— Доставай карту, у нас восемнадцать гостей, не позорь семью! — прикрикнул деверь в ресторане, куда нас с мужем даже не звали.
Ольга как раз застёгивала ремешок на сумке, стоя у входа в банкетный зал, и от этого окрика невольно замерла. Официант с тяжёлым подносом пустых фужеров посторонился у неё за спиной, делая вид, что изучает салфетки на соседнем столике. В зале пахло горячим шашлыком, чесночным соусом и дорогим парфюмом, который невестка, видимо, вылила на себя ещё дома перед выходом.
На длинном столе уже стояли три полупустые бутылки коньяка, тарелки с осетриной и здоровенный двухъярусный торт с золотой надписью «С юбилеем, Жанна!». Восемнадцать человек, половина из которых были коллегами жены деверя и её двоюродными сёстрами из области, дружно обернулись в сторону двери.
— Артём, ты вообще соображаешь, что несёшь? — спокойно, но так, что слышно было до конца стола, спросила Ольга. — Мы сюда заехали на пять минут передать от матери пакет с соленьями и конверт, потому что вы сами трубку не брали. Какая карта?
— Обычная, банковская! — Артём шагнул ближе, от него крепко пахло коньяком и самодовольством. — У тебя с мужем своя точка на рынке и две газели в аренде, не прибедняйся. А у нас с Жанной ипотека, двое детей в секции ходят. И вообще, вы как старшие должны были сами предложить закрыть банкет, раз уж всё равно припёрлись в ресторан!
Звонок среди субботы
Ещё в десять утра этого субботнего дня Ольга никуда ехать не собиралась. Она спокойно разбирала накладные на кухне, пила кофе из большой кружки и слушала, как муж Андрей возится в коридоре с зимними ботинками.
Зазвонил телефон — свекровь, Вера Николаевна.
— Оля, выручай, — затараторила она в трубку. — У Жанны сегодня тридцать пять, они в «Старой мельнице» стол заказали на пять часов. Я с утра банки с грибами и лечо приготовила, да давление скакнуло, не дотащу. Заберите у меня и закиньте им в ресторан, а? А то неудобно, они так просили домашних грибочков к столу.
— Вера Николаевна, так нас же Артём не приглашал, — удивилась Ольга. — Они ещё неделю назад сказали, что отмечают узким кругом, только с Жанниными подругами.
— Ну да, места там мало было, они только своих звали, — замялась свекровь. — Но зайти-то на минутку, поздравить и банки отдать можно же! Заодно от меня конвертик передадите, я туда пять тысяч положила.
Андрей тогда только плечами пожал: мать просит — значит, заедем по дороге на склад, отдадим сумку и поедем дальше по делам. Они даже оделись по-простому: Ольга в тёмных брюках и тёплом трикотажном платье, Андрей в обычном джемпере и джинсах. Никто и не собирался садиться за чужой стол.
Но когда они вошли в холл «Старой мельницы» и заглянули в малый зал, их заметила Жанна — именинница, раскрасневшаяся и в блестящем платье. Увидев в руках у Андрея увесистый пакет, она тут же махнула рукой: «Ой, заходите, поставьте в уголок!» А через две минуты рядом уже нарисовался Артём — не с «спасибо», а с кожаной папкой счёта, которую официант как раз принёс к соседнему столику для сверки промежуточного чека.
Скандал на глазах у восемнадцати гостей
— Значит так, — Артём без стеснения сунул чек почти под нос Андрею, который ещё даже куртку не снял. — Тут на сто сорок две тысячи набежало, плюс десять процентов за обслуживание. Итого сто пятьдесят шесть. Мы с Жанной рассчитывали тысяч на семьдесят, но народ пошёл горячее заказывать, напитки… Короче, Андрюх, давай по-братски: ты старший, доход у тебя нормальный, закрой счёт. А мы тебе потом, как с премией разберёмся, половину вернём. Когда-нибудь.
