Утром можно было позавтракать на веранде, днём сходить к озеру, вечером посидеть возле мангала. Если требовалось прополоть клубнику или собрать смородину, она спокойно помогала. Галина Павловна тогда даже останавливала её:

— Хватит, Валерочка. Ты отдыхать приехала.

Но постепенно всё изменилось.

Сначала появилась дополнительная грядка под морковь. Потом свекровь решила выращивать побольше помидоров. Следом понадобились новые кусты клубники, ещё одна полоса картофеля и кабачки.

Особенно кабачки.

Их в семье никто особо не любил. Артём соглашался съесть оладьи раза два за лето, Валерия добавляла кабачок в рагу, а Галина Павловна продолжала выращивать их с таким упорством, словно от количества плодов зависело продовольственное благополучие области.

Вместе с посадками увеличивалось и количество работы.

Теперь к приезду сына и невестки свекровь готовила перечень дел. Валерии доставались теплица, ягоды, уборка дома, мытьё банок и заготовки.

Артём занимался техникой и тяжёлыми работами. Мог полдня возиться с насосом или косилкой, но чаще справлялся значительно быстрее. После этого считал свой вклад завершённым и отправлялся заниматься мангалом.

— Я же насос починил, — удивлялся он, когда жена просила помочь собрать смородину.

Насос действительно работал. Только смородина от этого сама в ведро не перемещалась.

Была у Артёма и младшая сестра Ксения.

Тридцатичетырёхлетняя Ксения работала в страховой компании, воспитывала двоих детей и обладала замечательным талантом приезжать на дачу именно тогда, когда основная работа уже закончена.

Весной у неё обычно не получалось.

То детям требовалось куда-то ехать, то муж Роман работал, то болела спина. Однажды автомобиль Ксении два выходных подряд стоял в автосервисе, зато в воскресенье вечером чудесным образом оказался исправен как раз к раздаче помидоров.

Летом препятствия исчезали.

Ксения любила фотографироваться возле цветущей яблони, хотя для этого иногда приходилось приезжать ещё в мае. В июле она охотно собирала готовую клубнику, а в августе увозила огурцы, кабачки и банки с заготовками.

Причём делала это вполне искренне, без ощущения, что пользуется чужим трудом.

В её представлении мать выращивала овощи для всей семьи. А семья, соответственно, имела право их получать.

Галина Павловна придерживалась похожего мнения.

— Вы же оба мои дети, — объясняла она Артёму. — Как я одному больше дам, а другому меньше?

Поэтому осенью овощи и заготовки распределялись между сыном и дочерью примерно поровну.

Правда, существовала небольшая подробность: свою половину Артём получал преимущественно благодаря труду жены.

Особенно Валерии запомнилось прошлое лето.

Два выходных подряд она пропалывала клубнику. Потом вместе со свекровью собирала ягоды, а вечером сидела на веранде, перебирая их для варенья.

Ксения не приехала ни разу. У детей были соревнования, потом семейная поездка.

Но через два дня после сбора ягод Галина Павловна передала дочери пять килограммов самой красивой клубники.

— Ребятишки любят, пусть поедят свеженькой.

Валерии досталась миска мягких, местами помятых ягод.

— Эти на варенье пустишь. Они уже долго не пролежат.

Валерия тогда ничего не сказала свекрови.

Зато вечером спросила мужа:

— Тебя не удивляет, что клубнику собирала я, а домой её увезла Ксюша?

— Ну мама же сама решила, кому сколько дать.

— Я заметила.

— Да ладно тебе. У Ксюши дети.

— А у меня выходных нет?

Артём не понял, при чём здесь выходные.

— Ты же не ради клубники туда ездишь.

И это была правда.

Валерия действительно ездила не ради ягод, огурцов или банок. Она хотела нормальных отношений с семьёй мужа. Только всё чаще эти отношения почему-то требовали от неё тяпки, ведра и способности безропотно проводить свободное время на чужом огороде.

