Первой со стула вскочила сестра Людмилы Павловны.
Она схватила со стола пачку салфеток и протянула Марии. По тёмно-зелёному платью от плеча до пояса стекал ягодный компот.
Андрей молча вынул кувшин из руки матери и поставил его на дальний край стола.
За столом сидели двенадцать человек, и вдруг стало слышно, как на кухне работает холодильник.
— Ну что вы все замерли? — первой сказала Людмила Павловна. — Подумаешь, компот. Платье постирается.
Андрей посмотрел на жену.
— Маш, поехали домой.
На кухню уже внесли аванс
Людмиле Павловне исполнялось шестьдесят. Юбилей она решила отмечать дома.
Квартира позволяла, гостей было немного — сестра с мужем, две двоюродные родственницы, старые друзья семьи. Столы сдвинули в гостиной, еду частично заказали, часть Людмила Павловна приготовила сама.
Последние месяцы она почти только о новой кухне и говорила.
Старому гарнитуру было лет пятнадцать. Возле мойки разбухла столешница, одна дверца закрывалась только если её приподнять рукой.
Весной Людмила Павловна наконец выбрала новую кухню на заказ.
Мария даже ездила с ней в салон.
Один раз они почти три часа выбирали фасады. Потом свекровь передумала насчёт ручек, захотела шкафы до потолка и решила взять более дорогую столешницу.
После окончательного расчёта вышло около восьмисот тысяч рублей.
Людмила Павловна внесла из своих накоплений аванс — 160 тысяч. Оставшиеся 640 тысяч Андрей обещал дать перед запуском заказа в производство.
С Марией они это обсудили заранее.
Деньги брали из семейных накоплений, поэтому Андрей сразу спросил жену:
— Ты нормально к этому относишься?
— Если можем себе позволить, помоги маме. Только потом не говори, что ванную опять не на что ремонтировать.
На том и договорились.
В воскресенье был юбилей, а на понедельник Андрей запланировал перевод матери — 640 тысяч рублей.
Она об этом знала.
Весь вечер было по одной фразе
Мария приехала в тёмно-зелёном платье, которое уже надевала весной на свадьбу коллеги.
Свекровь оглядела её ещё в прихожей.
— Нарядная какая.
— Юбилей всё-таки.
— Ну да. Можешь себе позволить.
Мария посмотрела на неё, но отвечать не стала.
Андрей в это время ходил к машине за подарком и разговора не слышал.
За стол сели около четырёх.
Сначала всё было нормально. Поздравляли Людмилу Павловну, вспоминали родственников, рассматривали старые фотографии.
Потом разговор зашёл о ремонте.
Людмила Павловна сразу достала телефон и стала показывать сестре фотографию будущей кухни.
— Вот такую Андрей мне покупает.
Мария отпила воды.
— Красиво должно получиться.
— Конечно, — сказала свекровь. — Сын для матери старается.
Ничего особенного в словах вроде бы не было, но Андрей всё-таки посмотрел на неё.
Чуть позже мать вспомнила, что сын стал редко приезжать.
Причём сказала это не ему, а через весь стол своей сестре:
— Раньше каждую субботу здесь был. А сейчас у семейного человека свои порядки.
— Мам, мы были у тебя неделю назад, — сказал Андрей.
— Я разве жалуюсь?
Она тут же потянулась за салатницей и начала предлагать гостям добавку.
Через полчаса опять.
Внука редко привозят.
На даче Андрей летом почти не помогал.
Молодёжь нынче каждую копейку считает.
Причём всё произносилось вроде бы между прочим.
Мария сначала молчала. Потом стала отвечать односложно.
Андрей несколько раз пытался перевести разговор.
Не помогло.
Последней оказалась фраза про платье
Около половины восьмого вынесли торт.
Мария съела небольшой кусок и от второго отказалась.
Людмила Павловна посмотрела на неё:
— Конечно. Такое платье купишь — потом приходится фигуру беречь.
Кто-то за столом неловко усмехнулся.
Мария положила вилку на тарелку.