Андрей медленно перевёл взгляд с брата на бумажку, потом на Ольгу.
— Артём, ты выпил лишнего или головой ударился? — тихо, но жёстко сказал он. — Мы здесь даже воды не попили. Нас в этом списке гостей вообще не было. Ты нас на праздник не позвал, зато счёт принести не постеснялся?
В зале сразу стало тихо, только на кухне за дверью гремела посуда. Жанна поднялась со своего места, подбоченилась и громко, на весь зал, фыркнула:
— Ну вот, я же говорила, Артём! Зря ты у них просил! Они за каждую копейку удавятся. Сидят на своих машинах, в Турции летом были, а родному брату на юбилей жены жалко помочь! Зачем тогда вообще притащились со своими банками? Подавиться ими, что ли?
Ольга почувствовала, как к щекам приливает жар — не от стыда, а от такой наглой, неприкрытой хамской выходки. За соседним столом кто-то из подруг Жанны хихикнул в бокал, а двоюродная сестра начала снимать происходящее на телефон.
— Послушай, Жанна, — Ольга поставила пакет с банками на край свободного стула так, что стекло звякнуло. — В Турции мы были за свои деньги, которые Андрей зарабатывает с шести утра без выходных, пока вы с Артёмом в субботу до обеда спите. И приехали мы сюда только по просьбе Веры Николаевны — передать её грибы и её пять тысяч. Но раз тебе банки не нужны, а счёт вы не рассчитали, так это ваши проблемы. Нечего было заказывать осетрину и дорогой коньяк, если в кармане ветер.
— Да кто ты такая, чтобы мне указывать, что заказывать?! — сорвался на крик Артём, стукнув ладонью по краю стола так, что подпрыгнули вилки. — Пришла в обносках, в приличный зал влезла и ещё нотации читает! Не хочешь платить — выметайся отсюда вместе со своими склянками, нищеброды! Нам такие родственники задаром не сдались!
Разговор, о котором забыл деверь
К столику уже торопился администратор ресторана — высокий мужчина в строгом жилете, явно обеспокоенный шумом.
— Уважаемые гости, прошу не повышать голос, у нас в соседнем зале тоже мероприятие, — вежливо, но твёрдо вмешался он. — Если есть вопросы по счёту, давайте решим спокойно.
— Нет у нас с ними никаких вопросов по счёту, — спокойно ответил Андрей, придерживая Ольгу за локоть. — Счёт открыт на имя Артёма, заказ делали его гости. Мы в этом банкете не участвуем.
Но тут Артём, видимо, окончательно потеряв тормоза от выпитого и от того, что перед друзьями Жанны выставил себя не в лучшем свете, ухватил Андрея за рукав куртки:
— Нет, стой! Ты куда пошёл? Ты мне с прошлой весны обещал помочь с ремонтом крыши на даче и не приехал! Вот и отрабатывай деньгами! Или ты сейчас прикладываешь карту к терминалу, или можешь забыть, что у тебя есть брат и мать!
Андрей аккуратно, но очень резко отцепил пальцы брата от своей куртки.
— Руки убери, Артём. Про крышу не ври: я тебе в мае три пачки профнастила привёз и отдал бесплатно, а ты его продал через объявление, чтобы телефон новый купить. Я тогда промолчал ради матери. Но сейчас ты берега попутал окончательно.
— Подожди, Андрей, — вдруг вмешалась Ольга. Она достала из сумки телефон, открыла переписку в мессенджере и повернула экран к администратору и к стоявшим рядом гостям. — Мне тут нечего скрывать. Пусть вся ваша компания посмотрит, кто тут на самом деле «приживалка».