Тогда Валерия впервые всерьёз задумалась: если хозяйка вправе распоряжаться своим урожаем, почему её собственное время считается общесемейным имуществом?

Но окончательный ответ пришёл только следующей весной.

В субботу они приехали на дачу около девяти утра.

Галина Павловна встретила их возле калитки в рабочем переднике. На веранде уже стояла большая кастрюля с замаринованным мясом.

— Сегодня все собираемся, — довольно сообщила она. — Ксюша с Романом тоже обещали приехать.

Валерия даже обрадовалась. Если вся семья будет вместе, возможно, получится действительно отдохнуть.

Однако после чая свекровь достала листок с делами.

Требовалось посадить картошку, подвязать малину, перекопать грядку под кабачки и разобрать сарай. Заодно следовало подготовить теплицу к высадке огурцов в следующие выходные.

— А шашлыки? — осторожно спросила Валерия.

— Так после работы и пожарим. На свежем воздухе аппетит хороший.

К одиннадцати утра Валерия уже успела натаскать земли для грядок, выбрать прошлогодние корни и заняться малиной.

Артём вскопал участок под картофель, помог матери с посадкой, потом отправился разбираться с дверью сарая.

Галина Павловна тоже работала. Сидела на низкой скамеечке, перебирала посадочный картофель, понемногу сажала, но часто останавливалась из-за больных коленей.

Валерия видела, что свекрови действительно тяжело.

Не понимала только, зачем человеку, которому тяжело справляться с шестью сотками, каждый год увеличивать количество посадок.

Ксения приехала около половины первого.

Из машины вышла в светлом спортивном костюме и совершенно новых кроссовках. Следом появились Роман и дети.

— Ой, а вы уже всё начали? — удивилась золовка.

Валерия выпрямилась возле грядки.

— Мы тут с девяти.

— А мы торт выбирали. Мам, посмотри, какой красивый!

Ксения принесла коробку на веранду, затем направилась к яблоне, которая как раз цвела.

— Ром, сфотографируй меня здесь!

Она поправила волосы, выбрала удачный ракурс, потом попросила мужа переснять кадр, потому что на первом снимке из-за ветки получилась странная причёска.

Валерия в это время перетаскивала ведро с землёй.

Через несколько минут Ксения заглянула к ней.

— Лер, а ты чего в перчатках? Уже картошку посадили?

— Почти.

— Молодцы! Я бы помогла, но у меня кроссовки новые. Видишь, какие светлые? Жалко испортить.

— Очень предусмотрительно ты их сегодня надела.

Ксения улыбнулась, не заметив ничего особенного в ответе.

— Да я вообще не думала, что здесь копать придётся. Мама же на шашлыки пригласила.

Валерия посмотрела на золовку.

Получалось, Ксения приехала по тому же приглашению, что и они с Артёмом. Только одним достался праздничный стол, а другим — подготовительные работы.

К двум часам картошку наконец посадили.

Роман занялся мангалом, Артём отправился помогать ему с углями. Ксения накрывала стол, доставала привезённый торт, фотографировала детей.

Валерия успела умыться и переодеться в чистую футболку.

Шашлык оказался вкусным. Галина Павловна рассказывала про соседей, Роман вспоминал смешной случай с работы, дети носились вокруг дома.

На какое-то время Валерия даже решила, что зря сердится.

Но после обеда свекровь попросила её зайти в летнюю кухню.

— Лерочка, там после зимы всё пыльное. Ты бы столы протёрла, шкафчики помыла. И банки посмотри, какие целые. Мне надо знать, сколько ещё докупить.

— А Ксюша?

— Так она уже собралась домой. У детей завтра дела.

Валерия вышла во двор.

Ксения действительно складывала вещи в багажник. Рядом стоял ящик с рассадой цветов, которую приготовила ей мать, банка солёных грибов и несколько банок прошлогодних огурцов.

— Мам, а варенье малиновое ещё осталось? — спросила Ксения.

— Нет, всё разобрали.