— Людмила Павловна, давайте уже без этого.
— Без чего?
— Вы прекрасно понимаете.
Свекровь поджала губы.
Мария ещё несколько секунд посидела, потом отодвинула стул.
— Андрей, мы, наверное, поедем.
Он посмотрел на часы и тоже поднялся.
— Поедем.
Вот тут Людмила Павловна уже не выдержала.
— То есть мать один раз юбилей отмечает, а вы посреди вечера уходите?
— Мам, уже почти восемь. Всё нормально.
Мария взяла со спинки стула свой жакет.
— Спасибо за вечер. Ещё раз с юбилеем.
— Вот это у тебя хорошо получается, — сказала свекровь.
Мария обернулась.
— Что именно?
— Делать такое лицо, будто ты самая воспитанная, а вокруг одни дикари.
Сестра Людмилы Павловны тихо сказала:
— Люда, хватит.
Но та уже разошлась.
— А что я такого сказала? Она весь вечер сидит с видом, будто к бедным родственникам пришла. Зато платье новое показать не забыла.
— Я ухожу, — сказала Мария. — Спорить не собираюсь.
На столе возле Людмилы Павловны стоял стеклянный кувшин с ягодным компотом.
Она взяла его за ручку.
— Платье жалко?
А потом наклонила кувшин в сторону невестки.
Компот плеснул Марии на плечо, рукав и перед платья.
Несколько секунд никто не двигался.
Потом сестра Людмилы Павловны вскочила за салфетками.
Андрей забрал у матери кувшин.
— Ты что делаешь?
— Да господи, я пошутила!
Мария промокнула платье салфетками. Андрей принёс из прихожей её сумку.
— Маш, поехали.
Она накинула жакет и вышла в коридор.
Через несколько минут они уже спускались к машине.
До утра Андрей ничего не решал
В дороге Мария сидела молча.
Только возле дома сказала:
— Не надо из-за меня с ней окончательно ругаться.
Андрей припарковался и выключил двигатель.
— Она на тебя компот вылила.
— Я знаю.
— При двенадцати людях.
Мария сняла с плеча сумку.
— Деньги только не трогай. Ты ей обещал.
Андрей ничего не ответил.
Дома Мария сразу пошла замачивать платье. Андрей ещё минут двадцать сидел на кухне.
Мать написала ближе к одиннадцати.
Сначала длинное сообщение о том, что Мария «раздула из ерунды целую трагедию».
Через десять минут второе:
«Не забудь, завтра деньги. Во вторник мне должны подтвердить заказ».
Андрей прочитал и убрал телефон.
Утром он проснулся около семи.
Мария ещё спала.
Андрей поставил чайник, сделал себе чай и открыл банковское приложение.
На понедельник был запланирован перевод матери.
640 000 рублей.
Он открыл операцию и отменил её до исполнения.
Потом написал:
«Перевода не будет. Остаток за кухню оплачивай сама или меняй заказ».
Телефон зазвонил почти сразу.
Андрей не ответил.
Потом ещё раз.
И ещё.
Следом пришло сообщение:
«Ты из-за неё родную мать решил наказать? Я уже внесла аванс».
Андрей написал:
«Аванс твой. Его я не забираю. Но мои 640 тысяч тебе больше не обещаны».
Через несколько минут мать прислала:
«Я могу перед ней извиниться, если она настолько обиделась. Из-за платья оставлять мать без кухни — это нормально?»
Андрей ответил одной строкой:
«Дело не в платье».
И положил телефон на стол.
Во вторник Людмиле Павловне позвонили из мебельного салона, чтобы согласовать оставшуюся оплату и запуск заказа.
Полной суммы у неё не было.
Пришлось снова ехать в салон и пересчитывать кухню: отказаться от дорогой столешницы, убрать несколько выдвижных секций и часть шкафов до потолка.
Внесённые 160 тысяч остались в заказе.
А 640 тысяч — на семейном счёте Андрея и Марии.
Вадим привёз мать «на пару дней», а утром не нашёл дома ни её чемоданов, ни моего терпения