Она перелистнула пару сообщений и нажала кнопку воспроизведения голосового сообщения, включив громкую связь. Из динамика отчётливо прозвучал голос самого Артёма, записанный ещё в четверг вечером:
«Мам, ну ты не зови Андрея с Олькой в субботу, я тебя умоляю. Они опять начнут сидеть с кислыми минами, а нам нужно нормальных людей посадить — шефа Жанниного и ребят с работы. Скажи им, что мест нет. А если что, я в субботу вечером их как-нибудь раскручу на часть чека, у них деньги всё равно водятся, не обеднеют…»
В зале повисла такая тишина, что слышно было, как шипит кофемашина на барной стойке. Голосовое сообщение свекровь переслала Ольге по ошибке в пятницу утром вместо рецепта маринада — и тут же удалила у себя, но у Ольги оно сохранилось в телефоне, и она даже не собиралась его никому показывать, если бы не этот цирк.
Жанна побледнела и медленно опустилась на стул. Подруги, ещё минуту назад хихикавшие в бокалы, вдруг уставились в свои тарелки. А двоюродная сестра, которая снимала скандал на телефон, поспешно убрала его в сумочку.
— Ты… где ты это взяла? — просипел Артём, мгновенно протрезвев.
— Твоя мама перепутала чаты вчера утром, — ровно ответила Ольга, убирая телефон обратно в сумку. — Я подумала, что ты просто сгоряча сболтнул. Но ты, оказывается, всё заранее спланировал: и не звать, и деньги с нас вытрясти на глазах у чужих людей, чтобы нам неудобно было отказать.
Точка в банкетном зале
— Молодой человек, — строго обратился администратор к Артёму. — Промежуточный счёт на сто пятьдесят шесть тысяч рублей действительно оформлен на вас. Ваших родственников в бронировании не было, и к столу они не садились. Прошу вас оплатить заказ самостоятельно или внести аванс прямо сейчас, чтобы не задерживать обслуживание.
— Какой аванс?! — взвизгнула Жанна, вскакивая снова. — Артём, ты же сказал, что у тебя всё схвачено и брат поможет! Откуда у нас сейчас сто пятьдесят тысяч?! У меня на карте сорок, и всё!
— А я откуда знал, что они такие… — начал было Артём, но осёкся под взглядом шефа Жанны, который сидел во главе стола. Мужчина лет пятидесяти в сером пиджаке молча положил салфетку на тарелку, взял свой пиджак со спинки стула и поднялся.
— Извините, Жанна Владимировна, но мне, пожалуй, пора, — сказал он сухо. — Неловко как-то получилось. Спасибо за угощение, до понедельника.
За ним потянулись ещё четверо коллег, явно не желающих оставаться в центре семейной разборки за чужой счёт. Праздник рассыпался на глазах за какие-то три минуты.
Андрей молча взял со стула пакет с банками, достал из кармана конверт от матери и положил его на край стола рядом с перевёрнутой рюмкой.
— Вот конверт от мамы, — сказал он тихо. — Там её пять тысяч. А банки я отвезу обратно, раз они вам в тягость. И больше с такими просьбами ко мне не подходи — ни по счетам, ни по даче.
Ольга и Андрей вышли из ресторана на свежий ноябрьский воздух. На улице уже темнело, горели фонари, и моросил мелкий дождь. Они сели в машину, Андрей завёл мотор и несколько секунд просто сидел, держась за руль.
— Слушай, а ты давно это сообщение сохранила? — спросил он наконец.
— Вчера утром. Всё думала — говорить тебе или не расстраивать перед выходными. Хорошо, что не удалила.
Андрей усмехнулся, включил фары и выехал со стоянки. По дороге они заехали к Вере Николаевне, спокойно вернули ей пакет с грибами и без лишних подробностей сказали, что праздник там в самом разгаре и банки просто некуда было ставить. А вечером дома Ольга заварила свежий чай, открыла ноутбук и перевела те деньги, которые они обычно откладывали на общие семейные подарки родственникам, на отдельный счёт — на весеннюю замену теплицы на их собственном участке. Пусть каждый теперь платит за свои банкеты сам.
– Какие еще личные накопления? У мужа и жены все общее! – супруг уже раскатал губу на мои сбережения