— Жалко. Нам в прошлом году мало досталось.

Валерия вернулась в летнюю кухню.

Она помыла столы, разобрала банки, вытерла полки. Артём в это время помог Роману убрать мангал, после чего мужчины устроились на скамейке.

Когда Валерия закончила, было почти шесть вечера.

До озера они опять не дошли.

По дороге домой Артём рассуждал, как хорошо провели день.

— Мама довольная. Мясо отличное получилось. И картошку посадили.

Валерия сидела рядом и смотрела на мелькавшие за окном деревни.

— Ты заметил, сколько Ксюша сегодня работала?

— Она стол накрывала.

— А я что делала?

— Ну ты матери помогала.

— Вот именно. А Ксюша приехала в гости.

Артём некоторое время молчал.

— Лер, зачем ты сравниваешь? У всех свои обстоятельства.

— У меня обстоятельства тоже имеются. Например, я хотела сегодня шкаф выбрать. И отдохнуть.

— В следующие выходные съездим.

Валерия не стала спорить.

За несколько лет она успела убедиться, что разговоры о справедливости муж воспринимает как претензии к матери и сестре. А объяснения про усталость — как обычное нежелание возиться с землёй.

В этот раз она решила не объяснять. Просто изменить собственное участие.

В среду вечером Артём за ужином сообщил, что мать опять ждёт их в субботу.

— Огурцы надо в теплицу посадить, дрова разобрать. И банки мама просила подготовить.

Валерия положила вилку.

— Я не поеду.

— Почему?

— Потому что не хочу.

Артём оторвался от телефона.

— Лер, там же дел полно.

— Я знаю.

— Мама одна не справится.

— Тогда нужно либо уменьшать количество посадок, либо делить работу на всех.

— Ты сейчас опять про Ксюшу?

— В том числе.

— Ну у неё двое детей.

— У неё ещё муж, выходные и две здоровые руки.

Артём вздохнул.

— И что ты предлагаешь?

— На дачу к твоей матери я больше не поеду. Нужна бесплатная рабочая сила — бери сестру. Пока там вместо отдыха обязательная работа, меня не рассчитывайте.

— Из-за нескольких грядок устроила целую историю.

— Вот и прекрасно. Раз грядок несколько, вы быстро справитесь.

Муж решил, что жена просто обиделась.

В четверг он несколько раз упоминал, какая на субботу обещается хорошая погода.

В пятницу спросил, где лежат её рабочие перчатки.

— Там, где я их оставила после прошлой субботы.

— Ты серьёзно не едешь?

— Серьёзно.

— Ну и ладно.

Он произнёс это с таким видом, будто собирался самостоятельно построить загородный дом и не нуждался в советах.

Утром Артём уехал один. Бензин для этой поездки оплатил со своей карты: Валерия заранее сказала, что больше не хочет оплачивать из общего бюджета поездки, в которых сама не участвует.

А она впервые за долгое время проснулась без будильника.

Позавтракала, разобрала вещи в прихожей, выбрала на сайте магазина шкаф, размеры которого они с мужем согласовали ещё в апреле. Оформила доставку и сборку, оплатив покупку из денег, которые они заранее вместе отложили именно на мебель.

Потом встретилась с подругой в кафе.

Телефон молчал до половины двенадцатого.

Первое сообщение от Артёма пришло короткое:

«А банки обязательно сегодня мыть?»

Валерия улыбнулась.

«Не знаю. Это у вашей семьи надо спрашивать».

Через час он позвонил.

— Слушай, а огурцы на каком расстоянии сажают?

— Мама не знает?

— Знает. Только у неё каждый год по-разному получается. Я думал, ты помнишь.

— На пакетике с семенами посмотрите. Там написано.

Муж помолчал.

— Понятно.

Вечером он вернулся около девяти.

Валерия сначала даже не узнала его походку. Обычно после дачи Артём бодро заносил сумки и шёл принимать душ. Сейчас он медленно разулся, сел на пуфик и некоторое время рассматривал собственные ладони.

— Есть будешь? — спросила жена.

— Буду. Только сначала посижу.

Оказалось, день выдался насыщенным.

Сначала Артём починил защёлку на воротах. Работа заняла минут сорок, после чего он уже собирался разводить мангал.

Но Галина Павловна напомнила про теплицу.

Пришлось полоть, рыхлить землю, высаживать огурцы, поливать. Потом выяснилось, что дрова лежат не там, где нужно, а банки после зимы покрыты пылью.

Мать помогала насколько могла, но большую часть времени руководила работами со скамейки.

Ксения на просьбу приехать ответила, что у детей праздник и они никак не успеют.

— Я ей говорю, ну приезжай хотя бы вечером банки помыть, — рассказывал Артём. — А она отвечает, что вечером детям надо отдыхать перед воскресеньем.

— Разумно, — согласилась Валерия.

— Чего разумного? Я там целый день один!

Валерия отставила тарелку.

— Ты не один. Мама же была.

— Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду.

— Понимаю.

Он поел и почти сразу лёг спать.

Впервые за много лет после дачи Артём ни разу не сказал, что они «немного помогли маме».

В следующие выходные Галина Павловна опять позвонила сыну.

Огурцы прижились, но требовалось привести в порядок оставшиеся грядки, заняться рассадой помидоров и подготовить землю под поздние посадки.

Артём сразу предупредил, что Валерия не приедет.

На этот раз свекровь позвонила дочери сама.

Ксения сначала предложила приехать в воскресенье вечером.

— В воскресенье вечером уже ничего не нужно, — объяснила мать. — Мне работать надо, Ксюша, а не овощи по машинам раскладывать.

Эти слова дались Галине Павловне непросто.

Она любила обоих детей и долго не хотела признавать, что сама приучила их к разному участию в дачной жизни.

Ксения всё-таки приехала в субботу.

На этот раз без светлого костюма.

Артём занимался дровами и поливом, сестра вместе с матерью работала в теплице, разбирала рассаду и полола грядки.

К обеду Ксения успела несколько раз спросить, нельзя ли закончить пораньше.

— А мы, оказывается, половину участка зря засадили, — сообщила она брату. — Тут же всё лето работать придётся.

— Представляешь, — отозвался Артём.

Уже вечером сестра позвонила Валерии.

— Слушай, а ты правда раньше сама все эти банки мыла?

— Не все. Мама тоже помогала.

— Я сегодня сорок штук перемыла. У меня пальцы как после целого дня уборки.

— Знакомое ощущение.

— Так почему ты раньше ничего не говорила?

Валерия чуть не рассмеялась.

— Ксюша, я говорила. Ты в прошлом июле ответила, что у тебя спина болит и тебе нельзя долго стоять.

На том конце несколько секунд было тихо.

— Ну спина действительно болела.

— Я и не спорю.

Ксения больше не стала обсуждать прошлое.

Зато в следующие выходные снова поехала к матери.

И после второго рабочего дня неожиданно предложила семейное совещание.

Собрались на веранде после обеда.

Ксения принесла листок, на котором посчитала, сколько растений свекровь собирается высадить.

— Мам, зачем тебе двадцать кустов помидоров? Ты же сама жалуешься, что потом не знаешь, куда их девать.

— Зато свои.

— Свои — это прекрасно. Но мы с Ромой свежие едим, Артём тоже. А ты потом до октября с банками возишься.

— Вы зимой соленья берёте.

— Берём, — согласилась Ксения. — Только я в прошлом году половину банок обратно привезла. Мы столько не съедаем.

Галина Павловна удивилась.

Она действительно не знала об этом.

До сих пор ей казалось, что дети с удовольствием забирают всё выращенное. А значит, каждый год нужно сажать не меньше, чем в предыдущий.

Артём поддержал сестру.

— Мам, картошка тоже лишняя. Мы её почти не едим. Два мешка потом всю зиму в кладовке стоят.

— Но вы же просили свою.

— Я лет пять назад говорил, что домашняя вкуснее. Не знал, что после этого мы будем каждый май засаживать столько картошки.

Ксения предложила оставить в теплице только часть помидоров. Остальную рассаду отдать соседям. Кабачки в этом году вообще не сажать, а картошку, уже посаженную в мае, осенью собрать и на следующий год отказаться от такой большой грядки.

— А если вам зимой овощей захочется? — спросила мать.

— В магазин сходим, — ответил Артём.

Галина Павловна покачала головой.

Для неё отказаться от части грядок было почти как выбросить хорошие продукты. Она выросла в семье, где огород кормил всех, а пустая земля считалась непозволительной роскошью.

Но теперь ей было за шестьдесят, колени болели всё сильнее, а дети действительно не могли каждый выходной посвящать даче.

Впервые она услышала не привычное «посадим побольше, потом разберёмся», а вполне конкретное предложение сделать участок удобным для жизни.

— И что, половина земли пустовать будет?

— Почему пустовать? — возразила Ксения. — Можно траву посеять. Поставить нормальные кресла. Ты же сама хотела возле яблони место для отдыха.

— Кресла… — задумчиво повторила мать. — А поливать кто будет?

— Мам, кресла поливать не надо, — терпеливо объяснил Артём.

Галина Павловна сначала посмотрела на сына, потом рассмеялась.

И, кажется, именно после этого согласилась.

В середине июня Артём предложил Валерии съездить на дачу.

— Просто в гости, — сразу уточнил он. — Мама зовёт чай попить. Мы с Ксюшей с утра грядки доделаем, а ты можешь к обеду приехать со мной или вообще остаться дома.

Валерия удивилась не приглашению, а тому, что муж впервые предложил ей выбор.

Она согласилась.

В субботу Артём с утра работал с сестрой, а Валерия приехала к обеду на электричке и автобусе. Дальше муж встретил её на остановке неподалёку от садоводства.

На участке многое изменилось.

Часть земли, которую собирались отдать под кабачки, выровняли. В теплице оставили меньше помидоров, чем планировала Галина Павловна. Свободную площадку возле яблони готовили под садовую мебель.

Свекровь сначала немного смущалась.

— Валерочка, ты не думай, мы тут уже почти всё сделали.

— Я и не думаю, Галина Павловна. Если нужна помощь, скажите. Пару часов могу поработать.

Она помогла собрать клубнику, которую начали давать ранние кусты, затем полила цветы.

После этого вымыла руки и села на веранде с книгой.

Никто не принёс ей список дополнительных дел.

Никто не спросил, почему она сидит.

Артём даже сам приготовил чай.

Через полчаса приехала Ксения с детьми. Она привезла выпечку, немного посидела, потом пошла с матерью смотреть смородину.

— Мам, только в этом году не надо варить тридцать банок варенья, — предупредила она. — Мы столько не съедим.

— Сколько соберём, столько и будет.

— Вот это уже хороший подход.

Валерия слушала их разговор и подумала, что люди иногда способны договориться удивительно быстро. Особенно после того, как перестают рассчитывать на бесконечное терпение одного человека.

К середине июля дача стала заметно спокойнее.

Артём и Ксения заранее договаривались о работе. Если требовалось покосить траву или что-то починить, приезжал Артём. С прополкой и ягодами помогала Ксения, иногда с Романом. Галина Павловна больше не пыталась за один выходной выполнить месячную программу.

И урожай теперь распределяли иначе.

Мать по-прежнему угощала внуков ягодами и старалась каждому что-нибудь передать. Но основные заготовки разбирали те, кто участвовал в сборе и приготовлении. Остальное она оставляла себе или раздавала соседям.

Однажды Ксения сама предложила Валерии взять побольше клубники.

— Ты же помогала собирать. И вообще, в прошлом году мы с этими ягодами некрасиво поступили.

— Да ладно, Ксюша.

— Нет, правда. Я тогда даже не представляла, сколько там возни.

Валерия взяла небольшой контейнер.

— Нам столько хватит. Остальное детям оставь.

— Точно?

— Точно. Я ведь и раньше не против детей была. Я против того, чтобы мне за них ещё две грядки полоть приходилось.

Ксения засмеялась.

С того времени они стали общаться значительно проще. Без прежней неловкости и необходимости делать вид, что всё всех устраивает.

Артём тоже изменился, хотя никаких торжественных обещаний не давал.

В один из июльских вечеров Галина Павловна позвонила и попросила приехать в субботу — хотела переставить тяжёлую садовую скамейку.

Артём посмотрел на жену, потом на календарь.

— Мам, в субботу мы в гости идём. Я в воскресенье заеду на пару часов, переставлю. Остальное потом.

Валерия удивлённо подняла брови.

Раньше муж немедленно согласился бы на субботу, а потом сообщил ей, что планы изменились.

Теперь он даже не попытался передвинуть чужую просьбу поверх их общего выходного.

Валерия ничего не сказала.

Просто продолжила нарезать овощи для ужина.

Но Артём заметил её улыбку.

— Что?

— Ничего. Просто воскресенье действительно подходит.

В августе Галина Павловна пригласила всю семью на шашлыки.

На этот раз приглашение оказалось настоящим.

Утром Артём покосил дорожки, Ксения собрала огурцы, Роман занялся мангалом. Валерия помогла свекрови нарезать овощи и накрыть стол.

После обеда все сидели возле яблони.

Дети играли на свободной площадке, где раньше собирались посадить очередную партию кабачков.

Галина Павловна смотрела на них и задумчиво говорила, что давно не видела свой участок таким просторным.

— Даже странно, — призналась она. — Столько лет всё старалась посадить побольше. А сегодня сижу, и ничего срочно делать не надо.

— Вот видишь, мам, — сказал Артём. — Можно же просто отдыхать.

Ксения усмехнулась.

— Особенно когда не надо выращивать кабачки для людей, которые их не едят.

— А ведь правда, — спохватилась Галина Павловна. — В прошлом году почти двадцать килограммов раздала. Кому по три, кому по пять. И ещё сама несколько штук всю осень перекладывала.

— Мне семь досталось, — вспомнил Артём.

— Шесть, — поправила Валерия. — Один ты сразу отдал соседу.

— Значит, соседу повезло больше всех.

Все рассмеялись.

Валерия посмотрела на мужа.

За это лето они ни разу не поссорились из-за дачи. Шкаф в прихожей давно стоял на месте, дверцы нормально закрывались. По выходным супруги снова выбирались в кафе, гуляли, иногда оставались дома и ничего полезного не делали.

А на дачу она приезжала теперь охотно.

Не потому, что её убедили, пристыдили или напомнили о семейном долге.

Просто там снова стало приятно находиться.

Перед отъездом Галина Павловна собрала Валерии небольшой пакет огурцов и несколько помидоров.

— Больше не буду накладывать, — предупредила она. — Сколько съедите, столько и берите.

— Вот столько в самый раз, спасибо.

Ксения в это время фотографировала детей возле яблони.

На этот раз она была в обычных старых кроссовках, на которых остались следы земли после утренней работы.

— Ксюша, — окликнул её Артём, — а ты чего не в красивых?

— Красивые теперь только на праздники надеваю.

— Так у нас сегодня праздник.

— Вот именно. Я уже с утра поработала, теперь имею право праздновать.

По дороге домой Валерия вспомнила, как ещё недавно каждый август у них на кухне лежала гора кабачков, которые приходилось раздавать знакомым, добавлять во все блюда подряд и в конце концов выбрасывать.

В этом году кабачков не было вообще.

Галина Павловна не посадила ни одного куста.

И самое удивительное — никто за всё лето ни разу не пожаловался, что ему не хватает кабачков.

Оказалось, семейная любовь к домашним овощам сильно зависела от того, кому приходится их выращивать.